Какие документы дают право сжигать портреты российского президента, или Почему «Газпром» поддерживает криминальный режим На прошлой неделе глава думского Комитета по международным делам Дмитрий Рогозин фактически обвинил режим Сапармурата...

Какие документы дают право сжигать портреты российского президента, или Почему «Газпром» поддерживает криминальный режим

Н

а прошлой неделе глава думского Комитета по международным делам Дмитрий Рогозин фактически обвинил режим Сапармурата Ниязова в сотрудничестве с талибами.

Рогозин озвучил то, о чем давно говорят вполголоса и в Москве, и на Западе: режим Ниязова – едва ли не единственный в мире, не брезговавший государственной торговлей наркотиками; в оплату за наркотики талибы получали из Туркмении нефть.

После падения талибов Ниязов арестовал главу Комитета национальной безопасности Туркмении Назарова и обвинил его в создании транснациональной сети торговли наркотиками, — разумеется, без ведома Туркменбаши.

Режим Ниязова – один из самых мрачных на постсоветском пространстве. В центре Ахшабада вздымается позолоченная статуя Туркменбаши; в школах изучают его «Рухнаме» — книгу, в которой можно найти сведения, что туркмены изобрели колесо, и множество других, столь же «полезных».

Зато там не найдешь сведений о том, что деньги за хлопок, выращенный в колхозах, не возвращаются в Туркмению; что деньги за туркменский газ оседают в офшорных фирмах; что большинство банков и предприятий, возникших в 90-х, национализированы путем ареста хозяев и что фирмы, ввозящие в Туркмению водку и сигареты, принадлежат сыну Туркменбаши.

Лишившись поддержки талибов, Туркменбаши недолго искал союзников: в апреле он появился в Москве, где подписал договор о поставках туркменского газа «Газпрому» и в обмен получил подпись президента Путина под дополнениями к российско-туркменскому соглашению о двойном гражданстве.

150 тысяч российских граждан в Туркмении оказались под угрозой геноцида.

Можно было бы подумать, что мы обменяли 150 тысяч российских душ на нечто полезное для России. Но это не совсем так.

Во-первых, туркменский газ – прямой конкурент российского. Нет ни одного места в мире, куда мы поставляем через трубу «Газпрома» туркменский газ и куда мы через ту же трубу не могли бы поставлять российский. Туркмения вряд ли сможет построить трубу в обход; оппозиционеры утверждают, что с западной компании, предложившей подобный проект, попросили взятку в миллиард долларов.

Зачем же мы транспортируем газ конкурента?

Правда, у «Газпрома» дефицит газа и не хватает денег на освоение новых месторождений и выполнение международных обязательств. Действительно, капитализация российских частных нефтяных компаний составляет 1,45 долл. за баррель нефтяного эквивалента. Для «Газпрома» этот показатель – 26 центов. Видимо, эти два показателя характеризуют сравнительный уровень менеджмента в «Газпроме» и частных компаниях.

Однако дефицит газа могли бы восполнить независимые газовые производители, более рачительно относящиеся к деньгам. Но они не имеют доступа на внешний рынок, а тарифы на транспортировку газа внутри России для них вдвое выше, чем для самого «Газпрома».

И вместо того чтобы отдать рынки собственным российским компаниям, «Газпром» отдает их туркменскому конкуренту. Более того. Внимательное изучение договора, подписанного в апреле между «Газпромом» и Туркменией, вызывает удивление. Согласно этому договору крупные поставки газа «Газпрому» начнутся только в 2007 году.

До этого же, в 2003—2006 гг., основной объем туркменского газа на Украину по договору с «Газпромом» будет поставлять фирма Eural Trans Gas. Эта фирма с уставным капиталом 12 тыс. долл. зарегистрирована 5 декабря 2002 года в венгерском поселке Чабды. Учредили ее трое румын и один израильтянин: Луиза Лукач, Михай Саву, Анка Негреану и Зеев Гордон. Eural будет поставлять на Украину 36 млрд кубов газа ежегодно и в качестве платы получит 13,7 млрд кубов газа. По подсчетам аналитиков из Hermitage Capital Management, это принесет фирме от 320 до 946 млн долл. дохода — в зависимости от того, где будет продан полученный в оплату газ.

Вся эта схема представляется крайне сомнительной. Представляется вероятным, что в финансовые потоки Eural зашиты и деньги для украинских чиновников, и деньги для чиновников газпромовских (под видом денег на финансирование российской предвыборной кампании), и деньги для Туркменбаши. Как всегда в таком салате, не обошлось без криминала: в СМИ писали, что с украинской стороны в фирме присутствует Семен Могилевич — человек, которого ФБР не совсем заслуженно считает главным российским мафиози.

Судя по заявлению Дмитрия Розогина, в Туркмении слишком рано посчитали, что документы, подписанные в ходе визита Ниязова в Москву, дают право сжечь в центре Ашхабада портрет президента Путина. И есть шанс, что деньги от Eural Trans Gas не заместят выпавшие после разгрома талибов доходы.