Кто с мячом к нам придет

Футболист московского «Торпедо» Игорь Семшов отыграл очередной сезон, поехал в декабре в отпуск, а когда вернулся в Москву, узнал, что теперь он—игрок «Динамо». «Семшов попытался что-то сказать—мол, я подумаю над вашим предложением,—рассказывает один из агентов,—но президент «Торпедо» закричал: да кто еще за тебя такие деньги даст?!» Сделка на $8 млн—рекордный переход российского игрока из одного нашего клуба в другой.

Вот только переезд Семшова с востока столицы на север так и остался единственным заметным событием межсезонья. Это раньше закупочная кампания ведущих клубов была едва ли не более увлекательной, чем сама игра в футбол в исполнении этих команд. Нынче не то: межсезонье почти окончено, а сердце болельщика не замирает в ожидании первых игр любимого клуба, не щемит его от напрасной надежды—а вдруг на сей раз не ошиблись? Не будет в этом году и неизбежного разочарования в дорогих приобретениях.

«Клубы учатся правильно тратить деньги»,—подводит итог эксперт Максим Белицкий из компании «Спортима». «Сейчас всем нужны разумные покупки»,—вторит ему агент Константин Сарсания и с плохо скрываемым сожалением добавляет: время, когда русские тренеры ездили зимой в Бразилию и пачками закупали там футболистов неопределенного качества, похоже, прошли безвозвратно. Футбольный бум, безудержный и пышный, как веселье олигархов в Куршевеле, скоропостижно закончился. И все теперь с ностальгией вспоминают, что творили последние пять лет.

А ведь еще недавно казалось, что все клубы пойдут по стопам ЦСКА: много денег—отборные бразильцы—и, впервые в истории российского и советского футбола, Кубок УЕФА. Президент ЦСКА Евгений Гинер, когда его спрашивают об удачных трансферах, только смущенно улыбается: «И не только бразильцы—почти все новички у нас заиграли: и Жирков, и Игнашевич, и Одиа… Никакого секрета нет. Мы просто никого не покупаем сразу, а стараемся максимально присмотреться к игроку».

Гинер играет в скромность, а соперники на самом деле восхищены. «Это был идеальный пример точечных покупок!—восхищается тренер “Терека” Александр Тарханов.—[Тренер армейцев] Валерий Газзаев знает, что ему нужно, и представляет, какой будет результат таких покупок. Поэтому они и не ошибаются с трансферами!» Блюдо по этому простому рецепту, однако, этой зимой так никто и не сумел воспроизвести.

Пытался «Спартак», где сих пор маются с самой своей дорогой покупкой двухлетней давности. Купили за рекордные $11,5 млн нападающего—аргентинца Фернандо Кавенаги,—а он так и не заиграл по-настоящему. Но «Спартак» не сдается и пытается заново строить игру команды «под Фернандо». Пытались купить к нему в пару турка Нихата, иногда выдающего впечатляющую игру в Испании, да не вышло. Немыслимая вещь: раньше бессистемно сорили деньгами—а теперь посчитали, что рискованно отдавать много за игрока, который подвержен травмам и нестабилен. Теперь так модно—все грезят о прибыли, о новых стадионах и выходе на биржу, а потому стараются жить по средствам.

Мало того, российские клубы вернулись к уже порядком забытой практике продажи лучших игроков за рубеж. Все как в лучших домах Европы—купить игрока дешево, лучше в Восточной Европе, а продать дорого, лучше в Англию. Год назад из ЦСКА в «Челси» перешел чех Иржи Ярошик, а этой зимой из «Спартака» в «Манчестер Юнайтед»—серб Неманья Видич. Причем последний ушел за бешеные даже для России деньги—он хоть и защитник, а стоит теперь дороже, чем нападающий Кавенаги.

Однако сами футбольные агенты, очень хорошо знающие «товар», которым они торгуют, считают, что ни о каком переходе к нормальному футбольному бизнесу пока говорить не приходится. «Это исключительный случай,—говорит Newsweek на условиях анонимности один из агентов, объясняя переход Видича.—Я бы сказал, везение—раз в пять лет такое бывает с любой страной. Наш рынок для Европы по-прежнему абсолютно дикий».

Прежде всего, в России совершенно неадекватные цены на игроков. Владелец шотландского «Хартса» и еще двух (белорусского и литовского) клубов гражданин Литвы Владимир Романов объясняет, почему он не покупает игроков в России: «Российские футболисты по соотношению «цена–качество»—самые дорогие в мире!»

Агент Сарсания приводит примеры из последней трансферной кампании: Семшов, перешедший из «Торпедо» в «Динамо», в Европе «не мог бы стоить и дороже $3 млн, а Погребняк («Спартак»—«Томь», $2,8 млн)—«миллион при огромном везении». «Но ничего не поделаешь,—вздыхает Сарсания.—Российские игроки—это большой дефицит». С ним вместе наигранно вздыхают руководители клубов от Питера до Владивостока. Все же просто: в России ужесточили лимит на легионеров—вот и поднялась цена на россиян. А тот же Погребняк хоть и забивает мало для нападающего, имеет неоспоримые преимущества: он молод, носит гордое звание «кандидат в сборную» (но не сыграл за нее ни одного матча). «Но ведь если суммировать все эти факторы, все равно не наберется и двух третей суммы,—подводит итог один из агентов.—Значит, треть—это распиленный между работниками клуба-покупателя откат».

По оценкам самих агентов, стандартный откат—это 20–25% от суммы сделки. Когда заинтересованных сторон много, бывает и больше. Это ведь только в целом футбольный бизнес в России—абсолютно убыточное дело, но убытки эти терпят только крупные спонсоры клубов, а все остальные «работают с прибылью». «Для всех футбол—это очень хороший бизнес: и для тренеров, и для агентов, и для всех-всех, кто хоть как-то связан с работой в команде»,—объясняет один из агентов.

«Если ты владелец клуба и покупаешь игроков за большие деньги, то ты дурак»,—резюмирует Романов. Агенты шепчутся, что сам Романов узнал эту простую истину на своем опыте. В прошлом году, рассказывает один из них, владелец «Хартс» пригласил прославленного русского тренера Анатолия Бышовца на должность спортивного директора. Тот предложил Романову купить у скромного чешского клуба перспективного игрока за $800 000. И сделка шла к логическому завершению, но в провинциальной чешской газете появилось сенсационное сообщение: «Наш клуб совершает самую крупную сделку в истории! Нашего игрока покупают за $200 000!» Романов стремительно расстался с Бышовцем.

Сам владелец «Хартс» эту версию не подтвердил. Он лишь раздраженно бросил Newsweek: «Мы никаких сделок с Бышовцем не совершали, мы вообще с ним не работали!» Бышовец, наоборот, уверяет, что с Романовым ему работалось прекрасно: «И контракт мы расторгли по обоюдному согласию. Все остались довольны». Правда, Романов, подумав, назвал Бышовца «Остапом Бендером». «В России так работают все,—пожимает плечами агент.—Почти во всех сделках [по покупке игроков в России] либо полностью, либо частично есть финансовый интерес тренера».

Теперь иностранцев за откаты пристраивать тяжело—все владельцы клубов не раз на этом погорели. Слишком многим из них одновременно предлагали купить одного и того же игрока за $1 млн и за $200 000. «Конечно, времена уже не те»,—вздыхает агент.

Зато можно с выгодой продавать россиян—спрос на них как никогда большой. Ведь это только на первый взгляд лимит на легионеров казался абсолютным безумием. «На деле увеличение стоимости русских игроков выгодно всем»,—утверждает анонимный агент, поясняя: с ним больше можно «распилить». Появились уже целые инкубаторы по выращиванию на продажу футболистов с русским паспортом.

Владелец «Торпедо» Владимир Алешин не стесняется своего бизнеса: сейчас, например, когда все российские клубы уехали в теплые страны на предсезонные сборы, его игроки тренируются в Москве. Платят им мало, но и амбициозных задач не ставят—руководство беспокоится лишь о том, чтобы клуб не вылетел из премьер-лиги. Зато каждый год он совершает несколько выгодных продаж—в прошлом, например, удалось выгодно избавиться от защитника Алексея Бугаева, в этом—от полузащитника Семшова. Цели и задачи на следующий сезон «Торпедо» видит ясно: в России явный дефицит на опорных полузащитников. Отсюда торпедовское предложение: продается Константин Зырянов, опорник, русский, отдадим дорого.

Агенты вообще действуют по принципам венчурного бизнеса: скупают права на молодых футболистов, держат паузу, а потом тем из них, кто выглядит неплохо, организуют предпродажную подготовку (это когда об игроке вдруг начинают писать в прессе). «Затраты минимальные,—рассказывает один из агентов.—Я нахожу такого парнишку, даю ему стипендию в тысячу рублей, покупаю бутсы, иногда, может, на юг свожу с родителями… И из двадцати-тридцати таких… Ну вот сейчас готовлюсь одного продавать за два миллиона долларов!» Скоро, надеются они, будут покупать больше.

Так что окончательно футбольную лихорадку не вылечить. В конце концов, на этой неделе ведущие клубы все же должны сделать несколько крупных приобретений—а то играть будет некому. Есть и приметы старого времени: питерский «Зенит» раньше скупал втридорога чехов, а теперь выкладывает непонятные суммы за корейцев. Но есть и кардинальные изменения: раньше топ-менеджеры клубов преимущественно матерились, а сейчас говорят мягко и вовсю сдабривают свою речь бизнес-терминами. И ведь совсем другие ощущения.

Грамотное футбольное ценообразование

Мастерство игрока. Основной показатель, определяется субъективно. Все остальное – точная агентская наука: окончательная стоимость игрока получается путем перемножения на «объективные» коэффициенты.

Физические показатели игрока

Коэффициент: 0,5–1

«Бракованный» товар – вовсе не редкость. Например, разрыв крестообразной связки колена – самая распространенная травма, после получения которой игрок теряет в скорости. Сейчас в российских клубах медицинское обследование игроков проводят тщательно, но толку мало: год назад клуб «Порту» сумел всучить «Динамо» Дерлея с дважды порванной крестообразной связкой за $8 млн.

Возраст

Коэффициент 0,5–1,5

Чем игрок моложе, тем выше коэффициент. Справедливо для футболистов «в соку» – если моложе 18 или старше 30, то цена резко падает. Последнее выглядит разумно: 30-летний к тебе, как правило, едет лишь доигрывать, а 20-летнего можно перепродать. России не везет: к нам едут либо совсем молодые, либо те, кто хочет не пыльно заработать на счастливую старость.

Откуда едет

Коэффициент 0,8–1,2

Уехать из чемпионата «большой пятерки» – Германии, Англии, Испании, Италии или Франции – значит потерять в популярности. Поэтому выходцам из элитных чемпионатов приходится в качестве компенсации платить большую зарплату. А вот трансферная цена отличается не сильно.

Куда едет

Коэффициент 0,8–2

Чтоб попасть в чемпионаты «большой пятерки», футболист готов чуть пожертвовать зарплатой, а его агент – премиальными за трансфер. Но уж если их зовут в Россию, чемпионат которой не транслируется нигде в мире, тогда они вспоминают обо всех возможных надбавках: и северных, и дальних, и «язык сложный», и даже о «нефтяных».

Засвеченность игрока

Коэффициент 0,8–1,5

Все, кто играет в чемпионатах «большой пятерки», засвечены по определению. Других «разрабатывают». Агенты молодых игроков стараются договориться с тренерами молодежных сборных: сыграет один матч в национальной команде, и цена увеличится на 30%. Часто распространяют слухи о заинтересованности ведущих клубов в услугах своего подопечного – так можно накрутить еще 10%.

Статус агента

Коэффициент 0,8–1,2

Стоимость футболиста, если им занимается известный агент, может увеличиться на 10–15%: считается, что такие «плохой товар» предлагать не будут. Но и услуги их обойдутся игрокам на те же 10–15% дороже.

Скорость и способ оплаты

Коэффициент 0,9–1,1

В Европе клубы растягивают платежи на долгие годы и обставляют их особыми условиями (например, «процент после первых десяти голов»). Русские покупатели очаровывают Европу и Латинскую Америку своей простотой – платят все и сразу. Так «Спартак» купил Кавенаги у аргентинского «Ривер Плейт»: конкуренты из испанских клубов были не готовы выложить все и сразу.

Состояние рынка

Коэффициент 1,2–2

«Локомотив» решил купить защитника сборной Словакии Хада. Переговоры шли тяжело, пока Властимил Петржела – тренер питерского «Зенита» и большой друг словацкого футбола – не объявил, что тоже претендует на игрока. «Локомотив» тут же принял все условия словаков. Это из азбуки футбольного маркетинга. Там есть и другие буквы: например, игроков не покупают после крупных турниров, где они отличились. На греков, сенсационно победивших на чемпионате Европы, сначала повесили ценники не меньше миллиона. Прошло полгода, и все вернулось на круги своя: больше миллиона за греков может отдать только московское «Динамо».

Откат покупателю

Коэффициент 1,1–2,5

Вредная привычка, от которой не могут отказаться даже те из русских клубов, что выучили слово IPO. Откат в 20–25% – это нормально, такую сумму даже спонсоры закладывают в бюджет и не очень-то обижаются.