Избранные места из переписки людей с чиновниками. Почему до высоких кабинетов не доходят наше отчаяние и наш страх?

1.

Вера Савченко, москвичка, 37 лет, руководитель отдела логистики крупной европейской компании, рассказывает.

История Веры Савченко

«В 2008 году начались странные проблемы со здоровьем. Первый раз попала в больницу с предварительным диагнозом полинейропатия. Его лечащий врач опроверг, но итогового диагноза не поставил, выписав в состоянии гораздо худшем, чем было при поступлении. Была температура около 38, горела кожа, подгибались ноги в коленях, судороги. В течение полугода примерно все в итоге само прошло.

В 2009 году попала в больницу с частичной потерей зрения. В этот раз с больницей повезло больше, потому что там действительно провели хорошее обследование и посоветовали обратиться в Институт Неврологии, т.к. симптомы напоминали рассеянный склероз.

В Институте Неврологии РАМН врач направил на МРТ шейного отдела позвоночника, где и обнаружился очаг демиелинезации (разрушения оболочки спинного мозга). Был поставлен диагноз «рассеянный склероз» (далее — РС). В конце 2009 года опять произошло обострение, с которым я попала на госпитализацию уже в сам Институт Неврологии. Приступ сняли, и снова вернулась иллюзия нормальной жизни.

Через два месяца, в январе 2010 года, приехала туда снова в тяжелом состоянии. Госпитализация длилась месяц с очень серьезной терапией, потом реабилитация, и уже в мае я снова вернулась на госпитализацию в тяжелом состоянии.

Врач сказал, что перспективы мои весьма плачевны и распространяются в лучшем случае на несколько месяцев.

Тем не менее, в Институте Неврологии для меня провели анализ по опредлению антител к аквапорину 4 (тест является индикаторным для диагностирования оптикомиелита). Для этого специально привезли препараты из-за рубежа. Анализ подтвердил, что у меня достаточно редкое заболевание — оптикомиелит Девика. На тот момент в России было около 100 человек с таким диагнозом. А лечение для него единственное — азатиоприн, который снижает уровень иммунного ответа и не дает собственным антителам «атаковать» миелин.

В течение примерно полугода я вернулась к нормальной жизни. Конечно, остались непоправимые последствия, но к ним привыкаешь и в целом они жить не мешают. Я не оформляла инвалидность, я хожу на работу, но мне нужно каждый день принимать азатиоприн.

Через 5 лет приема мы с лечащим врачом пошли на отмену азатиоприна, чтобы у меня был шанс родить ребенка. Через два месяца после отмены я снова оказалась госпитализирована в тяжелом состоянии. Т.е. без этого препарата я не жизнеспособна абсолютно.

Первый раз азатиоприн пропал из продажи в 2017 году. Тогда я ездила в Минск, ходила на платный прием к неврологу, чтобы получить рецепт и купить лекарство, там оно было в аптеках. Потом производство у нас восстановилось, и я постепенно купила запас на 2 года. И совершенно расслабилась, что было большой ошибкой.

В этом году собралась покупать лекарство, а его снова нет. Ни в одном городе страны.

Есть «черные» аптеки, которые привозят лекарства из-за рубежа. В условиях самоизоляции они подняли цены до космических — от 3000 р. за 50 таблеток (25 дней) при цене нашего препарата не выше 270 р. Да и страшно покупать так, потому что ты вообще не знаешь, действительно ли лекарство получишь.

Мне повезло в том смысле, что через разных знакомых удалось найти врачей за рубежом, которые выписали рецепты и купили мне лекарство. Как это сюда передавалось, я даже описывать не буду. В общей сложности сейчас у меня азатиоприна из разных стран на 6 месяцев… Что я буду делать потом — я не знаю».

2.

Лишившись азатиоприна, от которого зависит ее жизнь, Вера Савченко написала письмо в минздрав. Содержание ее обращения можно выразить одной строкой: «Азатиоприн исчез. От него зависит моя жизнь. Верните его».

Ответ минздрава — Вере Савченко

«Департамент лекарственного обеспечения и регулирования обращения медицинских изделий Министерства здравоохранения Российской Федерации рассмотрел Ваше обращение по вопросу обеспечения необходимыми лекарственными препаратами и в соответствии с компетенцией сообщает следующее.

Согласно Федеральному закону от 12.04.2010 61-ФЗ «Об обращении лекарственных средств» (далее — Федеральный закон 61-ФЗ), лекарственные препараты вводятся в обращение на территории Российской Федерации, если они зарегистрированы в установленном порядке соответствующим уполномоченным федеральным органом исполнительной власти и включены в Государственный реестр лекарственных средств. В процессе регистрации проводится оценка данных об эффективности и безопасности лекарственного препарата, а также устанавливаются требования к его качеству.

Согласно данным Государственного реестра лекарственных средств, представленного в открытом доступе в информационно-телекоммуникационной сети Интернет по адресу: http://grls.rosminzdrav.ru, лекарственный препарат с торговым наименованием «Азатиоприн» (международное непатентованное наименование азатиоприн), таблетки 50 мг, производитель ОАО «Мосхимфармпрепараты» им. Н.А. Семашко» (Россия), зарегистрирован в Российской Федерации, внесен в государственный реестр лекарственных средств для медицинского применения и разрешен к медицинскому применению на территории Российской Федерации.

Учитывая изложенное, с точки зрения действующего законодательства, препятствия для обращения на фармацевтическом рынке Российской Федерации указанного в Вашем обращении лекарственного препарата отсутствуют.

Процедура регистрации лекарственных препаратов, находящихся в обращении на территории Российской Федерации носит заявительный характер. Производители и поставщики лекарственных препаратов самостоятельно принимают решение о присутствии своей продукции на территории Российской Федерации.

Вместе с тем, согласно информации производителя, в настоящее время существуют трудности с закупкой фармацевтической субстанции для дальнейшего производства вышеуказанного лекарственного препарата.

Учитывая вышеизложенное, по вопросам производства лекарственных средств Вы можете самостоятельно обратиться в Минпромторг России по адресу...»

Заместитель директора Департамента С.В. Семечева».

Вы все поняли? Вы ничего не поняли? Ну и катитесь в минторг! Живите как хотите!

3.

Не найдя в ответе минздрава ответа на свою просьбу, Вера Савченко написала в правительство Российской Федерации: «Азатиоприн исчез. От него зависит моя жизнь. Верните его».

Аппарат правительства Российской Федерации в лице заместителя директора департамента здравоохранения и социального развития Е. Скачковой направил обращение В. Савченко на рассмотрение в минздрав и минторг с просьбой ответить автору.

Ответить не ей, Скачковой, чтобы она могла выявить и наказать виновных в том, что единственный производивший азатиоприн завод был закрыт и больные в России лишились жизненно важного лекарства, и принять меры с целью срочно закупить препарат за рубежом — а больной Вере Савченко, чтобы поняла, наконец, ситуацию и отстала.

Минздрав и ответил — снова прислал Вере Савченко то письмо, которое вы уже прочитали.

Зато минторг постарался.

Ответ минторга — Вере Савченко

«Уважаемая Вера Михайловна!

Департамент развития фармацевтической и медицинской промышленности Минпромторга России рассмотрел Ваше обращение по вопросу производства лекарственного препарата с международным непатентованным наименованием (далее — МНН) Азатиоприн и в части компетенции сообщает.

В соответствии с информацией, содержащейся в Государственном реестре лекарственных средств для медицинского применения Минздрава России, размещенном на сайте http://grls.rosminzdrav.ru в информационно-телекоммуникационной сети «Интернет», ОАО «Мосхимфармпрепараты им. Н.А. Семашко» является отечественным производителем лекарственного препарата, соответствующего МНН азатиоприн. Указанный лекарственный препарат входит в фармако-терапевтическую группу иммунодепрессивные средства.

В соответствии с представленной ОАО «Московское производственное химико-фармацевтическое объединение им. Н.А. Семашко» информацией, в настоящее время осуществляется процедура внесения изменений в регистрационные удостоверения на указанный лекарственный препарат в целях внесения дополнительной производственной площадки (ООО «ЮжФарм») для его производства. Соответствующие документы переданы в Минздрав России. Планируемая дата возобновления выпуска лекарственного препарата — конец 2020 г.

Кроме того, Минпромторгом России в адрес Минздрава России направлено соответствующее обращение с просьбой рассмотреть представленный комплект документов в приоритетном порядке и провести процедуру внесения соответствующих изменений в регистрационное удостоверение в соответствии с Федеральным законом от 12 апреля 2010 г. № 61–ФЗ «Об обращении лекарственных средств» в возможно сжатые сроки.

Следует также отметить, что в соответствии с приказом Минздрава России от 14 января 2019 г. № 4н «Об утверждении порядка назначения лекарственных препаратов, формы рецептурных бланков на лекарственные препараты, порядка оформления указанных бланков, их учёта и хранения», назначение лекарственных препаратов осуществляется лечащим врачом, фельдшером, акушеркой в случае возложения на них полномочий лечащего врача, индивидуальными предпринимателями, осуществляющим медицинскую деятельность. Назначение лекарственных препаратов осуществляется медицинским работникам по МНН, а при его отсутствии — группировочному или химическому наименованию. В случае отсутствия МНН и группировочного или химического наименование лекарственного препарата лекарственный препарат назначается медицинским работникам по торговому наименованию.

Таким образом, вопросы выбора средств и методов лечения, в том числе определение наименования и количество выписываемых лекарственных препаратов и (или) медицинских изделий, определяется исходя из медицинских показаний лечащим врачом, на которого возложена функции по организации и непосредственному оказанию пациенту медицинской помощи в период наблюдения и лечения.

Заместитель директора Департамента развития фармацевтической и медицинской промышленности О.А. Подкидышева».

Реестр... бланки... фельдшеры... акушерка... процедура внесения в целях внесения...

Но кто и зачем закрыл единственный завод, производящий азатиоприн? И где больному взять лекарство? Нет ответа.

4.

Тогда Вера Савченко обратилась к президенту Российской Федерации. Ее обращение можно кратко выразить все теми же словами: «Азатиоприн исчез. От него зависит моя жизнь. Верните его». Добавила: «Заранее благодарю за рассмотрение данных вопросов, которые могут спасти жизнь мне и другим людям». И подписалась: «С уважением и надеждой».

Ответ Администрации Президента Российской Федерации — Вере Савченко

«Ваше обращение, поступившие на имя Президента Российской Федерации 03.06. 2020 г. в форме электронного документа и зарегистрированное 03.06. 2020 г. за № 606588, рассмотрено.

В целях рассмотрения Вашего обращения у Министерства здравоохранения Российской Федерации были запрошены необходимое документы и материалы.

Полученные документы и материалы позволяют сделать вывод, что поставленные в Вашем обращении вопросы были рассмотрены в соответствии с порядком, установленным действующим законодательством Российской Федерации.

На основании полученной информации сообщаем следующее:

«Согласно Федеральному закону от 12.04. 2010 №61 ФЗ «Об обращении лекарственных средств» (далее — Федеральный закон №61-ФЗ), лекарственные препараты вводятся в обращение на территории Российской Федерации, если они зарегистрированы в установленном порядке соответствующим уполномоченным федеральным органом исполнительной власти и включены в Государственного реестр лекарственных средств.

Согласно данным Государственного реестра лекарственных средств, представленным в открытом доступе в информационно-телекоммуникационной сети Интернет по адресу http://grls.rosminzdrav.ru, лекарственный препарат с торговым названием «Азатиоприн» (международная непатентованное наименование азатиоприн), таблетки 50 мг, производитель ОАО «Мосхимфармпрепараты» им. Н.А. Семашко» (Россия), зарегистрирован в Российской Федерации, внесён в Государственный реестр лекарственных средств для медицинского применения и разрешён медицинскому применению на территории Российской Федерации.

Учитывая изложенное с точки зрения действующего законодательства, препятствия для обращения на фармацевтическом рынке Российской Федерации указанного в обращении Савченко В.М. лекарственного препарата отсутствуют.

В соответствии с распоряжением правительства Российской Федерации от 16.01. 2018 № 18 ОАО «Мосхимфармпрепараты им. Н.А. Семашко» подлежит передаче в собственность Государственной корпорации по содействию разработке, производству и экспорту высокотехнологичной промышленной продукции «Ростех» (далее — Государственная корпорация «Ростех»).

Государственная корпорация «Ростех» направила письмо в Минздрав России с целью определения списка лекарственных препаратов, производство которых не должно быть утрачено.

Принимая во внимание социальную значимость вопроса присутствия на фармацевтическом рынке лекарственных препаратов, производимых ранее ОАО «Мосхимфармпрепараты» имени Н.А. Семашко», а также учитывая, что в рамках МНН Азатиоприн в Российской Федерации не зарегистрированы иные лекарственные препараты, Минздрав России обратил внимание Государственной корпорации «Ростех» на безусловную необходимость сохранения производства данного лекарственного препарата.

Вместе с тем, по данным автоматизированной информационной системы Росздравнадзора, выпуск в обращение вышеуказанного лекарственного препарата не осуществлялся с 2018 г.

Одновременно сообщаем, что в соответствии с пунктом 1 Положения о Министерстве промышленности и торговли Российской Федерации, утверждённого постановлением правительства Российской Федерации от 05.06. 2008 № 438, Минпромторг России является уполномоченным органом Российской Федерации по координации деятельности в сфере обращения лекарственных средств в части производства лекарственных средств для медицинского применения.

Минздравом России доведена информация до Минпромторга России по сложившейся дефектуре лекарственного препарата с МНН Азатиоприн.

В настоящее время Минпромторгом России прорабатывается возможность оказания помощи ОАО «Мосхимфармпрепараты» им. Н. А. Семашко» в части закупки фармацевтической субстанции для производства вышеуказанного лекарственного препарата.

Советник департамента письменных обращений граждан и организаций А. Черняк».

Препятствий нет... лекарства тоже нет... обратил внимание... доведена информация... прорабатывается возможность...

Но где лекарство?

И как жить больному?

5.

Ответы министерств и ведомств не принято приводить полностью, потому что эти ответы убивают текст, делают его нечитаемыми. Тяжелый язык, и к тому же они списывают куски ответов друг у друга, и еще ощущение, что тебе пишет не живой человек, а замороженный, лишенный чувств манекен с пустыми глазами — да, эти длинные «телеги» на бланках вызывают оторопь и тоску. Но мы специально даем эти ответы тут в их полном виде,

чтобы вы сами могли ощутить исходящий из этих бумаг нечеловеческий холод полного, абсолютного безразличия, чтобы сами могли погрузиться в кафкианский бред этой истории болезни.

6.

Кто болен? Конечно, Вера Савченко больна, и еще многие люди больны оптикомиелитом, и ревматоидным артритом, и болезнью Крона, и всем им нужен Азатиоприн. Температура, слабость, ознобы, потеря зрения, недели и месяцы в больницах, больничные коридоры, посещения врачей, усталость, отчаяние и страх того, что лекарство исчезнет, что его нельзя будет достать нигде и никак. «Азатиоприн поддерживает меня в жизнеспособном состоянии. Без него я умру, но не сразу, а мучительно долго переживая состояние овоща на радость близким».

Маленькие белые таблетки, в которых сконцентрирована не только химическая субстанция, но и надежда людей на жизнь, сама жизнь — исчезли в России в 2018 году и не вернулись до сих пор.

Живите как хотите.

Мне становится не по себе, когда я думаю о том, как молодая женщина вечерами после работы пишет бесчисленные письма в министерства, ведомства, на телевидение, в правительство, президенту. Да, она больна, и это медицинский факт, но просить помощи, ждать помощи, молить о помощи «с уважением и надеждой» — это правильная и здоровая реакция попавшего в беду человека. В своих реакциях на болезнь, в своем социальном поведении Вера Савченко абсолютно здорова.

Больны те, кто отвечают ей мертвыми, ничего не говорящими письмами. Они издеваются над ней в своих ответах. Для того ответы и приведены здесь, чтобы вы могли ощутить эту издевку на себе. Ведь здоровому человеку свойственны милосердие и сочувствие. И вот вы читаете эти письма на бланках и сквозь медленно охватывающий вас холод, странно смешанный с отвращением, понимаете, что все эти бездарные сочинители из департаментов по связям и отделов по обращениям издеваются над больным и страдающим человеком. Глядя пустыми глазами на измученную болезнью и страхом остаться без лекарства женщину, они холодно и мертво несут чушь о «вопросе обеспечения», «порядке регистрации», «учитывая изложенное», «принимая во внимание»...

Вы просите их помочь, а они в ответ сообщают вам, что «сведения, содержащиеся в государственном реестре, являются открытыми и общедоступными».

Но вы же об этом их не спрашивали! Вы же о том, где лекарство, когда будет, почему не закупили, как жить!

«В случае отсутствия препарата в аптечной сети по вопросу альтернативной терапии необходимо обратиться к лечащему врачу».

И сами же знают, что врач пожмет плечами: альтернативы Азатиоприну нет.

7.

Можно потребовать уволить тех, кто подписал издевательские ответы больному человеку. Можно даже уволить глав минздрава и минторга, допустивших закрытие единственного завода, производящего жизненно необходимое лекарство. Но дело не в этом, дело глубже и хуже.

Вера Савченко в письмах мне пишет «правительство», «президент», «минздрав», «минпромторг» с маленькой буквы. «Не поднимается рука писать это с заглавной буквы». Я ее понимаю.

Государство, закрывающее единственный завод, производящий жизненно важное лекарство, и при этом не думающее о людях, которые без него не могут жить, — больно.

Государство, в холодном рыбьем сознании которого при закрытии фармацевтического завода даже не шевельнулась мысль о людях, которые останутся без лекарств, — больно.

Государство, которое, наломав дров, не испытывает чувства вины и не пытается срочно помочь людям, закупив за границей жизненно важный азатиоприн, — это государство тяжело и, вероятно, неизлечимо больно.