Греция жжет. Работать не хочет

Греческая молодежь не упускает повода выйти на улицы, чтобы пошвырять камнями в полицию или поджечь какой-нибудь банк. Хотя каждое такое ритуальное действо, красочно выглядящее на экранах телевизоров, обходится страховым и туристическим...

Греческая молодежь не упускает повода выйти на улицы, чтобы пошвырять камнями в полицию или поджечь какой-нибудь банк. Хотя каждое такое ритуальное действо, красочно выглядящее на экранах телевизоров, обходится страховым и туристическим компаниям в сотни миллионов долларов, до сих пор, как ни странно, все обходилось без крови. Складывалось даже впечатление, что между прячущими лица бунтовщиками и полицией есть негласный договор: юноши играют в революцию, полиция делает вид, что пытается ее сорвать. Однако гибель в этом месяце троих банковских служащих, сгоревших в подожженном демонстрантами афинском банке, показала, что Греция вступила в опасную новую эпоху. Общественное возмущение непопулярными социальными мерами экономии выплеснулось на улицы и придало энергии воинствующим антисоциальным элементам.

Греческое общество стоит перед выбором: попытаться как можно быстрее вытянуть страну из кризиса или позволить традиции нытья, битья баклуш и уличных беспорядков загнать Грецию еще глубже в долги.

МВФ и Евросоюз согласились выдать Греции беспрецедентный кредит 110 млрд евро (140 млрд долларов). Условием является немедленное проведение настолько жестких реформ, что возникает риск радикализации значительной части общества. Профсоюзы, алчность которых делала невозможной проведение хотя бы отдаленно напоминающей разумную экономической политики, теперь требуют сохранить за ними все льготы, пособия и другие выплаты, которые в первую очередь довели страну до банкротства. Они без зазрения совести утверждают, что трудящихся заставляют платить за чужое расточительство. Профсоюзы, мелкие левые партии и революционные группировки возлагают вину на две основные политические партии, поочередно правившие Грецией в последние десятилетия. В результате даже представляющие в основном средний класс протестующие восприняли с энтузиазмом анархистские лозунги. «Сжечь дотла! Сжечь дотла! Парламент — сборище шлюх!» — скандировали чиновники, интеллигенты, безработные, пенсионеры и молодые люди, собравшиеся перед зданием парламента 5 мая, когда там проходило голосование о принятии условий Евросоюза и МВФ.

В обмен на спасение от банкротства грекам придется научиться работать и жить по-новому, а также позже выходить на пенсию. Им придется реалистически посмотреть на себя и свое место в мире. Они стали свидетелями того, как греческий кризис едва не распространился на всю Европу. Они стали свидетелями того, какое недовольство вызвала у немцев, словаков и других европейцев необходимость раскошелиться ради их спасения. Пожалуй, обрушившееся на Грецию бедствие уступает только войне.

В этой ситуации нет правых, есть только виноватые. Сейчас решать проблемы предстоит тем же политикам, которые завели Грецию в болото. Десятилетиями политические лидеры раздавали подачки направо и налево, одалживая деньги и покупая поддержку. Теперь им же приходится убеждать людей пойти на жертвы. Популярностью эти призывы, понятно, не пользуются: зарплаты госслужащих будут урезаны на 20%, увеличатся налоги, а пенсии и социальные пособия сократятся.

Премьер-министр Георгиос Папандреу изо всех сил пытается добиться поддержки мер строгой экономии, объясняя, что это единственный шанс избежать банкротства. Но большинство высших чиновников откровенно боятся подержать меры, на которые не отваживалась ни одна из партий, правивших в последние сорок лет. Это отношение разделяет и общество, опасающееся, что жертвы могут оказаться напрасными, и банкротства не удастся избежать. Конечно, большинство греков не имеют отношения к тем, кто уклонялся от уплаты налогов, разворовывал субсидии ЕС, брал взятки, рано выходил на пенсию и уютно жил на содержании соотечественников. Греки сердятся не только на политиков, но и на банкиров, прессу, налоговые органы, судей и полицию.

Иностранная помощь и реформы дают Греции шанс наладить жизнь в стране. Для этого придется преодолеть инертность и коррупцию, которые довели нас до такой жизни, но по крайней мере у нас появился шанс.