Совбез не собес

Двух Ивановых одно кресло не выдержит

Вслед за правительством и администрацией президента пришла очередь кадровых перемен в Совете безопасности. Здесь их оказалось еще меньше, чем в Кремле и Белом доме. В произошедших изменениях нашли отражение как обычные бюрократические...

Вслед за правительством и администрацией президента пришла очередь кадровых перемен в Совете безопасности. Здесь их оказалось еще меньше, чем в Кремле и Белом доме. В произошедших изменениях нашли отражение как обычные бюрократические ротации, неизбежно сопровождающие любую смену верховной власти, так и «рокировочки» со смыслом, на перспективу.

Первые коснулись постоянных членов СБ. По существующим правовым нормам ими являются, помимо, разумеется, президента, те, кто входит в Совет безопасности по должности — премьер, руководитель президентской администрации, секретарь СБ, председатели обеих палат парламента, министры обороны, внутренних и иностранных дел, руководители спецслужб — ФСБ и СВР. В этой группе перемены есть, но они относятся к тем самым бюрократическим ротациям. Просто новые чиновники, назначенные на соответствующие высокие должности в АП и силовых структурах, в придачу к ним получили и членство в Совете безопасности.

Во второй группе — члены СБ, включаемые в его состав и исключаемые из него президентом страны по представлению секретаря Совета безопасности. Они к тому же на заседаниях этого органа (в отличие от постоянных членов) обладают лишь правом совещательного голоса. Вот в этой-то группе и произошли наиболее значимые перемены. Главная сенсация состоит в том, что в составе обновленного СБ не оказалось нынешнего вице-премьера правительства Сергея Иванова. В течение долгого времени этот политик входил в Совет безопасности в качестве постоянного члена — по должности. Начинал еще при Ельцине в 1999 году секретарем СБ, а потом в течение 6 лет, с 2001-го по 2007-й, был министром обороны. Когда Сергея Борисовича переместили на пост первого вице-премьера, то по формально-бюрократическим канонам его статус в СБ вроде как понизился. Ведь не по должности он там остался. Но то было время больших политических надежд. Ведь Сергей Иванов наряду с Дмитрием Медведевым считался тогда наиболее вероятным кандидатом на роль преемника Владимира Путина. А летом прошлого года вся политическая Москва называла Иванова кандидатом № 1 на высший государственный пост. Поэтому его сохранявшееся членство в СБ выглядело вполне логичным. Ныне Сергей Иванов по-прежнему в обойме. Но он всего лишь один из нескольких вице-премьеров, даже не первый. И без видимых политических перспектив. При таком раскладе его присутствие в СБ не выглядит столь уж необходимым.

А вот новый глава Госнаркоконтроля Виктор Иванов в состав членов Совета безопасности с совещательным голосом вошел. И это тоже неожиданность, поскольку его предшественник на данном посту Виктор Черкесов в этом качестве в СБ не входил. Он был им раньше — с 2000-го по 2003-й, когда занимал должность полпреда президента РФ в Северо-Западном федеральном округе.

Чем вызвано новое назначение Виктора Иванова — усилением государственной важности борьбы с наркотиками, а стало быть, и службы, которая этим занимается, или укреплением его личных позиций? Первое предположение едва ли близко к истине, ведь после ухода из этого ведомства Виктора Черкесова поползли слухи, что и самому ведомству в качестве самостоятельной структуры жить осталось недолго — куда-нибудь его скоро вольют.

Второе предположение тоже вызывает определенные сомнения. Позиции Виктора Иванова в период «междуцарствия» не считались сильными. Его перспективы отчетливо не просматривались, как у других влиятельных силовиков. Стало быть, новое назначение преследовало, скорее, совсем иную, «командную» цель — добиться концентрации в одном из главных, хотя и совещательных, органов страны наибольшего количества силовиков, и не просто силовиков, а тех из них, с чьими именами в последние годы ассоциировалась жесткая линия в российской политике. Для чего? Вполне вероятно, что для противовеса. Скорее всего, президенту, поскольку СБ — орган президентский. А вдруг новый глава государства начнет реализовывать на практике те идеи, которые высказывал в ходе предвыборной кампании: о необходимости преодоления «правового нигилизма» или о том, что «свобода лучше несвободы», что надо ограничивать роль государства в хозяйственной жизни и административное регулирование экономики? На этот случай и припасена площадка, на которой президенту в закрытом режиме всегда можно будет компетентно возразить, опираясь на мнение «старших товарищей». Насколько подобная конструкция окажется эффективной и работоспособной, мы узнаем уже в ближайшие месяцы.