«Дело 12-ти»

Верховный суд одобрил методы следствия на Кавказе

В пятницу Верховный суд отказал адвокатам в отмене приговора Ставропольского краевого суда по так называемому «делу 12-ти».

Согласно обвинительному приговору 12 человек были признаны участниками нападения отрядов Шамиля Басаева на Ингушетию в 2004 году. Большинство осужденных получило 20—25 лет колонии строгого режима, один — пожизненное.

В 2004 году под руководством Шамиля Басаева в Ингушетии был совершен теракт. Республика целую ночь была под контролем боевиков, а наутро они ушли. По официальным данным, погибли 77 человек, большинство из которых сотрудники правоохранительных органов.

Дотянуться до организаторов и исполнителей теракта было сложно, а отвечать кому-то нужно. И ответственных нашли. Сразу же после отхода Басаева Ингушетию наводнили списки «пособников» боевиков, где фигурировали сотни фамилий местных жителей. Кем и когда они были составлены, неизвестно до сих пор. Эти списки непонятного происхождения стали отправной точкой расследования уголовных дел о нападении на республику. Об этом в интервью «Новой» свидетельствовал и президент Ингушетии Юнус-бек Евкуров. Он заявил: «На скамье подсудимых невиновных не было», но тут же отметил, что такого сурового наказания осужденные не заслужили. «Многие виновны только косвенно, их вина заключается в пособничестве или зачастую в невольном недоносительстве», — заявил президент.

Однако жалкие восемь лет лишения свободы, которые сулит Уголовный кодекс за пособничество, — не та цель, ради которой в 2004 году прокурором по ЮФО Николаем Шепелем была сформирована следственная бригада во главе со следователем по особо важным делам Константином Криворотовым. Ему было поручено расследовать деятельность «международного террористического подполья» на Кавказе, и в эти рамки уместить сначала десятки дел о нападении Басаева на Ингушетию, а затем и теракт в Беслане.

Бригада Криворотова на десятилетие вперед определила механизмы расследования уголовных дел по террористическим статьям на Кавказе.

Экспертизы врачей «Скорой помощи», свидетельствующие о пытках в СИЗО и ИВС, и факты смерти подозреваемых во время допросов (при расследовании «дела 12-ти» таким образом «покончили с собой» трое обвиняемых») — детали, на которые уже не обращают внимания судьи и прокуроры. Избиения — неотъемлемая часть оперативной работы. Однако, как говорят сами следователи, на поток эти методы были поставлены именно бригадой Криворотова.

Обвинение строится сугубо на признательных показаниях самих обвиняемых. Дело направляется в суд фактически не расследованным. Нет главного — картины преступления и степени участия каждого обвиняемого в ней, зато есть несколько сотен томов уголовного дела, копаться в которых у судей нет времени. В итоге вылезают серьезнейшие юридические ляпы. Большинство из 12 осужденных признаны виновными в убийстве 4 гражданских лиц, которые, как установила экспертиза, были убиты через три часа после официального завершения спецоперации «9-миллиметровыми пулями из оружия, состоящего на вооружении спецподразделений»; свидетели утверждают, что они были застрелены сотрудниками ФСБ, но их показания тонут в сотнях тысяч страниц материалов дела.

При отсутствии доказательной базы нужный результат уголовных дел в суде гарантирует нехитрая юридическая уловка — переквалификация статей: с 208-й («Организация незаконного вооруженного формирования») на 209-ю («Бандитизм») и 210-ю («Организация преступного сообщества»). Дело в том, что за участие в НФВ суд дает максимум 5 лет, и даже наличие обвинения по 205-й статье в терроризме особой суровости наказания не гарантирует. Зато если терроризм отягчить преступным сообществом — другой разговор: от 20 лет до пожизненного заключения.

В 2007 году Генпрокуратура начала служебное расследование в отношении Константина Криворотова, его подозревали в злоупотреблении полномочиями и массовой фальсификации уголовных дел. Результатом можно считать увольнение Криворотова из органов прокуратуры «по собственному желанию». Следователь сам оказался под угрозой уголовного дела. Но со временем претензии к его методам подзабылись, и в апреле этого года Дмитрий Медведев счел возможным назначить полковника Криворотова на пост следователя по особо важным делам при председателе Следственного комитета РФ. А в пятницу Верховный суд РФ поставил точку в первом громком деле, расследованном бригадой Криворотова, не увидев в нем никаких противоречий.