Подмосковный игорный скандал подходит к своей кульминации. Диспозиция перед решающей битвой

По версии следствия, Игнатенко был важным и весьма осведомленным участником преступной схемы по крышеванию подмосковных казино и получению взяток с бизнесменов. И если он заговорит, то своих постов лишатся многие синие мундиры...

После депортации из Польши в «Лефортово» бывшего первого заместителя прокурора Московской области Александра Игнатенко высокопоставленные сотрудники Генпрокуратуры притихли в тревожном ожидании. И это неудивительно: по версии следствия, Игнатенко был важным и весьма осведомленным участником преступной схемы по крышеванию подмосковных казино и получению взяток с бизнесменов. И если он заговорит, то своих постов лишатся многие синие мундиры. Нервозности добавили и последние генеральские отставки в ФСКН, которые, как оказалось, вполне могут быть связаны с «игорным делом».

«Новая газета» встретилась с осведомленным источником из ФСБ и выяснила, какие персонажи пока остались за кадром этой истории и почему в Подмосковье целых 10 лет безнаказанно орудовала банда наемных убийц.

Начало боевых действий

Кто стоял у истоков игорного скандала, достоверно пока не известно. Одни эксперты говорят, что конфликт между Генпрокуратурой, с одной стороны, и Следственным комитетом и ФСБ — с другой, будто бы случился из-за дележа какого-то столичного банка и участков земли в ближайшем Подмосковье. Другие намекают, что мотивом послужил многостраничный доклад о запредельном уровне коррупции в СК и ФСБ, подготовленный для тогдашнего президента Дмитрия Медведева подчиненными Чайки. Мол, был нанесен упреждающий удар. И война силовиков «вылилась в паблик», чего давно не бывало.

Ведомства пришлось мирить, при этом жертвуя фигурами второго порядка. Так, был уволен с формулировкой «За нарушение служебной этики» активный член штаба по проведению спецоперации «Чайку — в отставку!» замдиректора ФСБ Вячеслав Ушаков. Генерал курировал следствие в ФСБ и центр общественных связей и, по данным наших источников, смог получить санкцию суда на телефонные прослушки сына Чайки — Артема и «правой руки» генпрокурора — начальника Главного организационно-инспекторского управления (ГОИУ) Генпрокуратуры Юрия Синдеева (ушел в отставку). Есть информация и о том, что «жучки» поставили даже в кабинете самого генпрокурора, а за супругой Синдеева, проживающей в элитном жилом комплексе «Воробьевы горы», следовали аж четыре экипажа чекистской наружки.

Попутно собирались «мочить» адвоката Дмитрия Якубовского, известного по 90-м годам как «генерал Дима» и имеющего большое влияние в правоохранительных органах Подмосковья, а также — начальника областного полицейского главка Головкина, в кабинете которого даже провели обыск.

Готовился и еще один удар по близкому окружению генпрокурора Чайки: ректору Академии Генпрокуратуры Оксане Капинус и ее супругу — главе Ростехнадзора Николаю Капинусу. Предполагалось, что к госпоже Капинус обратится некий бизнесмен и за взятку 300 тысяч долларов попросит через супруга решить возникшие проблемы с мусорной свалкой. Однако оперативный эксперимент в отношении супругов Капинус пришлось отменить: началась шумиха после самоубийства в здании Генпрокуратуры начальника управления по надзору за исполнением законов о федеральной безопасности Вячеслава Сизова. Самоубийство тогда списали на семейные неурядицы, хотя, по некоторым данным, Сизов был одним из авторов того самого доклада о коррупции в СК и ФСБ, и накануне рокового дня с ним беседовал некий генерал с Лубянки.

«Решалы»

По версии следствия, начиная с 2000 года в Московской области прокурорами была создана многоступенчатая система получения взяток с крышуемых коммерческих структур. Сначала, как полагает следствие, главным прокурорским «решалой» был авторитетный бизнесмен из Королёва Валерий Казаков, учредивший Фонд помощи и поддержки правоохранительных органов «Содействие». По оперативным данным, Казакову передавались деньги, полученные в виде взяток, а он их вкладывал в московскую недвижимость, покупал земельные участки на Черноморском побережье и за рубежом. Помимо прокуроров к услугам Казакова прибегали советники генерал-губернатора Бориса Громова, офицеры областного ГУВД, депутаты Мособлдумы и районные чиновники.

В 2008 году на пороге прокуратуры г. Пушкино в Казакова выпустили несколько пуль и перерезали горло. Исполнителями убийства оказались члены банды Дмитрия Леснякова (Лес), принимающей заказы на устранения чиновников, коммерсантов и авторитетов. С 1999 года Лес находился в розыске, но с помощью коррумпированных сотрудников правоохранительных органов справил себе два паспорта: первый — на имя жителя Ивантеевки Андрея Сеничева, а другой — на уроженца Калужской области, зарегистрированного в общежитии г. Балашихи Руслана Валентинова. Причем под фамилией Валентинов Лес вошел в число учредителей Пушкинского оптово-розничного рынка и даже будто бы спонсировал мероприятия местных единороссов и коммунистов.

Другим видным членом пушкинской банды был «профессиональный» киллер Андрей Вершинин по прозвищу Вершина (купил паспорт на имя Константина Григорьева), получавший вторую зарплату из воровского общака недавно убитого Деда Хасана.

По самым скромным подсчетам, лесняковские совершили 20 убийств и оставили калеками дюжину коммерсантов. Однако осужденные киллеры фамилии заказчиков преступлений не назвали, а другие подались в бега (в розыске 4 члена банды).

По словам нашего источника в ФСБ, о существовании банды Леснякова, принимающей заказы на убийства, — прекрасно знали все силовики Подмосковья. Но, как выразился чекист, «опера и прокуроры решали совсем другие задачи — зарабатывали деньги».

После убийства Казакова должность прокурорского «решалы» занял небезызвестный Иван Назаров (Вощинин). Этот молодой человек, по версии следствия, до самого ареста оплачивал прокурорские счета, вывозил их домочадцев на отдых за границу и устраивал бани с девочками в парковой зоне в Лосином Острове. Помимо всего прочего Назаров владел ресторанами и подпольными залами игровых автоматов и исправно платил ренту в прокурорский общак. Сейчас «решала» находится под программой защиты свидетелей и по задумке ФСБ и СК будет главным козырем обвинения против депортированного из Польши прокурора Игнатенко.

Подмосковная вертикаль

Таким образом, главный удар «антипрокурорской» коалиции был нанесен по прокурорской вертикали в Подмосковье, во главе которой стояли назначенцы начальника ГОИУ Юрия Синдеева и тогдашнего первого заместителя полпреда по ЦФО Николая Макарова, позднее перешедшего на работу в думский Комитет по борьбе с коррупцией (саратовский клан).

Ранее господин Макаров занимал пост прокурора Саратова, а затем работал заместителем генпрокурора. Прокурор же Московской области Александр Мохов в свое время окончил Саратовский юридический институт, аегопервый заместитель — Александр Игнатенко, по данным наших источников в СК, был протеже Синдеева.

И вот какой расклад сложился в областной прокуратуре накануне первых арестов по игорному делу. Федор Ильин — заместитель прокурора МО (назначенец Мохова), Михаил Можаев — заместитель прокурора МО (моховский), Вениамин Селифанов — заместитель прокурора МО (моховский), Олег Игнатов — начальник орготдела прокуратуры МО (моховский), Павел Седойкин — межрайонный природоохранный прокурор (ставленник Игнатенко). После игорного скандала Седойкин ушел в отставку.

Следует особо остановиться на еще одном ставленнике Игнатенко — Дмитрии Урумове, курирующем надзор за следствием. Сотрудники прокуратуры, с которыми нам удалось побеседовать на условиях анонимности, полагают, что Урумова как «очень смышленого парня» порекомендовали Игнатенко бывший тушинский прокурор Борис Нерсесян (в бегах) и начальник СУ на транспорте ГУ МВД по ЦФО Эдуард Сандрукян (арестован за получение взятки 900 тысяч долларов). По данным следствия, Урумов якобы крышевал не только назаровские подпольные казино, платные пруды в столичном регионе, но имел долю от мусорных свалок в Ставропольском крае. А также, находясь уже под следствием, пытался заниматься утилизацией отходов на НПЗ в Капотне. Сейчас «смышленый парень» под охраной сотрудников ФСБ обитает в своем коттедже в Дмитровском районе, и в случае «правильных» показаний на Игнатенко его будто бы обещают отпустить на ПМЖ в Грецию.

Со скандалом ушел в отставку и прокурорский «особист» Валерий Наний, отвечавший за чистоту подмосковных синих мундиров (окончил Пограничное училище КГБ СССР). Сейчас чекист-пограничник наглухо забаррикадировался в своем коттедже в Вешках и не доступен для комментариев.

«Смотрящие» на местах

Идем дальше по прокурорской вертикали. 12 подмосковных городских и районных прокуроров, как предполагают сотрудники ФСБ, были прямыми ставленниками Мохова, а 9 — причисляли себя к игнатенковскому клану. К примеру, возьмем Одинцовскую прокуратуру, во главе которой стоял назначенец Игнатенко — Роман Нищеменко, ездивший на службу на «Ленд Крузере» и подаривший супруге «Инфинити» (по версии следствия, Нищеменко якобы крышевал подпольные игровые залы). В числе помощников городского прокурора обнаружились: сын бывшего прокурора МО Эдуарда Денисова — Александр (сейчас судья Арбитражного суда), старший сын беглого Игнатенко — Валентин, родственница упомянутого выше главы Ростехнадзора Николая Капинуса — Татьяна, выпускники опять-таки Саратовского института прокуратуры Сергей Минеев и Виктория Дрожжина.

Имелись у Нищеменко и свои любимчики — Антон Чернышев и Алексей Оштук.

Короче говоря, сделать достойную карьеру в Московской областной прокуратуре чужаку практически невозможно. Исключение составляют лишь родственники высокопоставленных лиц. К примеру, отец бывшего прокурора Красногорска Евгения Пузанова — некогда замминистра обороны (сейчас депутат Госдумы от «Единой России»), а в Долгопрудном, после перевода «старого» прокурора Лукьяненко в Подольск, его кресло заняла Ольга Паршина — дочь начальника Финансово-экономического управления Службы специальной связи и информации ФСО генерал-майора Александра Ходукина (председатель тендерной комиссии ФСО).

Необходимо отметить, что помимо моховских и игнатенковских кадров в областной прокуратуре работают немало протеже замов генпрокурора Александра Буксмана, Виктора Гриня и Владимира Малиновского, но их трогать не стали.

Что будет?

Высокопоставленные синие мундиры стараются не комментировать экстрадицию из Польши Александра Игнатенко. Не исключено, что через пару недель «польский» беглец начнет сдавать своих подельников в высоких кабинетах и на местах, а игорный скандал получит новое развитие. Например, могут появиться новые эпизоды в уголовном деле коррумпированных сотрудников Росрыболовства, вымогавших взятки у бизнесменов-арендаторов подмосковных прудов. Как теперь выясняется, за уволенными к моменту задержания в результате внутренней ведомственной проверки чиновниками торчали уши нескольких природоохранных прокуроров.

По словам еще одного нашего источника в ФСБ, последние громкие увольнения в Госнаркоконтроле тоже каким-то образом связаны с игорным скандалом. К примеру, упоминается имя замначальника управления собственной безопасности ФСКН генерала Сергея Бузинова, будто бы усиленно собиравшего компромат на главу СК Александра Бастрыкина. Ранее господин Бузинов служил начальником криминальной милиции в подмосковной Щербинке и якобы даже имел прозвище Сережа-Суета.

А вот рядовые прокуроры не особо верят, что Игнатенко доживет до суда: мол, у него может случиться «внезапный» инсульт или его найдут повешенным в камере. И это далеко не фантазии, поскольку в игорном деле, как известно, уже имеется труп водителя Алексея Прилепского, развозившего по поручению компаньонов Назарова взятки прокурорским работникам.

Как бы там ни было, российское общество должно быть благодарно генпрокурору Юрию Чайке, главе СК Александру Бастрыкину и «режиссерам» с Лубянки за уникальную возможность понаблюдать в «прямом эфире», какая «стабильность» царит в высших эшелонах власти и как силовики зарабатывают себе на жизнь.