Оригинал материала
«Майдан — это cool!»
Русско-украинский конфликт на Брайтон Бич
Старожилы Брайтона Вова и Эли разделены не только шахматным столом, но и оценкой ситуации на Украине
фото: Микела Яккарино, Carlo Allegri/Reuters, Shannon Stapleton/Reuters
«Советское наследие Америки», «Маленькая Одесса», «Маленькая Россия»… Это место называют по-разному. Но так или иначе, чтобы, находясь в Америке, сменить континент, достаточно сойти на станции бруклинской ветки нью-йоркского метро — на Брайтон Бич.
«Вот так же как и Россия, которая является федерацией, так же как и Америка, которая представляет собой союз штатов, — так же и Украина должна быть чем-то подобным», — говорит, потягивая трубку, пожилой человек, которого зовут Эли.
«Ты ошибаешься, Вова, говоришь так только, чтобы защитить действия того, кто уже давно не твой президент даже; мы уже — американцы. А Путин ведет войну чужими руками, как во времена Холодной войны».
«А я на стороне России, хотя сама с Украины», — говорит женщина с соседней скамьи, на русском языке вмешиваясь в спор Вовы и Эли, который идет на английском (понятно, что это только ради автора этих строк, журналистки-иностранки).
Демонстрация в поддержку Украины у здания штаб-квартиры ООН в Нью-Йорке. 13 марта 2014 г.
Лавочки «за» и «против»
Если прогуляться вдоль моря, то можно заметить: на набережной есть лавочки «за Путина» и «против Путина»: практически все спорщики — это поседевшие старики в коротеньких дубленках и в ушанках — «как в старые добрые времена».
«And what do we do? Бросить своих? Я из великой империи, будет только хуже, I really know» — говорит местный житель своему соседу, сидящему рядом.
«Ты ошибаешься, Вова, сейчас Путин мучает не один, а два народа».
«Да нет же, не мучает, help, help, помогает Украине!»
«Ты живешь в Америке уже достаточно долгое время, чтобы понять, что значит слово «недемократичный».
Они — это остатки исчезнувшего огромного мира под названием Советский Союз, который здесь, на Брайтоне, еще не до конца распался.
Молодых на Брайтоне осталось мало. Но стоит только выйти на конечной станции бруклинского метро, как тебя встречают крики русских гангстеров нью-йоркского происхождения: blyn, suka…
Участники марша за мир на Украине. Нью-Йорк, Таймс-сквер, 2 марта 2014 г.
Общая тема
О войне на Украине говорят повсюду — на набережной, в магазинах, в барах и ресторанах, где официантка, подойдя к тебе, сразу начинает говорить на русском, предлагая тебе меню, написанное кириллицей: борщ, пироги, пельмени, все то, что в остальном Нью-Йорке называют perestroika food. Но здесь, в СССР made in USA, красные флаги развеваются только на пляже Брайтон Бич, когда на море шторм и купаться запрещено.
Это самый большой русский анклав за пределами восточного полушария — 700 тыс. русскоговорящих. Это место называют маленькой Одессой, так как все началось с первой еврейской эмиграции из города на берегу Черного моря, который сейчас принадлежит Украине, а значит был частью Советского Союза.
«Все страшно напуганы киевскими бандеровцами!» — восклицает Эля. А Сеня ей отвечает: «Нет, мы с Киевом, в любом случае, все это unpredictable, как это говорится по-русски?» «Непредсказуемо» — подсказывает Сене старичок на русском языке. И длинно — уже для меня — продолжает: «Знаешь, когда в Одессе тебя спрашивали, откуда ты, имели ввиду с какого ты бульвара: французского, греческого, еврейского, итальянского, национальность была не важна. Одесса всегда была городом-портом и море делало его более гостеприимным и демократичным, а море есть и здесь, в Нью-Йорке. Думаю, Украина сегодня совсем не похожа на Одессу. После переезда в Америку в 40-е годы у нас у всех была общая Родина, СССР. И если до сегодняшнего дня мы были едины, то только потому что нас объединял русский язык. Но сейчас этого уже недостаточно».
А буквально в нескольких метрах от нас идет жаркий спор о Путине: в чем он виноват? Женщина средних лет по имени Люда настаивает: «Я рада, что в России есть такой президент, не представляю, что бы было с Россией сегодня, не будь его: в том, что началась война, виновата Западная Украина».
Флаг Украины на балконе одного из домов в Бруклине
Космогония из парадоксов
На некоторых балконах Брайтона развеваются желто-голубые флаги Украины: «Русские не вывешивают двуглавого орла и триколор, потому что мы все здесь русские, ну а украинцам просто надо показать, что, мол, и сюда добрался Майдан». Украинский флаг с надписью «Свобода или смерть» и трезубцем добрался и до China town, недалеко от Little Italy. «Быть сторонником Майдана в Нью-Йорке — это cool», — говорит китаец, живущий неподалеку.
Он же рассказывает, как один священник, афро-американец, молился за Майдан прямо на тротуаре и при этом отлично говорил по-русски: на Брайтоне и негры, и китайцы, и испанцы, переселившиеся сюда, говорят по-русски так же, как и белорусы, украинцы, русские, к которым с 90-х годов добавились таджики и узбеки, мусульмане советской закваски.
«Брайтон Бич — это космогония, состоящая из парадоксов, для бывшего СССР это как чашка Петри*» — поясняет Валентин, уроженец Кишинева, социолог по профессии.
Недавно автобус «ЕвроМайдан» пересек океан и привез желто-голубые флаги с украинскими активистами и на Брайтон: «Проукраинские активисты у нас мобилизуются, прорусские — предпочитают молчать и вступают в спор, только если их провоцируют» — проясняет текущий момент Женя, уроженец украинского Николаева.
Война тарелок
2 марта 2014 года в Нью-Йорке прошел марш украинских и русских майдановцев — они дошли до российского генконсульства на Манхэттене и там устроили митинг. Татьяна, жительница Брайтона, рассказывает: «Многие из нас уехали из СССР, не из России и не из Украины, а из СССР — поэтому все, что нам остается, так это принять то, что видим по телевизору, поэтому те, кто смотрит украинские каналы попадает под «бомбардировку» киевской пропаганды, а те, кто смотрит русские, соответственно, московской. Это война спутниковых тарелок — новости, приходящие оттуда, заставляют нас ругаться здесь».
Многое, по словам Татьяны, зависит также и от того, к какой волне эмиграции ты принадлежишь: из 70-х или 90-х годов, т.е. более молодой и, соответственно, с более широкими возможностями доступа к информации: «Если смотреть новости только отсюда, из Америки, то легко потеряться среди огромного множества каналов и передач, у каждого из которых своя правда. Как тут разобраться? Поэтому кто-то звонит в Россию, кто-то на Украину, а потом идут на набережную и начинают спорить». Свое мнение по поводу судьбы Украины есть даже у местных китайцев, испанцев и негров — все смешались в славянский компот.
Ресторан «Татьяна» на Брайтоне. Здесь тоже случаются словесные баталии вокруг Украины
Путь к свободе
Украинский музей в Нью-Йорке выставил плакат с Майдана: экспозиция называлась «Путь к Свободе». Очень броское название. «Думаю, большинство молодежи славянского происхождения, рожденной в Америке, выступает за Майдан, даже среди нас есть такие. Но Путин такой: сказал — сделал. Не то что Обама», — рассуждает немолодой мужчина по имени Петр.
«Да кому есть дело до цвета тряпки?» — говорит своему мужу, имея в виду национальные флаги Украины и России, молодая женщина по имени Елена: «Если украинцы говорят по-русски, значит, они русские». А муж ей возражает: «Здесь мы говорим по-английски — значит, мы кто?» Но Елена жестко стоит на своем: «Даже если и поскандалит кто из-за Майдана на лавочке в парке, то домой все равно возвращаются вместе».
И при этом никто не собирается возвращаться в свой бывший дом — в Россию или Украину.
*Лабораторная посуда, широко используемая в микробиологии для культивирования колоний микроорганизмов.
Самый юный участник марша за мир на Украине. Нью-Йорк, 2 марта 2014 г.
фото: Микела Яккарино, Carlo Allegri/Reuters