Оригинал материала
МАЕВКИ ИНЫМ МАНЕРОМ
ЦЕНА ЗАКОНА
Закон «О митингах» превратился в PR-акцию президента. Владимир Путин выступил в роли «авторитарного демократа» — он единственный, кто способен защитить права и свободы россиян. «Плохая» «Единая Россия» протащила через Госдуму...
Закон «О митингах» превратился в PR-акцию президента. Владимир Путин выступил в роли «авторитарного демократа» — он единственный, кто способен защитить права и свободы россиян. «Плохая» «Единая Россия» протащила через Госдуму «неправильный» закон, «хороший» президент устроил лидеру «Единой России» Борису Грызлову форменную публичную порку и заставил поменять закон на «правильный».
За «правильную» президентскую версию единороссы проголосовали еще дружнее, чем за собственную. Прочие же оппозиционные партии, так же как и в первый раз, закон отвергли.
Пофракционные результаты первого и второго голосования мы свели в единую таблицу, они оказались столь схожи, что возникло ощущение: оба раза депутаты голосовали за одно и то же.
В то, что закон «О митингах» стал либеральнее, не поверили не только думская оппозиция, но и партия чиновников — «Единая Россия». Мы решили проверить, чего же добился Владимир Путин, устроив выволочку Борису Грызлову, и сравнили обе редакции закона.
В первом варианте
Запрещалось проводить публичные мероприятия в местах, где не обеспечена безопасность участников, вблизи вредных производств, путе-, нефте-, газо- и продуктопроводов, транспортных магистралей, железных дорог, ЛЭП, больниц и поликлиник, вузов, школ и детских садов, театров, музеев, стадионов, церквей, мечетей, синагог, кладбищ, резиденции президента РФ, офисов властных структур, посольств и границ.
Во втором варианте
Запрещается проводить публичные мероприятия вблизи вредных производств, путе-, нефте-, газо- и продуктопроводов, транспортных магистралей, железных дорог, ЛЭП, резиденции президента РФ, судов, тюрем и границ.
В первом варианте
Чиновник имел право не принять уведомление о проведении акции, если считал, что оно противоречит «общепринятым нормам общественной морали и нравственности».
Во втором варианте
Это положение исключили, но теперь организатор обязан согласовать с чиновником место и время мероприятия и без согласования не имеет права на его проведение.
В первом варианте
Разрешалось проводить митинги, шествия и т.д. с 7 утра до 10 вечера.
Во втором варианте
Разрешено проводить те же мероприятия на час дольше, до 11 вечера.
В первом варианте
Инициировать собрания могут граждане с 16 лет, а митинги, пикеты и демонстрации — с 18 лет, а также партии, общественные и религиозные объединения.
Во втором варианте
Партии, общественные и религиозные объединения не упоминаются, а 16-летним разрешили организовывать не только собрания, но и митинги.
В первом варианте
Уведомлять власти об акции организатор должен за 10 дней.
Во втором варианте
Для уведомления о пикетах установлен трехдневный срок, срок уведомления о прочих публичных мероприятиях оставлен без изменения.
Самая главная претензия к закону — провозглашенный уведомительный принцип проведения митингов не работает. У чиновника сохраняется право запретить его исходя из собственных представлений о морали и нравственности.
Вторая — акции протеста фактически загоняют в леса. В городах практически нет мест, которые не попадают в списки ограничений.
В новой редакции моралью пожертвовали, список мест, где нельзя митинговать, сократили, но сохранили самое главное — возможность запрещать. Теперь бюрократ просто предлагает согласовывать с ним места проведения акций, и все здания властных органов и прочие места, что изъяты из первой редакции, вновь оказываются в «безопасности», но уже не по закону, а по усмотрению чиновника. Время теперь тоже надо согласовывать, и то, что будет сочтено несвоевременным, не сможет состояться даже в лесу.
Прочая либерализация закона и вовсе не принципиальна.
Закон слегка изменился по форме, но суть осталась прежней.
Между тем над новой редакцией закона работали не только в Думе и правительстве, часть поправок вносилась и от имени президента, так что Путин является его автором тоже. Возможность еще раз изменить его осталась разве что теоретическая. После второго чтения его можно считать фактически принятым, третье чтение на практике — просто формальность. Но в результате всех пертурбаций вокруг него были убиты два зайца: акции протеста попали под жесткий госконтроль, а Владимир Путин снискал славу демократа.