рский не читал в Москве пятнадцать лет – за это время умерла и родилась страна, сместились акценты, немыслимые персонажи населили столичные улицы… А его трубно-монотонный, подчас кажущийся однообразным голос, не поддающийся никакому подражанию, остался, как и остался только ему свойственный ЖЕСТ – так и было названо выступление Сергея Юрьевича на сцене зала Чайковского в прошлую пятницу.
Зал был полон, в кассу ломились, сидели и стояли на ступеньках – а лица публики были – ТЕ лица, из ТОЙ России, из-под стен Белого дома 1991 года.
Так уж ли невозможно войти в одну и ту же реку? Юрский смог. Просто это была его река.