— То, что происходит в этой стране, зависит от людей, которые здесь живут. А они всегда были довольны действиями властей. В этой стране по-другому просто не может быть...
— Все подобные факты, разумеется, надо предавать гласности. Но это нормальные издержки свободы прессы. У нас можно прочитать объявление киллера в газете и рекламу публичного дома. С этим и Америка сталкивалась в свое время. Но я уверена: у нас цензуру возродить не удастся никогда. Президент и Дума в ее нынешнем составе не пойдут на нарушение Конституции и ограничение провозглашенной демократии.
— Журналистское сообщество нынче испытывается на разрыв. Сработает ли инстинкт самосохранения? Инстинкт срабатывает, если мы мгновенно реагируем на малейшее ущемление свободы слова — неважно, где оно происходит, в Перми или Владивостоке. Равнодушие сообщества к происходящему с ним — это неизлечимая болезнь, когда один выход — суицид. Власть испытывает: есть ли у сообщества инстинкт самосохранения? Эти испытания в виде писем трудящихся или провокационных публикаций следуют за желанием власти задушить свободу слова.
— Чтобы учиться на своих ошибках, нужно хотеть учиться. А нам проще призывать духов прошлого, чем научиться думать о последствиях этих призывов. На улицах удивительные модели машин, печенье в красивых упаковках... А способ мышления остался прежним.