ВАЗ ДЛЯ ПРЕДВЫБОРНОЙ ГОНКИ

НОВОСТИ КРУПНЫХ КОМПАНИЙ

На заводе сейчас все, как в песне «Ой, цветет калина!». «Калина» действительно цветет буйным цветом — этих машинок на улицах заметно прибавилось, что создает впечатление благополучия завода и наводит на мысль о мудрости нового руководства...

На заводе сейчас все, как в песне «Ой, цветет калина!». «Калина» действительно цветет буйным цветом — этих машинок на улицах заметно прибавилось, что создает впечатление благополучия завода и наводит на мысль о мудрости нового руководства (если забыть о том, что вообще-то «Калина» — детище руководства прежнего). Однако зимний восторг, вызванный приходом новой команды, сменился ожиданием. И вроде бы менеджеры постоянно рассказывают о планов громадье по местному ТВ и в прессе (это называется «открытая информационная политика на повышение имиджа»).

В условиях открытой информационной политики на улучшение имиджа завод питается слухами. Последнее время все чаще стал появляться слух о возможном уходе гендиректора Игоря Есиповского. Полуофициальные источники объясняют это тем, что-де «мавр сделал свое дело» — чистку провел. Неофициальные источники говорят, что Есиповский так и не сумел создать сплоченную команду, а до конца избавиться от влияния команды старой тоже не смог. Полгода назад, когда перемены на ВАЗе только начинались, мы обратились за комментариями к заместителю главного инженера управления по техническому обслуживанию автомобилей, ветерану завода Юрию ЦЕЛИКОВУ. Тогда он сказал следующее: «Наконец-то появилась надежда, что наше государство обратило внимание на свою родную, отечественную промышленность в лице машиностроения и нашего завода. Все здравомыслящие люди на ВАЗе надеются, что от этих изменений будет большой толк, и грядущие изменения вызывают у большинства вазовцев тревожно-радостное чувство. Все считают, что будет лучше». Вот мы и решили узнать, насколько оправдались ожидания.

— Юрий Кузьмич, новая команда работает на заводе уже больше пяти месяцев. Какие впечатления сложились у вас о ее деятельности?

— Вообще все намерения, о которых говорит новая команда, вызывают хорошие чувства. Это как с коммунистами — кто был против их идей? Но с каждым днем все больше вопросов. Завод находится в режиме ожидания, вообще очень нерешительная обстановка. Ходят слухи, что сменится и этот менеджмент. Идут большие структурные изменения, организуют новые структуры… Впервые в истории ВАЗа появилась должность: помощник советника.

Сейчас заводом руководят вахтенным методом: менеджмент прилетает в понедельник, улетает в пятницу. Их так и назвали у нас: «перелетные менеджеры». Полнокровные рабочие дни — вторник, среда, четверг. Неподписанные документы лежат неделями. До сих пор не заключены договоры — дилерские, дистрибьюторские. Люди работают под честное слово, потому что неделями держат бумаги.

Мы все чаще вспоминаем прежних директоров: Полякова, даже Каданникова стали вспоминать — за то, что он в нестабильной ситуации все-таки удержал завод. Это его заслуга. Если бы десятую часть помощи, которую сегодня дает новому менеджменту государство, получил Каданников, завод бы играл сейчас, как скрипка Страдивари.

Москвичи называют себя спасателями завода. Знаете, нам с 1992 года обещали, что ВАЗ станет банкротом. И государство этому сильно помогало. Но ВАЗ выжил. И прибыль появилась в последние годы, дивиденды стали платить. Так от чего нас пришли спасать? Почему эти эффективные менеджеры у себя под боком не подняли АЗЛК и ЗИЛ? Если бы новые менеджеры сначала показали, где они уже хорошо сработали в автопроме, — так нет, они же сразу взялись за лидера, за гигантское предприятие. У ВАЗа прибыль сумасшедшая — поэтому и бросились спасать его.

— Есть мнение, что новая команда пришла спасать ВАЗ от СОКа*.

— Самая большая трудность для всех менеджеров — выбрать грамотное соотношение: сколько пользы они будут приносить предприятию, сколько — своим лоббистам или своей корпорации и сколько себе. Первые два года соковский менеджер приносил ВАЗу 80% пользы, своей корпорации — 15%, себе — 5%, по-божески. С годами соотношение стало меняться, и в последнее время это было 50 на 50. С этой точки зрения приход госчиновников можно оценить положительно.

Самое отрадное, что новые руководители пытаются разобраться, почему и куда утекают заработанные деньги. По-моему, все-таки перекрыли многие каналы воровства. Стало меньше недостач (по крайней мере эти данные озвучило руководство). Рабочие тоже подтверждают, что меньше стали воровать средние начальники. Правда, знающие люди говорят, что затраты на содержание товарищей охраняющих уже сравнялись с экономией от воровства.

— Как вы думаете, уголовные дела по фактам хищений, которые были возбуждены, когда пришла новая команда, будут доведены до суда?

— Это был метод устрашения. Сейчас уже можно сказать, что все произошедшее — обычный рейдерский наезд, только со стороны государственных структур. Складывается мнение, что приобретение государством ВАЗа — это часть предвыборной программы 2007—2008 годов. Нужно заранее прихватить все эффективные предприятия, которые еще имеют прибыль и влияют на умонастроения россиян, а наш завод из таких.

— Как вы относитесь к желанию нового руководства привлечь в качестве поставщиков оборонные предприятия?

— К предприятию, выпускающему супермассовую продукцию, нельзя подходить с мерками ВПК. У нас супермассовое производство, у нас каждые 22 секунды — автомобиль. И на такое предприятие пришел РосВоор — Росвооружение. У них же другие методы! Если они выпускали одну ракету в год, в квартал — было уже хорошо. У нас надо решать вопросы каждый день, иногда ночью. Только благодаря тому, что работает Вильчик (Виталий Вильчик — бывший президент — генеральный директор АвтоВАЗа. — Д.М.) и в производстве остались старые директора, завод продолжает работать. А если и их посшибают, то предприятие разбалансируется.

Поэтому я не против привлечения предприятий ОПК в качестве поставщиков. Но только после тщательнейшего отбора. Ведь это все уже было. ВАЗ уже привлекал оборонные предприятия Советского Союза: Украины, Казахстана, Белоруссии — мы обследовали весь оборонный комплекс СССР, несколько тысяч оборонных предприятий. Из всего этого богатства под наши требования подошли лишь несколько сотен — и то для выпуска запчастей. И только несколько десятков мы допустили к производству комплектующих. Технология изготовления деталей на оборонных предприятиях не позволяет производить продукцию стабильного качества для автопрома. Да, в военной промышленности высокие технологии, но для единичного, мелкосерийного или — максимум — серийного производства. А у нас — супермассовое.

Например, мы предлагали пятидесяти военным заводам сделать вакуумный усилитель тормозов на «ВАЗ-2103» — смог его освоить только Самарский завод имени Масленникова. Мы возили туда мирового лидера по вакуумным усилителям — представителя английской фирмы «ЛУКАС». Он посмотрел и сказал: «В запчасти это изделие можно пускать, а для комплектующих — слабовато». В конечном итоге на заводе освоили около двух десятков комплектующих: всевозможные датчики. Но это стало возможным только потому, что у них был опыт массового производства: мины, взрыватели, часы…

Да и потом, если военные промышленники такие умные, то почему «Иж-Комби», который выпускал ИжМаш, был «москвичевского» качества?

В общем, впечатление меняется, и не всегда в лучшую сторону. Иногда появляются сомнения: те ли люди пришли? Безусловно, среди них есть энергичные и толковые, но и этим еще «учиться, учиться и учиться».

• Самарская группа «СОК» объединяет более 40 крупных разнопрофильных предприятий. Основные направления деятельности: автосборочное производство, производство комплектующих, реализация и техническое обслуживание автомобилей.