МОДЕРН В СТАРОМ ДОМЕ

ТЕАТРАЛЬНЫЙ БИНОКЛЬ

Целых пять лет Светлана Врагова репетировала пьесу «Старый дом» Алексея Казанцева. Что же искала художественный руководитель театра «Модернъ» в этой мелодраматической истории о том, как общественная мораль разрушила любовь мальчика и...

Целых пять лет Светлана Врагова репетировала пьесу «Старый дом» Алексея Казанцева. Что же искала художественный руководитель театра «Модернъ» в этой мелодраматической истории о том, как общественная мораль разрушила любовь мальчика и девочки? В 70—80-х эта пьеса стала потрясением, но осталась ли она актуальной в начале двадцать первого века?

В последнее время многие режиссеры увлеклись воссозданием на сцене «совкового» быта, коммуналок, этажерок и фикусов. Врагова осталась верна своему стилю — модерну. На сцене размещены двухуровневые изысканные металлические конструкции, в которых угадывается контур дома, где происходит действие пьесы (сценография Ларисы Наголовой). Дому более 100 лет, в нем бывал Лев Толстой, но кто сейчас его населяет? Бывшие залы превратились в крошечные комнатки, в которых живут мелкие людишки. Прекрасный старый дом Москвы девятнадцатого века собираются сносить, но все не сносят. В нем продолжают жить — и жить несчастливо.

В двух непохожих семьях выросли Саша (Мария Орлова) и Олег (Олег Царев), советские Ромео и Джульетта. Помимо юных влюбленных автор выводит на сцену целый паноптикум из советской коммуналки. Тут и вечно растягивающий меха баяна Сашин отец — семейный деспот и алкоголик (Владимир Левашов), и его забитая жена (Надежда Меньшова), и затюканный отец Олега, ловко скрывающий наличие второй семьи (Леонид Трегуб), и его играющая в аристократизм жена (Любовь Новак), и инфантильная Юлия Михайловна (Елена Стародуб), и глубоко религиозный лектор по научному атеизму (Олег Вавилов), и монструозный управдом (Сергей Пинегин).

В первом действии в этой обыкновенной квартире рождается необыкновенная любовь. Однако она не выдерживает испытаний, давления со стороны общества. Чувства молодых людей искалечены ханжеской моралью коммуналки.

Дальнейший ход пьесы окончательно разочаровывает в главных героях. Трепетная, нежная в юности Саша спустя годы, сменив трех мужей, становится деловой и циничной, Олег остался одиноким, слабым, собственные близкие ему чужды. Герои не соединяются. Старый дом сносят. Страшные люди в черном, не то бандиты, не то фашисты, во главе с дьяволом-управдомом рушат дом, который посещал Лев Толстой.

Черные люди разделяют Сашу и Олега: вначале Саша уходит со сцены, а потом и Олег исчезает вместе с разрушителями. Режиссер дает понять, что человеческая и душевная слабость героя оборачивается не только личной драмой для него и его возлюбленной, но и моральным перерождением, превращением Олега в «черного».

Взявшись за классическую советскую пьесу, Врагова погружается в глубокое ретро, не буквально, а в виде аллюзий. На сцене читают стихи Цветаевой «Домики старой Москвы» (Слава прабабушек томных/ Домики старой Москвы/ Из переулочков скромных/ Все исчезаете вы), в конце спектакля все актеры поют старинный романс, как принято в «Модерне». С другой стороны, постановка обращается к злобе дня, к проблемам разрушения не только чувств, но и материальных свидетельств прошлых веков.

Рушится любовь, рушится старый дом, рушатся связи между людьми и поколениями. К сожалению, абсолютно неясно, отчего это происходит, отчего ломаются человеческие связи, рушатся светлые чувства. Спектакль не дает ответа на эти вопросы. Может, на них и нет прямых ответов? Зритель сам решает: заела ли среда или люди сами виноваты в своих бедах.

Мастерство постановщика и актеров (особенно выделяются Олег Царев и Мария Орлова) вдохнуло новую жизнь в эту старую пьесу. «Старый дом» Казанцева продемонстрировал свою способность к новому прочтению. На спектакле плачут: что может быть для театра дороже зрительских слез?