Матадор Всея Руси

Юбилейное: о заслугах первой степени Константина Эрнста перед Отечеством

Константин Эрнст сделал для России все что мог. В день своего 60-летия он, добрав недостающую первую степень, стал полным кавалером ордена «За заслуги перед Отечеством». Вершинные достижения избранного пути обрели статус документа.

Сам юбилей прошел незаметно. К Эрнсту не приехал Путин, как это было 10 лет назад. Каналы отделались дежурным репортажем о коллеге. Синхроны единомышленников источали не привычный восторг, а растерянность.

Юбилейная скомканность оправдана контекстом — время триумфов Первого осталось в прошлом.

Звездный час бессменного гендиректора (по части бессменности Эрнсту удалось даже опередить Путина) — Олимпиада в Сочи. Под куполом стадиона «Фишт» он сочинял не просто «Сны о России», а саму Россию. В недрах кремлевской самобытности Константин Львович обнаружил европейский путь развития. Он смело рифмует Святую Русь не с ряжеными казаками, а с дворянской культурой; не с Глазуновым, а с Лентуловым; не с Прохановым, а с Набоковым; не с доктриной осажденной крепости, а с русским авангардом, залитым кровью.

Вскоре, однако, Россия вспряла ото сна. Начиналось время Майдана, Крыма, санкций, обвала рубля. В 2014-м история будто повернула свое течение вспять. И тогда, и сейчас поражала вечная страсть к саморазрушению. Гоголь так жаждал идеала, что в недостижимости его сжег книгу, а заодно и себя. Под знамена пропаганды призвали не только государственного Добродеева, но и более нежного, креативного, аполитичного Эрнста. Поскольку отечественные вожди на уровне рефлекса окружают себя людьми заведомо менее умными, чем они сами, возникает дефицит качественных идей. Кто-то объяснил бы тогда Кремлю: не стоит разрушать уже построенное одним махом. Не объяснили.

Художественное амплуа Эрнста затрещало по швам.

Автору утонченного «Матадора» срочно пришлось формировать свой спецназ по обнаружению распятых врагами мальчиков.

Эрнст понимает: украинские события спровоцировали не только смысловую, но и интонационную революцию на ТВ. Переход, условно говоря, от Фассбиндера к Розе Сябитовой — почти античная драма. Но отныне именно синдром агрессивной свахи с ее луженой глоткой и неистребимой хабалистостью распространяется в эфире со скоростью ковида.

Эрнст очень старался на новом для себя поприще. Именно он (вкупе, разумеется, с Добродеевым) выиграл президентские выборы. Странно, что за это их не наградили званиями Героев России. Это они занимались перековкой зрителя в прямом эфире. Само словечко родом из тридцатых, так ведь и нынешние приемы пропаганды — оттуда же. Души людей, как однажды прозорливо заметил Сталин, — «очень нужный нам товар». Вождь обладал магической тайной точности, когда говорил о товаре первой необходимости.

В лучшие свои годы Эрнст тоже владел этой тайной, но кризис 2014-го лишил его дара. Империя Первого сдавала одну позицию за другой. Творчества, в котором Эрнст силен, стало меньше, политики, в которой он совсем не силен, — больше. В конце минувшего года государство решило значительно снизить свою долю в уставном капитале Первого канала. Денег катастрофически не хватает, рекламный рынок в коме. Рейтинги ползут вниз. На что уж сакральна программа «Время», но и эта громада двинулась вниз. А тут еще интернет наступает на пятки. А тут еще развлекательные каналы пируют (без политики) на воле. А тут еще случилось совсем невыносимое унижение вечному отличнику Эрнсту от заклятого друга Добродеева. «Россия» по всем показателям обгоняет Первый, который прежде привык быть везде первым. Новых ярких проектов почти нет. Старые хиты типа «Голоса» теперь овеяны не столько славой, сколько скандалами. Что уж говорить о пропагандистском раже — тут Первый всегда уступал «России». Можно, конечно, украсить программу «Время покажет» Олесей Лосевой (версия политического аналога Сябитовой), но ей никогда не догнать ветерана цельнометаллических конструкций Ольгу Скабееву.

Попытки вынырнуть из бездны дают неожиданные результаты: в вотчине Эрнста повеяло духом РЕН ТВ (не случайно приличный пакет акций принадлежит Юрию Ковальчуку).

Четырехсерийный конспирологический блокбастер о русофобии; неизбежная Ванга, предсказавшая коронавирус; экзотический, извините за выражение, профайлер Сабина Пандус, специалист по определению лжи; Юлия Началова, родившая благодаря стараниям Ксении Собчак ребенка уже после своей смерти — монтаж аттракционов теперь всегда к вашим услугам, любезный зритель.

У меня остался один вопрос. Наверняка Эрнст понимал, что ставка на пропаганду убьет и его, и канал. Мог ли он предотвратить драму распада? Всю жизнь этот умный, творческий, амбициозный человек умел балансировать на грани, да вдруг разучился. Почему? Даже если предположить, что Кремль не оставил ему выбора в ситуации войны со всем миром, выбор у него все-таки был — уйти, закрыть за собой дверь. Не ушел. Не закрыл.

В останкинской студии, где когда-то начинал Листьев в легендарном «Взгляде», теперь снимается программа «Время покажет». Кстати, наш юбиляр тоже начинал здесь же, с Листьевым. И в этом нет иронии судьбы, а есть просто судьба Матадора Всея Руси Константина Эрнста.