Лукашенко сделали штык

За кредит Белоруссия готова разместить у себя российские ракеты

Казалось, визит Путина в Минск и переговоры с Лукашенко закончились полной победой последнего. Путин прилетел накануне официальных переговоров и союзного заседания, отужинал с Лукашенко в горно-лыжном центре (хорошо, что хоть не на...

Казалось, визит Путина в Минск и переговоры с Лукашенко закончились полной победой последнего. Путин прилетел накануне официальных переговоров и союзного заседания, отужинал с Лукашенко в горно-лыжном центре (хорошо, что хоть не на татами), а утром два вождя и цветы возлагали, и офис ВТБ в Минске торжественно открывали, и беседовали как будто бы мирно и с пониманием.

Переговоры один на один продолжались четыре часа, зато потом сплошным потоком полилось благодушие: насчет цены на газ договорились, и Россия будет повышать цену исключительно в рамках прошлогодних договоренностей, а еще дает госкредит в полтора миллиарда долларов, потому что понимает, в каких тяжелых условиях оказалась Беларусь. Правда, Путин довольным после переговоров не выглядел, но это легко объяснить: ему физиологически неприятно общаться со своим белорусским коллегой. Зато Лукашенко сиял, чего с ним давно не происходило, и на лице читалось абсолютное торжество: «Я снова в игре! Меня снова поддерживает Россия!».

Про конституционный акт, овеянный мифами и домыслами, демонизированный за последнюю неделю до уровня договора Фауста с Мефистофелем, и вовсе никто из лидеров не вспомнил. Как не было его рассмотрения в повестке дня, так и не возникло в качестве срочных дебатов. Сенсация «Путин становится президентом Союзного государства и не уходит из Кремля» не состоялась. Эта информация действительно оказалась сделанным вовремя информационным вбросом, густой дымовой завесой, за которой ничего больше не было видно, да никто и не стремился всматриваться внимательно. Журналистов российских телеканалов, которые выходили в прямой эфир из Минска, ведущие новостей нетерпеливо спрашивали: «Так что там с конституционным актом? Будут обсуждать? А подписывать?..». Но Путин и не собирался ничего подписывать.

Всем было понятно, что просто так, за дружеские объятия, Путин кредит не даст, как и газ по фактически прежней цене. И ради союзных посиделок в Минск не приедет. Вопрос был в том, что именно Путин упорно, в течение четырех часов переговоров с Лукашенко, выторговывал за кредит и газ.

Об этом не было официальных сообщений, Путин и Лукашенко изо всех сил демонстрировали дистиллированное союзничество и убеждали окружающих, что Россия просто хочет помочь Беларуси преодолеть экономический кризис, вызванный повышением цен на газ. Но после того, как Путин целый год душил Лукашенко и стращал заоблачными ценами, радушие выглядело плохим спектаклем. Этим оно, собственно, и было.

Почти никто не обратил внимания на высказывание Лукашенко после переговоров: «Беларусь готова сыграть свою роль в вопросе предполагаемого размещения в Европе элементов системы противоракетной обороны США и тесно координировать свои действия с Россией по ДОВСЕ». Звучит на первый взгляд вовсе не сенсационно. Но, похоже, именно этой невыразительной фразой Лукашенко озвучил плату за кредит и газ.

Во всяком случае, российский «ястреб» генерал Ивашов отреагировал мгновенно. Он выделил главное из официальной шелухи. Беларусь, заявил он в тот же день, может оказать помощь России в нейтрализации угроз, возникающих в связи с планами развертывания в Европе объектов американской ПРО: «Эта помощь может выражаться в нацеливании белорусской ударной авиации на объекты ПРО США в Польше и Чехии, организации их непрерывной разведки и разрешении разместить на своей территории российские ударные и радиотехнические средства. Если западная сторона не согласится на ратификацию адаптированного ДОВСЕ или на переговорный процесс по его уточнению, Беларусь может также заявить о готовности наложить мораторий на исполнение этого договора. В случае обострения напряженности между НАТО и Россией белорусская сторона может поставить вопрос о выходе из Лиссабонского протокола по ядерному оружию бывшего СССР и согласиться на размещение российского тактического ядерного оружия на своей территории».

И это — единственная возможная версия. Потому что за госкредит и сдерживание цены на газ нужно платить. И если Лукашенко действительно согласился разместить российские ракеты на территории Беларуси, то дешево взял. Выход из экономического кризиса «на русских штыках» — худший для него вариант. Потому что эта кабала будет серьезнее конституционного акта. Но Лукашенко этого пока еще не понял. Очевидно, во время четырехчасовых переговоров Путин просто убеждал его в том, что предлагает роскошные условия: никакого объединения, и хозяином территории остаешься ты, и кредит я тебе даю, и цену на газ не взвинчиваю, а взамен всего-то парочку небольших ракет у тебя размещу, они много места не займут… И Лукашенко, похоже, согласился. Он просто не понял, что его вовлекают в гонку вооружений, и с момента появления первой же российской ракеты его власть в Беларуси закончится. Контролировать территорию будут российские военные. А для них что Лукашенко, что Милинкевич — так, мелочь, «бегущие кабаны».