Кто просил "Огня, огня"

Когда случаются трагедии, подобные аризонскому побоищу, журналисты первым долгом кидаются к друзьям и соседям стрелявшего, а теперь еще и в социальные сети. Они стремятся понять мотивы, но с кондачка понять ничего нельзя.

Джаред Лафнер, открывший в субботу огонь по члену Конгресса Габриэль Гиффордс и окружавшим ее людям, - юноша неуравновешенный, чем-то сильно недовольный, конспиролог и прожектер с кашей в голове. Кусочки пазла никак не складываются: то он сердит на порчу английского языка (некоторые усматривают здесь завуалированные антииммигрантские настроения), то озабочен тайными манипуляциями сознанием граждан, то вдруг требует вернуться к золотому обеспечению доллара. В огороде бузина, а в Киеве дядька.

В тупик ставит и составленный им список любимых книг, традиционный и неожиданный одновременно. В нем значатся басни Эзопа и "Одиссея", диалоги Платона "Государство" и "Менон", "Путешествия Гулливера" и "Макулатура" Чарльза Буковски, "Волшебник страны Оз" и "Питер Пэн", "Алиса в Стране чудес" и "Алиса в Зазеркалье", "Скотный двор" Джорджа Оруэлла, "О дивный новый мир" Олдоса Хаксли и "Мы живые" Айн Рэнд, "Убить пересмешника" и "451 градус по Фаренгейту", "Пролетая над гнездом кукушки" Кена Кизи и "Сиддхартха" Германа Гессе, "Коммунистический манифест" Маркса и "Моя борьба" Гитлера. Я все эти книги тоже читал, но стрелять по людям они меня не побудили.

Одноклассникам и однокурсникам он запомнился по-разному. Одни говорят, что он погруженный в себя нелюдим, другие – что стеснительный чудак, третьи – что он склонен к экстравагантным выходкам, четвертые – что он абсолютно нормален.

Носило ли покушение политический характер? Одна девушка, учившаяся с ним в старших классах, написала в своем Твиттере, что он "левак" и "законченный либерал". Она же вспомнила, что Джаред, по его словам, три года назад разговаривал с Гиффордс и ее ответы на свои вопросы назвал "глупыми" и "невежественными".

Тем временем в социальных сетях стали исчезать посты, содержавшие хотя бы косвенные намеки на угрозы в адрес Габриэль Гиффордс. Сара Пэйлин удалила страницу в Facebook, где на карте США были отмечены значками в виде оптического прицела избирательные округа, которые следует отобрать у демократов на выборах в Конгресс; одной из 20 мишеней значилась Габриэль Гиффордс. Она же в своем Твиттере написала: "Не отступай, перезаряжай!" (Глагол reload можно было бы перевести и иначе – "навались с новой силой", например, - но уж очень всем запало в душу, как она в своем реалити-шоу уложила наповал из ружья оленя карибу). Политический блог либерального толка Daily Kos cтер запись, появившуюся там после того, как Габриэль Гиффордс на недавних выборах спикера нижней палаты вместе с 18 другими демократами проголосовала против вождя своей партии Нэнси Пелоси. "Для меня она теперь покойник!" - написал разгневанный избиратель. Но во Всемирной паутине ничто не исчезает бесследно. Так же, как и карта мишеней Пэйлин, осталась там в виде скриншота и эта диатриба.

Ощущение от всего этого поганое. Вряд ли имеет смысл обвинять Пэйлин и иже с нею в натравливании своих адептов на пострадавшую. Речь о другом. Воинственная, милитаристская риторика вошла в кровь и плоть американской политики и политической журналистики. Об этом пишет в интернет-издании Daily Beast колумнист Говард Куртц: "Мы говорим о воздушной войне (здесь игра слов: air war – еще и "война в эфире". – В. А.), разорвавшихся бомбах, прицельном огне по политикам, кандидаты у нас открывают ответный огонь и остаются без боеприпасов. Что ж тут удивляться, что политики пользуются тем же языком".

Обозреватель New York Times Мэтт Бай считает аризонское побоище поворотным пунктом политического дискурса, но не знает, в каком направлении – то ли это конец ожесточения, то ли только начало.

Он вспоминает идеологическое противостояние 60-х годов прошлого века, итогом которого стала серия политических убийств, развернувших ход американской истории (братья Кеннеди, Мартин Лютер Кинг, лидер "Нации ислама" Малькольм Экс, лидер Американской нацистской партии Джордж Линкольн Рокуэлл, и это лишь самые заметные фигуры. – В.А.), "культурные войны" 90-х, в ходе которых прогремел взрыв в Оклахома-сити, а в южных штатах развернулся настоящий террор против врачей, делающих аборты. Сегодня накал борьбы куда сильнее благодаря социальным сетям, в которых любой маньяк или религиозный фанатик может свободно публиковать любые подстрекательские призывы.

Пора, в самом деле, одуматься. Раз в год и палка стреляет. И всегда по самым лучшим, самым ярким. Они заметнее.