В ожидании оттепели

Палестинка Надуа Саранга, активистка организации родственников жертв интифады, устроилась перед избирательным участком на улице Салах ад-Дина в Восточном Иерусалиме. В руках у нее плакат: «Израильская демократия—банановая республика». Рядом с плакатом—для наглядности—связка бананов. «Не думаю, что после этих выборов что-то изменится для палестинцев,—говорит Надуа.—Поэтому по большому счету мне все равно, кто победит. Все зависит от Израиля. Мы уже пошли на компромисс и заплатили свою цену». Проголосовавшие зеваки потихоньку отщипывают от связки один банан за другим.

Однако банановая там или не банановая—первые в истории Палестины президентские выборы 9 января выглядели вполне демократично. По телевидению агитировал идти на избирательные участки Ричард Гир. Типографии в Газе вместо стандартных заказов—плакатов с лицами шахидов—лихорадочно печатали предвыборные агитки. По улицам Газы разъезжали агитационные автобусы, в порту пестрели разноцветными флажками агитационные лодки, а местные подростки радовались возможности дважды заработать: днем они расклеивали по городу плакаты кандидатов, а ночью за деньги сдирали со стен плакаты конкурентов. Сами выборы тоже обошлись без потрясений. Наибольшие неприятности ожидались в Восточном Иерусалиме, и поэтому на всех шести избирательных участках с утра ошивались журналисты с пейджерами, пищащими, словно раненные тамагочи. Через Яффские ворота, ведущие в Старый город, был виден один из участков. Прямо напротив ворот, за кордоном израильских полицейских шла демонстрация крайне правых. «Как им могли дать голосовать в Восточном Иерусалиме?—воздевал руки к небу Давид Хадари, представитель партии религиозных националистов МАФДАЛ в иерусалимском муниципалитете.—Своим голосованием они заявляют свое право на Иерусалим!»

Новым лидером Палестинской автономии стал 70-летний Махмуд Аббас. Результат триумфальный: в бытность его премьер-министром при бессменном Ясире Арафате рейтинг Аббаса не превышал 3%. Сейчас за него отдали голоса свыше 60% избирателей. Впрочем, праздник палестинской демократии как-то не очень был замечен в Израиле. Премьер-министру Ариэлю Шарону было не до того: он работал над составлением новой коалиции—следовало избежать досрочных выборов и во что бы то ни стало реализовать свой план эвакуации еврейских поселений из сектора Газа. Израильские военные ломали голову—как предотвратить братоубийство во время этой самой насильственной эвакуации: поселенцы вооружены и настроены решительно. А рядовой израильский гражданин занимался сбором пожертвований в пользу пострадавших от цунами, а что касается выборов—гораздо больше интересовался тем, что творится на Украине. Разбуди практически любого среди ночи—и он ответит, что такое диоксин и с чем его едят. Но мало кто смог бы назвать имена хотя бы двух из семи кандидатов в президенты Палестинской автономии.

Да и многим палестинцам, как Надуе Саранге, тоже, кажется, было все равно, кто именно победит. Важен был сам факт выборов. «Я лично голосовал за Мустафу Баргути, хотя у него и не было шансов,—говорит Маруан Салайме, опустивший свой бюллетень на участке в Восточном Иерусалиме.—По крайней мере, я реализовал свое право голосовать. Чтобы через 4 года у нас был президент, который сменится не только тогда, когда умрет». «Мы часть палестинского народа, и надо показать, что мы против оккупации»,—добавляет приятель Маруана Билала Хусейн.

А тем временем палестинские самодельные ракеты «Кассам», выпущенные из Газы, продолжали сыпаться на израильские киббуцы в западной части пустыни Негев (за последние три года таких ракет было выпущено уже около 500). И даже «Хезболла» в день выборов не преминула

продемонстрировать солидарность с палестинцами, подорвав израильский армейский джип. Насилие не прекратилось и после выборов. В прошлый четверг был совершен теракт на границе сектора Газа: шесть израильтян погибли, 10 были ранены. Интифады, как выясняется, никто пока не отменял. И надежды на то, что Аббасу удастся склонить экстремистов к миру, тают на глазах. Он уже встречался в Дамаске и в Газе с лидерами ХАМАС, но те отказались прекратить террор. Пока что новый лидер автономии делает вид, что его это не очень беспокоит: «Вскоре мы добьемся решения. В нужное время они придут к соглашению с нами». И добавляет: «Многое зависит от Израиля. По мере улучшения ситуации будет расти и их готовность принять нашу позицию».

Аббас встречался в Дамаске с сирийским лидером Башаром Асадом, и сирийский президент дал «добро» на переговоры палестинцев с Израилем. Более того, похоже, что непримиримый Асад и сам намекает на возможность переговоров. Правда, пока что эти намеки в Израиле воспринимают без особого энтузиазма. Не прибавил оптимизма и «ракетный» скандал, с которого начался новый год: несколько СМИ сообщили, что Москва и Дамаск вот-вот подпишут контракт о поставке в Сирию новейших российских ракет. Заговорили о кризисе в российско-израильских отношениях. Американцы выразили озабоченность и намекнули на «потенциальные санкции». Но что произошло в действительности, до сих пор не вполне понятно. Российский министр обороны Сергей Иванов категорически опроверг новость и заявил, что никаких оружейных переговоров с Сирией не ведется. Что произошло в действительности, на самом деле не очень известно. Элизабет Джонс, заместитель госсекретаря США по европейским вопросам, признала в беседе с Newsweek, что «точные факты о поставках российских ракет в Сирию, к сожалению, неизвестны». По мнению Джонс, «самое важное заключается в том, чтобы никто—ни Россия, ни какая-либо другая страна,—не совершали на Ближнем Востоке действий, которые бы могли повлиять на стабильность». Иными словами—не дадим спугнуть мирный процесс!

И все же несмотря ни на что после смерти Арафата в регионе действительно повеяло ветром перемен. Снова слышны разговоры о «новом Ближнем Востоке», подкрепленные на этот раз рядом новых инициатив. Израиль ожидает, что после палестинских выборов Египет и Иордания—две единственных арабских страны, с которыми существуют формальные дипломатические отношения,—вернут в Тель-Авив своих послов, отозванных в знак протеста против израильской политики по отношению к палестинцам. В отношениях между Израилем и Египтом вообще намечается чуть ли не революция: после долгих лет «холодного мира» египетский президент Хосни Мубарак инициировал настоящую оттепель. Он не скрывает, что хочет достичь всеобъемлющего мира между Израилем и арабскими странами—в обмен на уход израильтян с палестинских территорий. Этот план был предложен четыре года назад Саудовской Аравией, поддержан американцами, но благополучно похоронен во время войны в Ираке. Теперь Мубарак извлек его с антресолей, и не собирается выпускать из рук, разумеется, обозначив для себя пути отступления—чтобы в случае провала обвинить в неудаче заартачившихся израильтян. Пока интенсивность развития отношений напоминает медовый месяц—правда, без особой любви. Для начала Мубарак освободил и передал Шарону отсидевшего 8 лет за шпионаж в пользу Израиля Азама Азама. В обмен Израиль отпустил из тюрьмы шестерых египетских студентов. В египетской прессе значительно обмелел поток антиизраильской пропаганды. Туристические фирмы начали снова зазывать израильтян поглядеть на пирамиды. А в середине декабря был подписан договор о создании зон свободной торговли между Египтом и Израилем, подразумевающий в том числе основание совместных предприятий. Во время подписания бумаг президент Египта публично назвал ненавидимого во всем арабском мире израильского премьера Ариэля Шарона «человеком, которому можно доверять». Более того, Мубарак сказал, что «только Шарон может привести регион к миру», и назвал свежеподписанный договор «первым этапом в потеплении отношений».

Эхуд Ольмерт, вице-премьер и министр торговли и промышленности Израиля, подписавший соглашения, в интервью Newsweek выразил сдержанную надежду на будущее: «Разумеется, политическая атмосфера не может не влиять на бизнес. Но мы надеемся, что в ближайшие годы соглашения станут основой для расширения политических связей. А если политический процесс пойдет неблагоприятно, остается надеяться, что эти соглашения к тому времени создадут такой потенциал сотрудничества бизнесменов наших стран, что будут иметь самостоятельный вес». А Ронит Каан, заместитель гендиректора управления внешней торговли в министерстве торговли и промышленности Израиля, формулирует более решительно: «Деловые интересы иногда сильнее политических соображений. Мы надеемся, что эти интересы помогут преодолеть политические препятствия».