Механика «реванша»

То, что «Единая Россия» терпит поражение, было ощущением, но не фактом. Изменилась обстановка, прошли митинги, вернулась политическая жизнь. Но ожидать мгновенной смены результатов на выборах было наивностью. Победа может быть результатом упорного труда, а трудиться новая оппозиция ещё не начинала.

Итоги единого дня голосования 14 октября 2012 года многими были восприняты как «реванш» «Единой России». Партия власти победила на всех губернаторских выборах (некоторые разбирательства ещё идут в Брянской области), на выборах в законодательные собрания и на бесчисленных выборах в сельсоветах. Но для того, чтобы был реванш, сначала должно было случиться поражение.

А что можно считать поражением «Единой России»? Понятно, что не выборы президента. Быть может — выборы в Госдуму в 2011 году? Результат в 49% после триумфальных 64% в

2007-м

действительно, оказался ниже, чем ожидала «ЕР».

Но назвать это «поражением» никак нельзя, учитывая, что до 2007 года был 2003 год, когда единороссы набрали и 37%, и считались при этом «партией власти». Мы просто отвыкли от того, что у партии власти не обязательно должно быть абсолютное большинство — для победы достаточно относительного. Тем более, что большинство выборов теперь проходит в один тур.

То, что «Единая Россия» терпит поражение, было ощущением, но не фактом. Изменилась обстановка, прошли массовые митинги протеста, в страну вернулась политическая жизнь. Тренд сменился. Но ожидать мгновенной смены результатов на выборах было наивностью. Хотя бы потому, что победа на выборах может быть результатом упорного труда, а трудиться в этом направлении новая оппозиция ещё не начинала.

На региональных выборах «ЕР» противостоит всё та же унылая «системная оппозиция»

Маятник настроений в обществе качнулся в обратную сторону, и он, по-видимому, еще будет набирать ход. Но организационно пока почти ничего не поменялась. На региональных выборах «ЕР» противостоит всё та же унылая «системная оппозиция», а на местных выборах и вовсе не пойми кто противостоит. Зачастую только «дублер», например, от ЛДПР — для того чтобы выборы всё же состоялись.

И какие, собственно, были основания полагать, что избиратели вдруг воодушевятся, оторвутся от своих дел в выходные и пойдут голосовать против «Единой России»? Ведь голосовать-то при этом — не за кого.

И отсюда — крайне низкая явка на большинстве выборов.

Посмотрим, например, на победу «Единой России» в Барнауле. Там партия власти набрала аж 50%! Но явка избирателей составила 19%. И если подсчитать поддержку «Единой России» от общего числа избирателей, то мы увидим, что она составляет 10%.

На региональных выборах реальная поддержка «Единой России» (от общего числа избирателей) колеблется от 14% на Сахалине до 37% в Саратовской области. Даже на Северном Кавказе дела у единороссов не так хороши, как мы привыкли думать — в Северной Осетии они набрали 45% от пришедших (20% от общего числа избирателей).

Если подсчитать поддержку «Единой России» от общего числа избирателей в Барнауле, то увидим, что она составляет 10%

Вспомним, что в начале «нулевых» «Единая Россия» получала большинство в советах и собраниях, проводя своих депутатов, как «независимых». Либо — перевербовывая на свою сторону оппонентов. В конце «нулевых» эти практики были отброшены за ненадобностью, сейчас они снова возвращаются, обеспечивая результат.

С чего ради должно было начаться триумфальное шествие оппозиции? Для шествия ведь необходимо хотя бы выдвинуть конкурентоспособных кандидатов. А сегодня ситуация для оппозиции осложняется тем фактом, что практически все поголовно дееспособные кандидаты были в течение «нулевых» загнаны в «ЕР». Если сегодня вернуть всем единороссам былую партийную принадлежность, то у нас получится очень даже многопартийная Госдума, заксобрания и советы. И ещё неизвестно, у кого окажется большинство.

Например, самые «ортодоксальные» единороссы в Госдуме Ирина Яровая и Александр Сидякин в прошлом состояли в оппозиционных партия («Яблоко» и «Справедливая Россия» соответственно).

Представим себя на месте обычного провинциального избирателя, далёкого от московских митингов. Вот у него местные выборы, на них баллотируется человек, похожий на руководителя (от «Единой России»), и какие-то непонятные и неизвестные люди от «оппозиционных партий». Что он будет делать? Скорее всего, не пойдёт на выборы. Ну а если пойдет, то, скорее всего, проголосует за «руководителя». Вот и вся нехитрая механика «реванша».

В тех же редких случаях, когда действительно разворачивается серьёзная борьба, в арсенале ещё остаются и административный ресурс, и фальсификации.

Так что запас прочности у «Единой России» ещё немаленький. И не будем забывать, что Борис Ельцин, будучи крайне непопулярным, менял «партии власти», как перчатки, и продержался у власти почти десять лет.