Леди Диана и ее принц

Она была одной из самых красивых женщин в мире, а в Англии – самой. Хотя бы по этой причине она должна войти в историю. Она была исполнена множества других достоинств: безукоризненный вкус, едкое остроумие, столь ценимое в английском высшем свете, несомненный литературный дар и великий талант любви. И тем не менее ей не суждено было стать гранд-дамой лондонского общества. Она вошла в историю в качестве жены лидера британских фашистов Освальда Мосли.

Диана родилась в 1910 году четвертым ребенком в семье Дэвида Митфорда, второго барона Ридсдейла, в которой всего было семеро детей, но только один сын, погибший на Второй мировой войне. Весной 1928 года 17-летняя Диана впервые появилась в свете и тотчас произвела сенсацию. От воздыхателей не было отбоя. Среди них был и писатель Ивлин Во, сравнивший красоту юной аристократки с перезвоном колокольчиков. Двоюродный дядя Уинстон Черчилль дал племяннице прозвище "динамит".

Диана сделала блестящую партию: осенью того же года она была помолвлена с Брайаном Гиннессом, старшим сыном и наследником пивного магната барона Мойна. Летом в парижском доме молодоженов Ивлин Во закончил роман "Мерзкая плоть", в котором описал лондонский зимний светский сезон 1929 года - года Великой депрессии, - отличавшийся небывалым разгулом золотой молодежи. Роман посвящен Брайану и Диане, "без чьего ободрения и гостеприимства эта книга не была бы завершена". В русском переводе посвящение отсутствует.

Диана родила от Брайана двоих сыновей, но в 1932 году она познакомилась с Освальдом Мосли и поставила крест на своем браке. Из Мосли советская пропаганда сделала какого-то злобного политического пигмея, нацистскую марионетку, карикатуру на фюрера. Нет ничего более далекого от истины. Сэр Освальд был вполне респектабельным членом общества, одним из самых многообещающих английских политиков. В 1918 году он был избран в палату общин от Консервативной партии и стал самым молодым (22 года) членом парламента. В политических кругах считалось, что его премьерство – лишь вопрос времени. Однако Мосли был нетерпелив, переметнулся к лейбористам и в 1929 году вошел в состав кабинета Рамсея Макдональда. Но и с лейбористами ничего не вышло; Мосли хлопнул дверью и создал собственную партию, назвав ее без затей - Новой. Проиграв выборы, он лишился места в парламенте и занялся реформированием партии – на сей раз она вышла на политическую арену под именем Британский союз фашистов.

В этом замысле не было в то время ничего маргинального или отталкивающего. Идея новой европейской войны не пользовалась успехом ни у широких масс, ни у правящего класса; "партия мира" была сильнее и влиятельнее "партии войны". Магнаты лондонского Сити не желали потерять инвестиции в восстановление немецкой экономики, а народ, измученный депрессией, с надеждой смотрел на Муссолини, у которого дела шли на лад и который, в отличие от большевиков, не упразднил монархию и не разорил церковь. Согласно опросу Гэллапа, 70 процентов британцев моложе 30 лет отдавали предпочтение фашизму перед большевизмом. Наконец, страстным германофилом и решительным сторонником мира с Германией был занявший престол в январе 1936 года король Эдуард VIII (вполне возможно, что именно это обстоятельство, а вовсе не желание жениться на американке низкого происхождения стало истинной причиной вынужденного отречения Эдуарда в конце того же года).

Мосли был женат на дочери лорда Керзона, был богат, вхож в великосветские салоны и закрытые аристократические клубы; был членом британской сборной по фехтованию; отличался неотразимым мужским обаянием и слыл неутомимым любовником. Диана и Освальд вступили в брак в 1936 году в Берлине, в доме Йозефа Геббельса. Свадьбу почтил своим присутствием фюрер, подаривший новобрачным свой собственный фотографический портрет в серебряной раме с нацистским орлом.

Диана познакомилась с Гитлером благодаря своей старшей сестре Юнити. Страстная поклонница вождя, Юнити всюду ходила за ним по пятам, покуда не обратила на себя его внимание. Фюрер, любивший окружать себя красивыми женщинами, называл рослых голубоглазых сестер-блондинок "ангелами". Они постоянно приглашались на нацистские съезды и Вагнеровский фестиваль в Байрейте. Диана, возможно, была единственным на свете человеком, одинаково близко знавшим и Гитлера, и Черчилля. В 1937 году она часто проводила наедине с фюрером долгие вечера в имперской канцелярии – после напряженного дня он не мог уснуть и вел с ней долгие беседы об Англии и Черчилле. В свою очередь, Черчилль интересовался ее мнением о Гитлере, но когда она предложила устроить им встречу, отказался.

В мае 1940 года в соответствии с Законом о чрезвычайных полномочиях членов Британского союза фашистов во главе с Мосли заключили под стражу как "пятую колонну". Спустя месяц арестовали и Диану – контрразведка доложила, что она более опасна, чем ее муж. Поскольку она всего 11 недель как разрешилась от бремени и еще кормила грудью новорожденного сына, ей предоставили выбор: оставить младенца на воле с родственниками или взять с собой в тюрьму. Она предпочла первый вариант. Ее первому сыну от брака с Мосли было в это время два года. Спустя 18 месяцев благодаря хлопотам Черчилля супругам позволили отбывать заключение вместе. В ноябре 1943 года в связи с ухудшившимся состоянием здоровья Мосли кабинет министров принял решение об их освобождении под домашний арест. Сообщение о том, что супруги Мосли вышли из тюрьмы, стало первополосной новостью английских газет. В Лондоне прошли демонстрации протеста, на одну из которых со всех городов и весей съехалось 20 тысяч человек. В палате общин члены парламента от оппозиции вопрошали министра внутренних дел: коль скоро болен Мосли, то почему из-под стражи освободили его жену, ведь она-то здорова?

После войны Мосли вели уединенный образ жизни вдали от Лондона. Их сельский дом посещали лишь самые близкие друзья и дети от первых браков. Освальд написал две книги, но чтобы их опубликовать, ему пришлось создать собственное издательство, потому что все издатели шарахались от него как от прокаженного. Диана занималась воспитанием детей, а потом основала собственный интеллектуальный журнал под названием "Европеец", где в полной мере проявила свое литературное дарование и сумела привлечь к сотрудничеству многих респектабельных авторов. В 1959 году Мосли избирался в парламент как кандидат от организованной им партии "Союз", под лозунгами единой Европы и ограничения небелой иммиграции, и набрал около 10 процентов голосов. Наконец он подвел черту под своей политической карьерой, и Мосли переехали во Францию. Там они сблизились с герцогом и герцогиней Виндзорскими – бывшим королем Эдуардом VIII и его женой Уоллис Симпсон.

Освальд Мосли умер в 1980 году. Диана продолжала держать салон, написала две книги и публиковала литературные рецензии в Times и Evening Standard. В ноябре 1989 года она дала интервью BBC. О Гитлере Диана сказала, что он был "обворожителен и умен" и обладал гипнотическим взглядом. По ее словам, она никогда не верила в возможность войны между Англией и Германией, потому что "думала что возобладает здравый смысл". Интервью навлекло бурю негодования, особенно со стороны еврейских организаций: как можно давать такие характеристики Гитлеру, зная о Холокосте? Она в ответ недоумевала: "От меня добиваются, чтобы я сказала, что Гитлер был отвратителен. Но какой в этом смысл? Все мы знаем, что он был жестоким чудовищем и делал ужасные вещи. Но это не отменяет того факта, что он был бесспорно интересной фигурой. Мня восхищало, что я, 24 лет от роду, сидела и говорила с ним, задавала вопросы и получала ответы, пусть не всегда правдивые. Мне представилась возможность, и я ею воспользовалась - и по сей день считаю, что было бы глупо не воспользоваться. Никакая на свете пытка не заставит меня сказать что-либо иное".

О покойном муже она говорила, что он был "умнейшим и честнейшим политиком Англии". "Ее не любят теоретически, - сказала о Диане младшая сестра Дебора, герцогиня Девонширская, единственная из оставшихся в живых сестер Митфорд. – Но при личной встрече сразу млеют". В том, что сомлел и он, вынужден был признаться и настроенный критически историк Эндрю Робертс, спросивший ее: "Что бы вы сделали, если бы сейчас в эту комнату вошел фюрер?" "Спросила бы его, каково ему в аду, на небесах или где он там", - был ответ.

Теперь у нее есть возможность задать Гитлеру этот вопрос.