Выборы уже не торт

Торт, брошенный в Михаила Касьянова, вписан в большую брейгелевскую картину российского 2016 года. Кризисного, тревожного, наполненного разочарованием, и к тому же, как назло для властей, года выборов. Возможно, «уникальное чувство юмора» Рамзана Кадырова позволяет ему в кругу друзей наслаждаться размазанным кремом на лице певца Баскова. Здесь, в фильме «Великий диктатор» Чаплина, трудно удержаться от аллюзий на фуд-битву, которая сама пародировала комедии с перебрасыванием тортами. Но дело совсем не в чувстве юмора и не в споре о том, кто шутит смешнее. Выходку кадыровцев, попытки срывать публичные выступления оппозиционеров представителями Антимайдана (последняя из них случилась накануне в Нижнем Новгороде) нужно рассматривать как часть стартовавшей предвыборной кампании. Такой, где шутники требуют для себя бессрочной лицензии на переопределение поля политического. По мнению кадыровцев, оппозиция — это те, кто про проблемы ЖКХ рассуждает, прочие враги и предатели. Выданная лицензия предполагает право на акции прямого действия.

Постоянные тычки в адрес оппозиционеров со стороны «попутчиков власти», «представителей истинного гражданского общества» и «патриотов-волонтеров» преследуют несколько задач. Во-первых, это, разумеется, устрашение самих оппозиционеров, постоянная черная метка, которую им бросают, — как бы в шутку.

Во-вторых, это стигматизация оппозиции. Россиянам постоянно напоминают, кто именно враг, кого можно и нужно ненавидеть. Наконец, это демонстрация того, что может ждать оппозиционеров в ходе предвыборной кампании: их готовят к жесткому сценарию. Над этим могут работать как «попутчики», так и вполне официальные лица, как в случае сотрудников чеченской полиции или представителей ДПС, ищущих в машине Ильи Яшина огнестрельное оружие.

Важнейшее разграничение здесь происходит уже на уровне политического словаря: оппозиция объявляется «внесистемной», то есть принципиально вынесенной за сферу легальной политики. Нет нужды пояснять, что «внесистемная оппозиция» — это антиконституционное понятие. В соответствии с Конституций политическое участие граждан России не может быть ограничено какой бы то ни было «системой», будь то система парламентских фракций или набор неформальных договоренностей между публичными политиками. К счастью, против «системной оппозиции», той, которая «про ЖКХ», сейчас играет сама природа. За двадцать пять лет она так и не сумела создать работающих институтов политического рекрутинга.

Значит, что в 2016 году избирателям вновь предложат протестовать против власти вместе с Зюгановым и Жириновским: дурная комедия.

Тортами в политиков и випов бросались прежде члены запрещенной партии Лимонова. Те из них, кто сохранил верность вождю, сегодня переквалифицировались на цели подоступнее, вроде Макаревича. Продуктовые акции лимоновцев были отчаянным, анархистским политическим жестом. Перед мальчиками стояла карающая государственная машина, а они смеялись ей в лицо. Бросали в нее торт и получали сроки. Торт, брошенный в чиновника, вскрывал тогда ничтожность власти, ее злобность, несоразмерность наказания для атакующего нанесенному вреду. Торт, брошенный кадыровцами в Касьянова, показывает прямо противоположное. Торт остался тем же, контекст поменялся.