
По словам Бодровой, которая занимается подготовкой нового собрания сочинений поэта, в Лермонотове было куда больше человеческого, чем байронически-печорского. Несмотря на 150-летнюю историю лермонтоведения, биография Лермонтова изучена недостаточно подробно, считает Алина Бодрова.
«Этот „лермонтовский человек“, известный нам по стихам и прозе, во многом заслонил Лермонтова-человека, которого мы видим в его письмах и отчасти в мемуарах. Кажется, он был гораздо более склонным к шалостям и шуткам, чем это обычно нам представляется».