Что-то нашло

За оправдание теракта в архангельской УФСБ жительница Ростова-на-Дону отправлена в психиатрическую больницу. Расстройство у нее заподозрили следователи

Во вторник, 17 августа Южный военный суд признал 56-летнюю жительницу Ростова-на-Дону Евгению Ткач виновной в оправдании теракта в архангельском Управлении ФСБ, который произошел 31 октября 2018 года. Тогда 18-летний местный житель Михаил Жлобицкий устроил самоподрыв в здании ведомства, трое сотрудников ФСБ пострадало, молодой человек погиб на месте.

Согласно материалам суда, в мае 2020 года пенсионерка Евгения Ткач разместила на странице в соцсети комментарий, в котором, по версии следователей, оправдывала действия Жлобицкого.

О преступлении стало известно в декабре прошлого года. Ткач обвинили в публичном оправдании терроризма (ч. 2 ст. 205 УК РФ), дело расследовало следственное управление СК РФ по Ростовской области.

В Южный окружной военный суд дело поступило 3 августа, а спустя дне недели судья Алексей Магомадов вынес вердикт и отправил женщину на принудительное лечение.

Адвокат подсудимой Юлия Землянская рассказала «Новой газете», что инициатором проведения психитарической экспертизы выступили следователи на этапе расследования.

— Была проведена экспертиза, которая выявила у Ткач некоторое расстройство. На суде свидетель из числа знакомых Евгении подтвердил, что она могла оставить на плите кастрюлю и забыть, могла на несколько дней заблудиться, потеряться. Сама подсудимая этого не отрицала, — говорит адвокат.

— Что касается преступления, которое ей было инкриминировано, то судье Евгения так и не смогла ответить, она это делала или не она. Женщина не исключала, что вместе нее это мог сделать кто-то другой.

Психиатрическая экспертиза выявила у Евгении Ткач заболевание, которое, согласно действующему закону, потребовало назначения ей официального представителя. Им стала ведущий сотрудник департамента социальной защиты Ростова-на-Дону Елена Гончарова. Она подтвердила, что в суде обвиняемая не оспаривала наличие у нее проблем с психическим здоровьем.

— Из родных у нее только дочь, которая живет далеко, и отношения у них, как я поняла, не самые близкие, — рассказала Елена Гончарова. — Евгения месяц провела в стационаре, где коммиссия и установила ее диагноз. Нет, она не социально опасна, и она не лишена дееспособности. Назначение официального представителя было обусловлено характером заболевания, которое у нее выявили. Существует перечень таких заболеваний, при которых это необходимо. В суде она говорила, что, да, она иногда забывает что-то. Могла, например, включить газ и забыть. Рассказывала, что несколько лет назад у нее была попытка суицида.

О личности подсудимой известно немного: следователям она говорила, что у нее незаконченное высшее образование, до выхода на пенсию она сменила много мест работы — работала и вахтовым методом на Севере; несколько лет трудилась рабочей на мясокомбинате в Ростове. Пенсионерка много времени проводила в интернете, даже пыталась там подрабатывать.

— Ее диагноз позволяет предположить, что на момент совершения преступления она не осознавала, что делала, — говорит Елена Гончарова. — Поэтому суд освободил ее от уголовной ответственности и отправил на принудительное лечение. Мы еще не приняли окончательного решения, будем ли оспаривать этот вердикт.

В прошлом году тот же Южный окружной суд приговорил к четырем годам колонии двух жителей Краснодарского края — Валерия Клименченко и Петра Белякова. Их обоих обвинили в оправдании действий Михаила Жлобицкого. Петра осудили в июле, Валерия — в ноябре.

В июле того же года второй Западный окружной военный суд приговорил псковскую журналистку Светлану Прокопьеву к штрафу в 500 тыс рублей за то, что после информации о теракте она зачитала в эфире «Эха Москвы в Пскове», а затем опубликовав на сайте издания «Псковская лента новостей» текст о вероятных мотивах взорвавшего себя подростка.