За все в ответе

Людям отчего-то очень хочется свести все законы природы к двум-трем универсальным правилам. Алхимики веками искали философский камень, художники и музыканты пытались объяснить красоту правилами «золотого сечения», физики и по сей день бьются над единой теорией поля. Единый источник всех человеческих болезней, пороков и прочих особенностей ищут и врачи. Мольеровский доктор Диафуарус объяснял усыпляющее действие опиума тем, что в нем содержится «виртус снотворус». Сегодня он, вероятно, стал бы искать у пациента какой-нибудь «ген засыпания». Нынче это модно. Генетики готовы объяснить все—от склонности к алкоголизму до набожности или желания сменить пол.

У человека около 25 000 генов. Только про 7000 из них доподлинно известно, за что они отвечают. Каждый год ученые распознают не менее сотни новых генов. В некоторые из их открытий поверить нелегко. Кто бы мог подумать, что существует «ген любви к пиву» или «ген трусости»? Но это еще цветочки. На прошлой неделе израильские ученые объявили, что ими обнаружен «ген альтруизма». Ну не обидно ли—одно из лучших человеческих качеств низведено до вульгарной физиологии!

На самом деле все не так просто. «Громкие названия придуманы лишь для того, чтобы доступно объяснить обывателям результаты мудреных научных работ»,—улыбается завлаб Института общей генетики, член совета всемирной организации «Геном человека» Николай Янковский. «Пивной» ген, к примеру, вовсе не отвечает за любовь непосредственно к пиву. Он вырабатывает белок-рецептор, реагирующий на некоторые типы горьких веществ. Тот, у кого этого белка в организме много, особенно чувствителен к пивной горечи. А скажем, на обладателя «гена наркоманов», управляющего рецептором опиатов, сильнее действует морфий или героин.

Но слишком поспешное желание дать гену громкое, «говорящее» название может привести к казусу. «Ген альтруизма», открытый израильтянами, регулирует содержание в крови гормона дофамина. По мнению исследователей из Еврейского университета (Иерусалим), чем больше дофамина, тем благороднее ведет себя человек. Однако полгода назад американцы тоже открыли ген, регулирующий выброс дофамина в кровь. Однако назвали его «геном лени»: по их данным, если этот ген неактивен, то человек испытывает синдром дофаминового голодания—в этом состоянии не хочется ни работать, ни развлекаться. Похоже, с функциями дофамина полной ясности пока нет.

С генами, отвечающими за болезни, ситуация не намного понятнее. Вроде бы выявлены гены, отвечающие за диабет, рак легких, псориаз, болезнь Альцгеймера и проказу. Но надежно лечить эти болезни мы по-прежнему не умеем. «Известно уже около 1200 генов, связанных с тем или иным заболеванием,—рассказывает Николай Янковский.—Но, увы, не больше 10% всех болезней, передающихся по наследству, зависят от работы одного гена. Остальные заболевания связаны с несколькими генами, и все их намного сложнее обнаружить». Например, открытый в прошлом году ген диабета действительно становится причиной болезни только в 20% случаев. Ген проказы делает его носителя в пять раз более восприимчивым к заражению, но сам по себе проказы не вызывает.

Чтобы полностью выявить генетическую основу наиболее распространенных заболеваний, потребуются еще годы работы. Правительство США выделило на поиски зловредных генов около $10 млрд. Однако, по оценке Янковского, американцы смогут создать первые генетические лекарства только через пять-семь лет.