Фанатики и провокаторы

Скандал, разразившийся вокруг дела о разгроме выставки "Осторожно, религия!", заслуживает подробного и трезвого анализа. 18 января этого года несколько верующих, в том числе Михаил Люкшин и Анатолий Зякин, разломали и замазали краской экспонаты выставки, проходившей в Центре имени Сахарова. Например, икону с вырезанным ликом и указателем "Фото. Дешево" и изображение Христа на фоне рекламы "Кока-колы" с надписью "Сие есть кровь моя". Свои действия погромщики объяснили тем, что экспонаты оскорбляли чувства православных верующих.

Люкшин и Зякин были задержаны на месте происшествия. По факту хулиганства следователь управления внутренних дел Центрального административного округа Роман Фролов возбудил уголовное дело против обоих погромщиков, а Замоскворецкий суд Москвы, признав обоих подозреваемыми, определил меру пресечения - подписку о невыезде.

11 августа Замоскворецкий суд признал незаконным возбуждение уголовного дела против Люкшина и Зякина. Религиозные фанатики объявили решение суда своей победой. Тут важны подробности.

Рано радуетесьДа, Замоскворецкий суд признал незаконным возбуждение уголовного дела, но по основаниям сугубо процессуальным: во время проведения предварительного следствия и далее, вплоть до момента вынесения постановления о привлечении в качестве обвиняемого, следователь Фролов неоднократно нарушил требования Уголовно-процессуального кодекса. Во-первых, о возбуждении уголовного дела против Люкшина и Зякина не была вовремя извещена прокуратура. Во-вторых, следователь не известил обвиняемого Люкшина о дне предъявления обвинения и не разъяснил ему, что тот имеет право самостоятельно пригласить защитника. В-третьих, текст постановления о привлечении, который следователь вручил обвиняемому Люкшину и его адвокату, не был оформлен должным образом. Постановление было распечатано на принтере, хотя с него должны были снять копию и заверить ее. Из полученной распечатки текста невозможно было установить дату вынесения постановления, которая имеет важное процессуальное значение. Кроме того, на распечатке текста не было подписи следователя.

Все эти нарушения являются вполне веским основанием для того, чтобы признать возбуждение уголовного дела незаконным. То есть Замоскворецкий суд установил, что сотрудники милиции в данном случае преступили закон и доказательства, собранные ими во время предварительного следствия с нарушением норм УПК, не могут быть этим самым судом рассмотрены. В принципе решение суда соответствует духу и букве закона, и свидетельствует это решение только о том, что московская милиция плохо выполняет свою работу. Никакой победы религиозных фанатиков в этом нет.

Решение Замоскворецкого суда означает, что потерпевшим теперь нужно заново возбуждать уголовное дело против вандалов.

В белом венчике из розПока дело о погроме рассматривалось в суде, вокруг него разворачивался громкий скандал. Причем скандалили и потерпевшие, и те, кто сочувствовал нападавшим.

Самым авторитетным защитником погромщиков стал один из предполагаемых "наследников" патриарха, председатель отдела внешних церковных связей Московского патриархата митрополит Смоленский и Калининградский Кирилл, который заявил в интервью "Коммерсанту": "Я, как и абсолютное большинство духовенства, иерархов РПЦ, выступаю категорически против провокаций, которые сталкивают людей по религиозным или по национальным убеждениям. Наша страна прошла через катастрофу ХХ века, в котором было так много этих провокаций. Нужно научиться в XXI веке жить с уважением друг к другу. И сохрани Бог провоцировать русский народ и православных русских людей, испытывая их религиозные чувства. Россия – это не то место, где так можно поступать, поэтому мы должны жить в мире, в толерантности, учитывая и межнациональные и межрелигиозные факторы, и одновременно уважать наши традиции, нашу культуру и нашу веру". То есть один из иерархов РПЦ готов закрыть глаза на то, что толпа людей врывается в общественное помещение, громит его, наносит моральный и материальный ущерб владельцам - ведь религиозные фанатики не только крушили "оскорблявшие их религиозное чувство" художественные объекты, но и расписали стены Сахаровского центра. Вслед за митрополитом Кириллом примерно в том же духе высказался Никита Михалков - известный апологет девиза "Православие. Самодержавие. Народность".

Потерпевшие - сотрудники Сахаровского центра - тоже не молчали: созвали пресс-конференцию, неоднократно информировали прессу о том, как продвигается дело. За организаторов выставки вступились известные правозащитники Сергей Ковалев, Лев Левинсон, Людмила Алексеева.

Вновь заговорили об Авдее Тер-Оганяне, с которого до сих пор не снято обвинение в разжигании религиозной розни. События в Сахаровском центре живо напомнили разгром персональной выставки Тер-Оганяна в 2000 году. Тогда группа людей в казачьей одежде ворвалась в галерею Гельмана и изуродовала работы художника. В тот момент владельцу галереи казалось, что это локальный инцидент, и, не желая раздувать скандал, он не стал обращаться в милицию. Надо отметить тот факт, что испорченные работы принадлежали не автору, а Марату Гельману: погромщики не только оскорбили художника, но и испортили имущество владельца галереи. Получается, что Гельман, оставив хулиганов безнаказанными, отчасти спровоцировал события в Сахаровском центре.

Разумеется, представители потерпевших и сочувствующие им оказались гораздо сдержаннее как в оценках происходящего, так и в поступках. В отличие от религиозных фанатиков, которые во время суда проводили молитвенные стояния, созывали толпы сочувствующих и таким образом оказывали жесткое психологическое давление на суд, нарушая закон.

Чтим Уголовный кодексСтатья 213 Уголовного Кодекса РФ гласит, что хулиганство - это грубое нарушение общественного порядка, выражающее явное неуважение к обществу, сопровождающееся применением насилия к гражданам либо угрозой его применения, а равно уничтожением или повреждением чужого имущества. То, что в результате погрома было испорчено имущество Сахаравского центра и работы художников (их личная собственность), сомнению не подлежит. Поэтому заявления о том, что обвиняемые пытались защитить свое религиозное чувство, - обычная адвокатская хитрость, причем довольно бездарная. Но адвоката можно понять - его подзащитным светит от двух до пяти, так как имели место отягчающие обстоятельства - предварительный сговор и групповое нападение.

Думается, что представителям разгневанной православной общественности не удастся доказать в действиях организаторов выставки состав преступления 282 статье УК (возбуждение национальной, расовой или религиозной вражды), так как художники своими картинами, художественными объектами и перформансами не пропагандировали исключительности, превосходства либо неполноценности граждан по признаку их отношения к религии, национальной или расовой принадлежности. Однако, если действия организаторов выставки не подпадают под статью Уголовного кодекса, это еще не означает, что они поступили безупречно.

Обратимся к международной практике. Известно как минимум два случая, когда Европейский суд по правам человека решил, что художественные произведения представляют опасность для общественной нравственности и, следовательно, 10-я статья Европейской конвенции о защите прав человека на эти случаи не распространяется. В деле "Уингроу против Соединенного Королевства" страсбургский суд решил, что Британское управление классификации фильмов справедливо отказало Найджелу Уингроу в получении сертификата, который позволил бы продавать, сдавать в прокат или демонстрировать иным способом его фильм "Видение экстаза" о святой Терезе Авильской, кармелитской монахине XVI века, которую посещали сильные экстатические видения Иисуса Христа. В своем решении страсбургский суд указал на то, что свобода слова является одной из основных опор демократического общества, однако, как специально указывается в статье 10 п. 2 Европейской конвенции о защите прав человека, осуществление этой свободы налагает обязанности и ответственность. В том числе обязанность избегать по мере возможности того, что представляется другим необоснованно оскорбительным и даже оскверняющим религиозные ценности.

Кроме того, известно дело "Мюллер и другие против Швейцарии", суть которого заключается в том, что художник выставил слишком откровенные эротические картины в одной из галерей Женевы, а городские власти закрыли выставку и конфисковали работы, мотивируя свои действия тем, что выставка нанесла оскорбление общественной нравственности. И в этом случае Европейский суд признал правоту властей, так как счел, что поскольку галерея, хоть и частная, все же является общественным местом, то ее владельцы были обязаны позаботиться не только о правах любителей эротики, но и о правах тех, чьи чувства картины могли бы оскорбить.

Заметим: решения о судьбе выставки и фильма принимали власти, а не пускали это дело на самотек. Что же касается вандализма и хулиганства, то это уголовные преступления, которые требуют наказания. Пока в деле о погроме на выставке стороны не проявили ни правовой грамотности, ни терпимости, ни здравого смысла - а это значит, что подобные события будут повторяться.