Сотни голосов, приписанных «Единой России» на выборах в Думу, председатели смоленских УИК объяснили «усталостью и невнимательностью»

«Новая» продолжает следить за судьбой выборов в российских городах, где протоколы, выданные наблюдателям, не совпали с официальными результатами. После нашей публикации «Мытищи-гейт» ЦИК начал проверку и обратился в Следственный комитет, а в редакцию стали присылать протоколы из других регионов. Судя по тому, как Следственный комитет ведет дело по фальсификации выборов в Смоленске, можно сделать вывод: даже признания людей, переписывавших протоколы, не приводят ни к персональной ответственности для председателей комиссий, ни к отмене выборов. Документы с подделанными подписями и показания участников событий зависли в следственных органах без выводов и последствий. Корреспондент «Новой» ознакомилась с материалами доследственной проверки смоленского СК и поговорила с председателями.

«Не представляет общественной опасности»

Смоленские наблюдатели оказались самыми настойчивыми из всех, кто поймал фальсификаторов за руку. Сразу после выборов представители КПРФ и «Справедливой России» обратились в местный СК. Коммунисты представили копии протоколов с девяти УИК, где цифры разошлись с данными системы ГАС «Выборы»: УИК 551, 553, 567, 568, 587, 591, 580, 606 и 799. Следователь СУ СК России по Смоленской области Василий Пакушев получил документы, опросил председателей и членов комиссий. Практически все они подтвердили: да, после выдачи копий протоколов наблюдателям цифры были переписаны, потому что в первоначальных вариантах обнаружили ошибку. А члены комиссии на участке 606 сказали, что пересчитывать бюллетени их заставили в ТИК.

Более того: несколько членов комиссий, увидев протоколы из ТИК (отличавшиеся от тех, что выдали наблюдателям), сообщили следователю, что их подписи подделаны. Следователь Пакушев не нашел оснований для возбуждения уголовного дела и 9 ноября подписал постановление об отказе. Через две недели заместитель руководителя СО по Смоленску СУ СК по Смоленской области Н.С. Коблов отменил это постановление как необоснованное (незаконное). Но 21 декабря Пакушев вновь отказал в возбуждении уголовного дела. «При подсчете процента расхождения голосов по политическим партиям г. Смоленска установлена их малозначительность, что не повлекло сколько-нибудь значительного искажения итогов голосования и не представляет общественной опасности», — гласят оба отказа. Корреспондент «Новой» ознакомилась с объяснениями председателей, менявших данные в протоколах (редакция располагает материалами доследственной проверки), и попросила их прокомментировать происходящее.

Драма на УИК

Из девяти председателей смоленских УИК только один согласился объяснить в разговоре с «Новой», почему данные в протоколах наблюдателей разошлись с официальными итогами голосования, и рассказать, что происходило на участке в ночь подсчета голосов. Это Людмила Кузёмина — учительница химии в смоленской школе № 33, награжденная множеством грамот и премией Сороса, а также любимый педагог многих учеников, судя по обсуждению в группе в сети «ВКонтакте», посвященной 33-й школе.

На ее участке (№ 553) «Единая Россия» получила 342 голоса вместо 312, а «Справедливая Россия» — 42 голоса вместо 72. Кузёмина утверждает, что комиссия ошибочно положила тридцать бюллетеней с голосами за «Единую Россию» в стопку «Справедливой России». По ее словам, ошибку заметили, и бюллетени пересчитали, но в копиях протоколов, которые получили наблюдатели и члены комиссии, из-за спешки и стресса попали неисправленные данные.

«Я никогда себе не позволяю никаких подделок документов, — говорит Людмила Кузёмина. — Там просто была ошибка, понимаете, одна цифра только. Мне все равно, какая партия выиграет, я не отношусь ни к одной из них». По словам учительницы, подсчет затянулся за полночь, а потом на участок приехал Павел Андронов, уполномоченный представитель КПРФ на выборах. Андронов стал требовать выдать копии протоколов на повышенных тонах, и в спешке члену комиссии от КПРФ представили неверно заполненный документ.

«Мы посчитали голоса, и я поднялась на второй этаж, чтобы ввести данные в компьютер, — рассказывает Кузёмина. — У нас один избиратель испортил бюллетень, и мы его заменили: мы не знали, куда его правильно вписать. И я поднялась, чтобы ввести данные в ГАС «Выборы» и посмотреть: так у нас или не так. У нас высветилась ошибка, и я даже за помощью обратилась к другим председателям. А мне звонят с участка, говорят: «К нам тут пришли, кричат: «Почему председатель еще здесь, почему она не уехала, это незаконно!» Когда я пришла — стоят двое, и начинается: «Да что это, да у вас вот этого нет!» Я говорю: «Да я вам сейчас впишу!» И я ошибочно вписала первые данные. Моя ошибка — я вам скажу какая. Мне надо было потом позвонить и вернуть наблюдателей и выдать им правильный вариант. А мы уже впопыхах забыли это сделать, потому что был третий час ночи».

Андрей Бузин, специалист по избирательному праву, сопредседатель движения «Голос», поясняет, что Людмила Кузёмина неверно называет программу, в которой проверяла контрольное соотношение системой ГАС «Выборы». Доступ к ГАС есть только в ТИК, а большинство УИК оснащены программой для арифметического подсчета на основе MS Excel, чтобы не было технических ошибок. Судя по всему, именно с этой счетной программой и работала председатель.

Людмила Кузёмина очень огорчена. «Я столько лет в выборах, я всегда получала от этой работы удовольствие: и день выборов, и как мы к ним готовились. Вы понимаете, что я все это время не живу? Читаешь какие-то комментарии и очень обидно, что не видно хорошего ничего, что было сделано, и вот такая досадная ошибка перечеркивает всю твою работу», — говорит она.

Павел Андронов, который учился в 33-й школе и лично знает Людмилу Кузёмину, сказал «Новой», что он действительно пришел на 553-й участок около полвторого ночи, потому что к этому времени член комиссии и наблюдатель от КПРФ до сих пор не получили копию протокола и сообщали, что председатель с секретарем куда-то ушли и пропали на сорок минут. После прихода Андронова они вернулись, но никакой нервозной обстановки на участке не было, утверждает коммунист. «Я грубо себя не вел, ведь сотрудники полиции могли меня вывести с участка за хамское поведение, — говорит коммунист. — Она (Кузёмина) заполнила увеличенную копию протокола, они посмотрели, что все сошлось, наблюдатели подтвердили, что все совпало. Я видел, что она переживает. Я подошел, говорю: «Что вы переживаете?» Она отвечает: «Вот я в последний раз работаю в комиссии, на меня такое давление: и вы, и наблюдатели». По словам Андронова, после заполнения увеличенной копии протокола он уехал, копии раздавались уже без него и без всякой спешки.

Анатолий Смирнов, член комиссии с правом решающего голоса от КПРФ и первый секретарь смоленского комсомола, тоже не помнит ни конфликтов, ни пересчетов голосов. «Когда мы всё посчитали, председатель и секретарь удалились, и их не было минут сорок на участке. Они потом объяснили, что ушли считать какие-то цифры, по-моему, контрольные соотношения. Наблюдатель от КПРФ начала переживать, позвонила Павлу Андронову. Он подъехал. И буквально через 3—5 минут после того, как он появился, пришли председатель с секретарем. Они начали заполнять увеличенную форму, а потом выдавать копии протоколов. Андронов постоял минут десять и уехал», — говорит Смирнов, подтверждая, что копии выдавали уже без Андронова.

По словам представителя КПРФ, во время дачи объяснений в СК следователь показал ему вторую версию протокола, где были измененные данные и где тоже стояла его, Смирнова, подпись. Он утверждает, что подписывал только один протокол, но твердо сказать, что вторая его подпись подделана, в разговоре с «Новой» не смог. Пустых бланков протоколов в тот день он не подписывал, утверждает Смирнов.

Связаться снова с Людмилой Кузёминой не удалось: после первого разговора она больше не брала трубку и не ответила на SMS корреспондента «Новой».

«Я хочу все это забыть»

Другие председатели УИК от разговора с корреспондентом «Новой» отказались. Светлана Денисенкова, директор школы № 12 и председатель УИК № 580, сначала усомнилась, что в копии протокола и в ГАС «Выборы» есть расхождение на 130 голосов в пользу «Единой России», а затем сообщила, что не подписывала ни одной копии протокола. Следователю давать объяснения Денисенкова отказалась, сославшись на 51-ю статью Конституции. Так же поступила Любовь Титова, директор школы № 11 и председатель УИК № 587. Дозвониться до нее «Новой» не удалось. Кстати, несмотря на то, что Титова и Денисенкова отказались давать объяснения (редакция располагает документами, подтверждающими это), следователь Пакушев все равно ссылается на них в постановлении об отказе в возбуждении уголовного дела.

Ирина Алферова, учитель истории и обществознания в школе № 33, председатель УИК № 551 (расхождение — 150 голосов в пользу «ЕР»), сообщила «Новой»: «Я уже обо всем рассказала там, где меня спрашивали», — и прервала разговор. Судя по всему, имеются в виду объяснения у следователя, которому Алферова сообщила, что расхождения «произошли из-за усталости и невнимательности».

Наталья Пронченкова, директор школы № 1 и председатель УИК № 568, сообщила следователю Д. Штукину, что после того, как наблюдателям выдали копии протоколов, бюллетени сложили в пакет, и, когда его несли с участка, он порвался. «…бюллетени высыпались на пол и смешались, в тот момент наблюдателей в зале не было. Членам избирательной комиссии пришлось пересчитывать бюллетени заново. По результатам подсчета было установлено, что в первый раз посчитали неверно, так как цифры, полученные в результате второго подсчета, не совпали с цифрами, внесенными в протокол… Таким образом, разницу в предъявленных мне протоколах могу объяснить, что наблюдателям был вручен черновой вариант протоколов». Связаться с Пронченковой не удалось, как и с председателем УИК № 567 Юрием Бабарыкиным, и с председателем УИК № 591 Анной Шебеко.

После всех разбирательств в Смоленске два председателя досрочно сложили свои полномочия: Алла Бизюкова, УИК № 606 (расхождение на 49 голосов в пользу «ЕР»), и Ирина Миначева, УИК № 799 (73 голоса), — обе работают учителями в школе № 34. Они отказались разговаривать с корреспондентом «Новой» по телефону. «Я не работаю на выборах, я работаю учителем, и я хочу все это забыть», — сказала Ирина Миначева.

Объяснения, которые Бизюкова и Миначева дали следователю А. Кудинову, — это практически один и тот же текст, только с разными фамилиями и небольшим расхождением в одной фразе. «Копия протокола, выданная наблюдателю, была выдана при быстром подсчете голосов, — сообщила следователю Бизюкова. — Наблюдатели, в свою очередь, сразу ушли. Затем я вместе с секретарем Ковригиной поехала в территориальную избирательную комиссию, где сведения с указанного протокола вносятся в электронную программу ГАС «Выборы». Остальные члены избирательной комиссии остаются нас ждать на избирательном участке. При загрузке указанных сведений программа ГАС «Выборы» не пропустила указанный протокол, так как что-то было неправильно при подсчете голосов, т.е. расхождение данных. Нас отправили обратно считать на участок. Прибыв на него, мы снова пересчитали со всеми членами комиссии, составили новый протокол, поехали в территориальную, где указанный протокол сдали, и он прошел по программе ГАС «Выборы».

Если не фальсификации, то — что?

Андрей Бузин, сопредседатель движения «Голос», который входит в консультационную группу при председателе ЦИК, говорит, что председатели, пойманные на несоответствии разных версий протоколов, в большинстве случаев объясняют это добросовестной ошибкой. Реже говорят, что вообще не знают, откуда взялась копия протокола с несовпадающими данными. «Это стандартное объяснение: сначала сделали неправильный подсчет, а потом осуществили пересчет. Но пересчет проводится в присутствии лиц, которые были и при составлении первичного протокола. Если же этого не делают, то составление повторного протокола дает возможность для отмены выборов», — поясняет Бузин.

Судя по объяснениям председателей УИК, на пересчет голосов наблюдателей никто не звал. Кроме того, после пересчета на первой странице нового протокола должно быть указано, что он повторный и храниться в ТИК он должен вместе с первоначальным вариантом.

При этом в случае со Смоленском наблюдатели хотя бы получили заверенные копии протоколов, а в Мытищах две трети доказательств наблюдателей — это распечатанные файлы с цифрами, не заполненные по форме протокола, говорит Бузин. «Строго говоря, это не есть копия, потому что она не соответствует по форме, хотя соответствует по содержанию. Но на некоторых из них есть надписи «Копия номер такой-то» — это говорит о том, что председатели делали вид, что они выдавали копию, и это должно подтверждаться реестрами». По словам Бузина, добросовестное следствие, по идее, должно проверить эти реестры и опросить свидетелей. В ответ на запрос «Новой» в СК сообщили, что материалы из ЦИК направлены в прокуратуру «для проведения проверки в соответствии с компетенцией».

Во всех перечисленных случаях, если не доказан преступный умысел тех, кто составлял и заверял копии и «псевдокопии» протоколов, это административное нарушение, говорит Бузин. По статье 5.6 КоАП нарушителям грозит штраф от 1500 до 2000 рублей. Если же «ошибки» были умышленными, то статья 142.1 УК («фальсификация итогов голосования») предусматривает за «подписание членами избирательной комиссии протокола об итогах голосования до подсчета голосов или установления итогов голосования» от штрафа в 200 тысяч до трех лет лишения свободы. И это не считая возможной подделки подписей на протоколах.

После скандалов на выборах в Думу своих мест лишились Валерий Конягин, глава избиркома Мытищ (19 января он сложил полномочия), и Владимир Журавлев, председатель комиссии Ленин­градской области. Однако глава смоленского областного избиркома Владимир Соваренко пошел на повышение: по рекомендации губернатора Алексея Островского. Он выдвинулся на должность главы Смоленска и был избран городскими депутатами. 26 января мы направили Владимиру Соваренко запрос на интервью — ответа из пресс-службы пока нет. В пресс-службе губернатора Островского «Новой» заявили, что руководитель региона в курсе ситуации и «обратился к руководству соответствующих территориальных федеральных органов власти с просьбой о проведении самой тщательной и объективной проверки». В то же время, как замечает пресс-служба, «факт совершения преступления и вина В.А. Соваренко не доказана… в отношении него действует презумпция невиновности».

АНОНС
В пятничном номере «Новой газеты» читайте продолжение расследования Татьяны Юрасовой «Мытищи-гейт»: в распоряжении редакции появились сотни гигабайт видеозаписей с участков, на которых запечатлена процедура переписывания голосов в пользу «Единой России».

Рабочая группа с участием журналистов «Новой газеты», созданная председателем ЦИК Эллой Памфиловой, продолжает работу. Сама Памфилова не считает, что результаты проверок правоохранителей поставят точку в этом вопросе.