ВРАЧИ ПРИДУМАЛИ ХИТРЫЙ ПРИЕМ

ВЛАСТЬ И ЛЮДИ

Минул год Великой Монетизации и акциям протеста в ее честь, но никакой реформы из этого не вышло. А вышло вот что. Очереди в воронежских поликлиниках стали традиционными. Рождаемость у нас сегодня далеко отстает от смертности; в Воронеже —...

Минул год Великой Монетизации и акциям протеста в ее честь, но никакой реформы из этого не вышло. А вышло вот что.

Очереди в воронежских поликлиниках стали традиционными. Рождаемость у нас сегодня далеко отстает от смертности; в Воронеже — вдвое, в селах Воронежской области — до четырех крат. Народ стареет и по инерции тянется к бесплатной медицине, в которой на самом деле даже сыра для мышеловок не осталось.

Весь прошедший год очередь за льготными лекарствами занимали накануне поступления их в аптеку, ночью. Битвы за лекарства бывали ожесточеннее сражений Великой Отечественной, и отцы города и области в такие дни в аптеках не появлялись ни разу: охрана могла не устоять перед костылями. В битвах этих ветераны получали новые увечья и душевные травмы от своего государства. Какое уж тут снижение смертности…

Нормальному человеку просто смотреть на эти очереди трудно, не то что стоять в них. Очереди в поликлиники — с пяти-шести утра. Отдельная очередь — на сдачу анализов. Самый первый стоялец приходит еще раньше и ходит со знаменем-тетрадкой, в которую пишет всех прибывающих; за право вести учет он платит невозможностью пойти домой погреться.

Еще раньше очереди начинаются в дни, когда выдают талоны к врачам-специалистам на всю неделю. В поликлинике возле моего дома в спальном районе уже год как завели диспетчера, который, как на вокзале, предупреждает по радио граждан толпящихся, чтобы к такому-то врачу больше не стояли и не обольщались, что раньше следующей недели им удастся попасть на прием к специалисту. И все хорошо: граждане не бузят, а расходятся.

Те, кто приходит в семь-восемь утра, могут рассчитывать на прием только к концу недели. В тот же день можно попасть к врачу только в платное отделение. А можно и не попасть. Рентген, многие анализы, УЗИ, кардиограмма — только платно, и там тоже очереди. УЗИ есть и бесплатно, но через месяц-два. Но даже на этот случай в бесплатных рентгенокабинетах висят предупреждения, что пленки нет. Надо приходить со своей или заплатить за нее на месте.

Врач-специалист принимает в день 12—15 человек «бесплатников» (обычная поликлиника рассчитана тысяч на 20—30 жителей), после обеда его медицина становится платной. Зарплата у врачей воронежских маленькая, в поликлиниках четверть штата — недобор. А народу к открытию поликлиники — сотни.

Медицинские чиновники оправдываются не только нищенским финансированием медицины, но и монетизацией льгот: мол, право на льготные рецепты имеют больше ста тысяч воронежцев, а больше половины из них уже отказались от «натурального пакета» и заготавливали бесплатные лекарства впрок. От монетизации этой в Воронеже посетителей поликлиник в прошлом году стало на порядок больше.

Старики еще летом начали массово отказываться от соцпакета, доставшегося им от монетизации. Не настоишься ведь в очередях-то за лекарствами в «полуклинике». А достоишься в аптеках — их нет.

И с транспортом пригородным — многим приходится больше лежать, чем ходить или ездить. А 450 рублей как раз может хватить на лекарства. Не на все, конечно. Как бы то ни было, к августу более 80 тысяч льготников области принесли в местные отделения ПФ заявления об отказе от соцпакета в пользу денег.

В прошлом году в Воронежской области числились 345 тысяч владельцев «монетизационных» льгот. К концу года больше двухсот тысяч отказались от услуг либо частично, либо полностью.

А тут еще и новая напасть: неработающее население обязано заменить свои страховые медицинские полисы. В последние годы на воронежский рынок выходило много медицинских страховых компаний, хороших и разных. Разные вели себя нахально и коррумпированно, так что пришлось вмешиваться правоохранительным органам. После страховых войн рынок вроде устаканился, и, например, жители всего Левобережья попали в ласковые руки компании «Газпроммедстрах». Полисы всех прочих компаний стали недействительными.

Народ левобережный неделями стоит в очередях, чтобы обменять полис.

К касте неработающих, помимо пенсионеров, относятся студенты, школьники и, конечно, безработные. Молодежи труднее — надо отпрашиваться с учебы, и стоять вместе со стариками они не любят. Но все равно: затемно, по морозцу и под простудный ветер они приходят отмечаться в тетрадках. Многие приходят сюда же и на следующее утро. А кто-то решает проблему полиса неделями. И, как в советских очередях за водкой, во всех этих сумрачных утренних очередях уже возник бизнес по торговле местами в списках.

Журналисты пытались упрекнуть «Газпроммедстрах»: а нельзя ли побольше пунктов организовать, раз уж ваша компания теперь — царь горы? Страховое начальство сгоряча заявило на эти упреки: мол, какие очереди? После обеда уже никого нет! Но журналисты тут же поймали его за язык и ткнули носом в длинные вилюшки очередей. Начальство ситуацию оценило и больше не горячилось. Но и пунктов больше не стало. А те, кто полисы до Нового года не заменил, останутся вообще без медицинского обслуживания. Больные, инвалиды — не важно.

Капитализму в России полтора десятка лет, но он прошел стороной мимо наших стариков — по трассе, где непрерывным потоком трейлеры везут куда-то добро из закромов родины. При этом доброе слово о старшем поколении нынешняя вертикаль произносить не забывает. Забота о ветеранах, домах престарелых, мелкие гостинцы к праздникам — больным, медали и грамоты — ветеранам войн… А для не охваченных благодеяниями власти воронежцев планируется снять документальный фильм, посвященный празднованию Дня пожилого человека и работе с пожилыми людьми. В кино покажут сюжеты о праздничном мероприятии для пожилых воронежцев, о работе Центра геронтологии, о всесторонней медицинской помощи пожилому населению в лечебно-профилактических учреждениях Воронежской области.