По стопам Гайдара

Светлана Ивановна горда тем, что участвовала в митинге против несправедливой монетизации льгот в подмосковных Химках. Ей до сих пор не верится, что она, ее близкие подруги и другие пожилые люди заставили власть исправить свою ошибку. «Тогда казалось, нас решили похоронить [в Химках] заживо»,—признается Светлана Ивановна. Она уверена, что она и ее подруги были первыми, кто заявил о своих правах. «Вот завтра поеду к внукам, которые живут в Москве, и в метро платить уже не буду,—улыбается 69-летняя пенсионерка.—Лужков нас, подмосковных, опять своими признал». Митинг в Химках прошел 10 января, а 20 января московские власти согласились еще какое-то время возить в общественном транспорте иногородних пенсионеров бесплатно.

Маленькая победа Светланы Ивановны обернулась большими проблемами для Кремля. На счет своего первенства она, конечна, не права—первыми вышли на улицу пенсионеры из подмосковного же Солнечногорска. Но именно химкинский митинг, который показали по ТВ, был спичкой, зажегшей всероссийский пожар. Губернаторы жалуются, что, как только подмосковные власти пошли на уступки, сдержать пенсионеров в других регионах было уже невозможно. В результате власть, которая казалась авторитарной и иногда даже жестокой, неожиданно впала в ступор и дала слабину. Есть в этом положительный момент—оказывается, власть легко поддается воздействию извне. Есть и отрицательный—теперь под сукно пойдут не только планы монетизации, но и другие реформы.

Метод «непосредственной демократии» из Химок становится универсальным. В конце прошлой недели митинговали уже не только пенсионеры. Родственники жертв теракта в Беслане перекрыли автотрассу «Кавказ», требуя отставки президента Северной Осетии Александра Дзасохова. Впервые за несколько лет «митинговали» даже олигархи. На встрече с премьер-министром Михаилом Фрадковым самые смелые из бизнесменов—Анатолий Чубайс, Александр Шохин и Алексей Мордашов—потребовали срочно изменить взаимоотношения между предпринимателями и властью: обуздать налоговые органы и суды, которые принимают неадекватные решения. Для запуганных Кремлем бизнесменов выдвижение даже таких скромных требований—это акт гражданского мужества.

НЕ ОЖИДАЛИ

Чиновники всю прошлую неделю искали виноватых, ловили подстрекателей и принижали масштабы кризиса. Здесь отличился министр финансов Алексей Кудрин, который сообщил, что в акциях протеста участвовало лишь 30 000 человек. Но его цифрам мало кто верит. Ведь под монетизацию попали десятки миллионов людей. Спокойными остались лишь только те регионы, где льготы не отменили вообще. Но таких—всего 16.

Поиски зачинщиков беспорядков дали ограниченные результаты. Конечно, подстрекателями можно считать коммунистов, которые снабдили пенсионеров листовками с призывами выйти на митинги. Но они, кажется, сами не ожидали, что их призыв даст такой эффект. Потому что дело было не в их листовках. Пенсионерка Светлана Ивановна из Химок рассказала, что на митинг ее позвала соседка по огороду, с которой она постоянно обменивается саженцами, и никто другой ее не подстрекал. При этом она наотрез отказалась называть свою фамилию для публикации в журнале. «Вы что, не знаете, что участников митингов могут арестовать? Не хочу говорить об этом, чтобы не вляпаться в криминальную историю»,—призналась Светлана Ивановна.

Те, кто пугал пенсионеров угрозой уголовного преследования, выглядят не лучшим образом: люди вышли отстаивать свои скромные права, а им говорят, что ими кто-то манипулировал. Хотя чиновников понять можно—ведь они боятся не пенсионеров, а Кремль. Но и в самой администрации президента тоже испугались не на шутку—они выяснили, что выстроенная в стране система управления не работает.

С точки зрения социологов, причин для паники у Кремля нет.По данным фонда «Общественное мнение», рейтинг доверия президенту за первые две недели января упал c47 до 43%. Это не так уж и много. «У людей сохраняется отношение к президенту как к святыне,—комментирует президент фонда Александр Ослон.—Святыню нельзя низвергнуть». Путин от своего статуса добровольно отказываться не собирается и вину на себя не берет. Он возложил ответственность на исполнителей—региональные администрации и правительство. Губернаторы, многие из которых досиживают в своих кабинетах последние месяцы, наоборот, все валят на центр. Регионам действительно некуда было деться: за прошедшую осень они просто физически не успели оценить ситуацию, поменять законы о соцподдержке и уж тем более найти допдоходы и внести поправки в свои бюджеты, утверждает эксперт Центра фискальной политики Наталья Голованова.

«Единая Россия» тоже обвиняет во всех грехах регионы—как будто в партии не состоят десятки губернаторов. Впрочем, единороссам все равно проблем не избежать: теперь на региональных выборах больше чем на 30% они могут не рассчитывать. А КПРФ и «Родина» неизбежно усилят позиции. Лидер «Родины» Дмитрий Рогозин и депутаты его фракции выступили наиболее эффектно. Они даже объявили на прошлой неделе голодовку против монетизации и требуют теперь отставки правительства или хотя бы «антинародных» министров Михаила Зурабова, Германа Грефа и Алексея Кудрина. Рогозин знает, что делает: Зурабов, Греф и Кудрин уже назначены в Кремле виноватыми в том, что реформа ударила по льготникам. «Кого-то из них сдадут обязательно,—убежден собеседник Newsweek,—вопрос, когда».

Но, судя по заявлениям высокопоставленных единороссов, в Кремле решили пока головы не рубить. Отличный повод для разбора полетов—намеченный на март отчет премьер-министра Михаила Фрадкова перед Думой. На отставку премьера, говорит близкий к Кремлю чиновник, Путин, скорее всего, не пойдет—это козырь, который лучше оставить на потом. Тем более что у премьера алиби—перед Новым годом он трижды ездил в Кремль уговаривать президента отменить реформу. По словам источника Newsweek, противоречия в президентской команде возросли, а позиции правительственных либералов пошатнулись.

ВЕЛИКИЙ РЕФОРМАТОР

В Кремле говорят, что Путин был очень зол, когда увидел, как реализуется закон №122. «Ему и губернаторы, и министры постоянно говорили, что все будет нормально»,—жалуется сотрудник в администрации президента. Президент уже примерял лавры великого реформатора. «Я бы Путину дал медаль за отмену льгот,—восторгался сотрудник администрации президента.—Надо иметь огромную волю, чтобы такую колоссально тяжелую вещь сделать. Это вторая большая экономическая реформа за последние 15 лет. Первую провел Гайдар в 90-х, а вторую проводит Путин сейчас».

Президент уверен, что его подставили, утверждает близкий к Кремлю чиновник. Теперь основная проблема в том, что круг доверенных лиц президента сужается. Это нарушает баланс власти, говорит источник.

В качестве компенсации за «подставу» Путин взял себе право выступить в качестве единственного радетеля за права народа. Объявленная им индексация пенсий и бесплатные проездные билеты обойдутся казне в 103,5 млрд руб. И деньги эти даже не потребовалось долго искать, да и трогать стабилизационный фонд не было необходимости. «Из дополнительных доходов бюджета от высоких цен на нефть»,—объясняет происхождение средств министр финансов Кудрин.

Пенсионерам о том, сколько в казне «лишних» денег, лучше не рассказывать. «По предварительным данным, профицит федерального бюджета в 2004 году составил 685 млрд рублей, а свободные остатки бюджетополучателей за год увеличились на 480 млрд рублей»,—говорит депутат Госдумы, когда-то побывавший министром финансов Михаил Задорнов. По его мнению, федеральный бюджет в состоянии без ущерба финансировать расходы в 100 млрд руб. хотя бы только потому, что в бюджете не предусмотрены доходы, которые получит государство от продажи «Юганскнефтегаза». Проблемы будут только с инфляцией—экономике тяжело переварить столько денег.

Однако деньги могут и не понадобиться. Напуганные губернаторы начали действовать еще до заявления президента. У них лишних денег не нашлось, поэтому они стали возвращать льготы. Депутат Госдумы, бывший губернатор Красноярского края Валерий Зубов, считает, что этого делать ни в коем случае нельзя—лучше уж увеличивать финансирование по всем социальным статьям. Летом проголосовал за закон и считает, что ликвидация льгот—нужное дело: «Мне за это не стыдно». Он подписался под письмом Путину, в котором депутаты предлагают компенсировать льготникам потери, но не отменять льготы. Все же непорядок, когда транспортникам и коммунальщикам не платят за их работу, и с этим действительно надо что-то делать.

Но, похоже, уже поздно. Реформа льгот не состоялась и уже вряд ли состоится в том виде, в каком она была задумана. Кремлю, правительству и Думе вроде бы удалось привести в некоторый порядок государственную бухгалтерию, разграничив ответственность за льготников между центром и регионами. После протестов вернуться к реформе будет невозможно. Поторопившись с отменой льгот, Кремль, Дума и правительство дискредитировали саму идею реформы.

Судьба других непопулярных преобразований—реформы ЖКХ, здравоохранения, образования—теперь под большим вопросом, уверен Евсей Гурвич, руководитель Экономической экспертной группы. В Думе уже размышляют, не приведет ли январский кризис к пересмотру основных положений муниципальной реформы, которая должна передать регионам бюджетные обязательства перед учителями и врачами. О пережитом Кремлем испуге можно судить по тому, с какой скоростью Министерство обороны отказалось—по крайней мере, на словах—от идеи отменить отсрочки от призыва для студентов.

ВТОРАЯ ВОЛНА

Обещания президента на время утихомирили пенсионеров. Митингов в конце прошлой недели стало меньше и продолжались они скорее по инерции. Но в правительстве ждут вторую волну протестов. Пройдет совсем немного времени, и люди получат счета за квартиру. Тарифы на коммунальные услуги выросли в разы. За 17 дней января инфляция в России составила 1,9%. Это очень высокий показатель, признает министр экономического развития и торговли Герман Греф, и допускает, что рост этот обусловлен взлетом тарифов на услуги ЖКХ. В конце месяца люди опять могут повалить на улицу. «То, что происходит сейчас—цветочки. Ягодки пойдут позже»,—признается источник Newsweekв администрации президента.

Впрочем, урожай можно начинать собирать уже сейчас. Плоды выросли горькие. Получается, все пять лет своего президентства Владимир Путин строил какую-то неправильную вертикаль. Еще советский опыт показал, что из центра невозможно предусмотреть и отследить, чем нововведения обернутся на местах, говорит Евгений Гавриленков из «Тройки Диалог». Чем больше централизация власти, тем хуже проходит «сигнал» в регионы. Совсем плохо получается, когда власть в центре, затевая реформы, ни с кем не советуется. Однако Кремль вряд ли сделает из кризиса правильные выводы. Скорее наоборот—президент, который теперь не доверяет никому, продолжит укреплять вертикаль свой личной власти.