За недельку до 2-го

В центральной общественной приемной Дмитрия Медведева уже с утра очередь, а поток - до ста человек в день, говорит замруководителя приемной Вадим Хохлов. Пенсионерки Ирина Львовна и Екатерина Петровна из поселка Мишутино рядом с Сергиевым Посадом жалуются на газовиков - те требуют по 200 000 руб. за подведение газа. Водитель Олег хочет обменять свою «однушку» на двухкомнатную квартиру «по себестоимости», а то ему не повезло: второй ребенок родился за два месяца до начала действия закона о материнском капитале. А бизнесмен из Егорьевска Валерий Слесарев решил подарить Медведеву автомобиль, на котором его прадед вернулся из Берлина после войны: «Медведев у нас теперь символ победы, вот пусть и ездит на символе победы».

Из обратившихся в общественные приемные отберут участников встречи с Медведевым, которая пройдет на этой неделе в Нижнем Новгороде. Так завершается едва ли не самая странная и тихая избирательная кампания из тех, что были в России, - выборы третьего президента, про которые многие так и не смогут с уверенностью сказать, они были или их не было. На прошлой неделе социологи чуть снизили цифры своих прогнозов, но сути дела это не меняет: Медведев легко побеждает с триумфальным счетом, схожим с результатом Владимира Путина на прошлых выборах президента. Весь фокус лишь в том, что результат всем давно ясен, а вот его политический смысл - кто же в России главный? - не понятен до сих пор, формулирует политолог Дмитрий Бадовский.

Кампанию по выборам в Думу три месяца назад нельзя было не заметить. Теперь, чтобы пройти мимо, большинству достаточно не смотреть новости на ТВ. Правда, на этой неделе к ним добавятся рекламные ролики. В одном директор Пушкинского музея Ирина Антонова подчеркивает компетентность Медведева. В другом космонавт Алексей Леонов призывает голосовать за Медведева и Путина - именно в этом порядке, - «чтобы страна не сошла с орбиты». В третьем объясняют: это только кажется, что Медведев мягкий, на самом деле он очень даже жесткий руководитель. «Абсолютно стандартные ходы, по учебнику, - комментирует один из организаторов кампании “Единства” в 1999 году Игорь Шабдурасулов. - [Работа с] целевыми группами: аграрный сектор, средние города, мегаполисы, интеллигенция».

В отдельных регионах что-то предпринимают, чтобы люди активнее голосовали. Где-то проводят дежурные лотереи. Где-то устраивают праздничные проводы зимы, плавно за день до срока переходящие в масленицу. Где-то возобновлены мобилизационные проекты «1+10», организованные осенью «Единой Россией» и обязывающие членов партии приводить товарищей. Но тогда были жесткие схемы отчетности и партийцы обязывались заносить имена сторонников в базы данных, а теперь ничего этого нет, рассказывает источник в партаппарате.

Но в основном - тишина. Даже под занавес региональные штабы не слишком загружены работой, а отделения «Единой России» на местах занимаются в основном юридическим сопровождением кампании и представляют интересы Медведева в местных избиркомах. «Губернатор рукой помахал, мол, не меньше 60%, и все на этом закончилось, - говорит томский социолог Александр Коняшкин. - Никогда не видел такой картины: будто выборов нет вообще». У тех, кто в регионах отвечает за результат, на этот раз нет спущенных сверху цифр, уверен Владимир Звоновский из самарского Фонда социальных исследований. Мало используется административный ресурс, соглашается питерский социолог Роман Могилевский.

Близкие к Кремлю аналитики контраст двух кампаний - вялой президентской и сверхагрессивной парламентской - объясняют тем, что все враги были побеждены в декабре и больше воевать не с кем. Но это тоже политический лозунг - жесткая мобилизация перед выборами в Думу и тогда не слишком повлияла на результат, говорит директор фонда «Общественное мнение» Александр Ослон. Так что это вопрос только стиля и методов. «Трансформация выборов в вотум доверия [курсу] прошла успешно, - подытоживает Алексей Левинсон из Левада-центра, - и доверие очень высокое». Выборы президента люди считают важным для страны ритуалом, и все в нем хотят участвовать. В этом секрет ожидаемой высокой явки, несмотря на то, что идти незачем: ведь все и так решено.

В ходе самой кампании активно путешествовавший Медведев в основном ездил по регионам, где в декабре «Единая Россия» выступила относительно неуспешно, то есть там, где 2 марта уже у него самого могут возникнуть сложности. Но эксперты подтверждают: в целом штаб Медведева не работал на результат - он и так был у него в кармане. Негромкая кампания шла как бы на двух уровнях, и Медведев преследовал две цели, полагает Алексей Макаркин из Центра политических технологий: закреплял статус путинского преемника в общественном мнении и попытался выстроить отношения с элитами. Все-таки он новое лицо, и нужно было себя показать людям.

Видимо, получилось и то и другое. В поездках штаб стремился создать Медведеву образ чиновника, знающего реальные проблемы реальных людей, а не осматривающего потемкинские деревни, рассказывает кремлевский источник; это буквально так и формулировалось на внутренних совещаниях. В результате Медведеву надо было справиться с двумя противоречивыми задачами. Показать себя твердым начальником, при этом демонстрируя близость к людям и вообще естественность. Расположить к себе и утвердиться одновременно. И к тому же превратиться в самостоятельную фигуру, не разрывая союза с Путиным, в котором он пока на вторых ролях.

«Для меня крайне важно в любой ситуации оставаться нормальным современным человеком» - так Медведев завершает свое единственное к вечеру прошлой пятницы предвыборное интервью журналу «Итоги», посвященное в основном его частной жизни. Свои «современность» и «нормальность» Медведев всячески подчеркивал в ходе кампании: то расскажет, как только что залез в интернет, то о своей явно искренней любви к DeepPurpleи виниловым пластинкам. Контраст с Путиным, представляющим далекую и безликую верховную власть, проявляется сам собой. Путин говорит, что ему специально готовят новостной дайджест, чтобы он знакомился с ним в машине. Медведев с легкостью признается, что смотрит новости на сайтах телеканалов.

Чем дальше, тем охотнее люди наделяют Медведева позитивными качествами, утверждают эксперты. Хотят относиться к нему с симпатией - это значит, что избиратели все больше представляют его президентом. «Его образ теперь отличается от нуля», - говорит социолог Левинсон. И в чисто политическом смысле Медведев все активнее выступал от первого лица, а не от имени Путина и наконец прямо сказал «Итогам»: «Нет никаких двух, трех или пяти центров [власти]. Россией управляет президент». То есть это будет он, а не Путин. Но сам Путин к концу февраля тоже стал чаще появляться на публике и снова оттеснил Медведева на второй план. Под занавес он занял в медведевской кампании положенное ему ключевое место.

Но к этому моменту, обращаясь к элитам с планами на перспективу, Медведев уже добился некоторого успеха, показав, что он не копия Путина. Постепенно от недели к неделе в его выступлениях рассуждения о стабильности и преемственности уступали словам «развитие», «инновации», «новый этап», отмечает Бадовский. Другое дело, что все эти слова звучат негромко - совсем не так, как если бы их произносил Путин: Медведев не переигрывает с надуванием щек, соглашается другой политический эксперт.

На фоне статус-кво проступала программа действий. Кульминацией кампании стал экономический форум в Красноярске, где Медведев не только четко представил себя либералом - «Свобода лучше, чем несвобода», - но и предложил более или менее конкретный план: от снижения ряда налогов до вывода чиновников из советов директоров госкомпаний. А его предвыборным коньком стали темы независимости судов и борьбы с коррупцией. Обе эти темы Медведев, судя по всему, для себя определил сам. По крайней мере, по данным Newsweek, еще на старте гонки он сам вписал пассаж про «национальную программу борьбы с коррупцией» в уже готовый текст речи.

Путина уже давно знают, и, что бы он ни говорил, его образ давно сложился. Медведева чиновники, бизнесмены и журналисты слушают внимательнее и отмечают про себя, что он избегает агрессивной путинской фразеологии и не присоединяется к спорным тезисам. Медведев встроился в систему конкретных ожиданий бизнеса, сформировав в итоге какое-то собственное лицо, говорит Левинсон. Под конец кампании либерализм стал его визитной карточкой, и близкие к Кремлю наблюдатели утверждают, что ближе к финалу будущий президент явно стремился сдвинуться обратно влево. Его уже не устраивало, что все в основном цитируют его рассуждения о свободе, а не о социальных проблемах простых людей.

Несмотря на беспрецедентную вялость кампании или даже отчасти благодаря ей Медведев на глазах набирает уверенность. Утверждается в позе лидера. С элитой будущий президент установил связь, и народ им тоже доволен. Но все это пока ни к чему не обязывающая симпатия: все напряженно ждут реального распределения ролей внутри дуумвирата Медведев–Путин.

Всю прошлую неделюс каждым днем усиливалисьслухи о досрочной отставке правительства, хотя никто в правительстве и не мог объяснить, зачем ее сейчас устраивать. Даже если отставки кабинета не будет, путинский истеблишмент хорошо понимает: проблема 2008 г. вступает в самую острую фазу. Имидж имиджем, но то, как после выборов рассядется в Кремле и в Белом доме разношерстная команда Путина, в значительной мере и определит, кому же в итоге достанется власть в России.