ПАТРОН ГУЛЯЕТ НА СВОБОДЕ

РАССЛЕДОВАНИЯ

В № 86 «Новая» рассказала о работе правоохранительных органов и судов Ставропольского края. Конкретно — Буденновского района, начальник милиции которого сейчас находится под судом. К нам попали прослушки телефонных разговоров, на которых...

В № 86 «Новая» рассказала о работе правоохранительных органов и судов Ставропольского края. Конкретно — Буденновского района, начальник милиции которого сейчас находится под судом. К нам попали прослушки телефонных разговоров, на которых можно распознать голоса, похожие на сотрудников милиции, межрайонного прокурора и некоторых судей. Проанализировав их, а также некоторые документы и показания свидетелей, мы и смогли составить картину ужасающего произвола: когда заминаются преступления, совершенные сотрудниками милиции; когда за убийства сажают невиновных, хотя истинные преступники известны.

Мы обещали продолжить наше исследование. Сегодня — вторая часть: о том, как проходит в Буденновске, уже пострадавшем от банд Басаева, борьба с терроризмом и как местной милиции удается достигать лучших в области показателей по раскрываемости преступлений.

Борьба с терроризмом

В пожарную часть ОГПС-9 города Буденновска меня привело вот что. В апреле прошлого года при тушении пожара на местном консервном заводе был обнаружен целый арсенал оружия и боеприпасов: несколько автоматов Калашникова, пулемет ПК, большое количество патронов.

Пожарные немедленно сообщили об этом своему начальству, в милицию и, естественно, продолжили заниматься своим делом — тушить огонь. Но произошла удивительная вещь: к тому моменту, когда на место происшествия прибыли милиция и сотрудники ФСБ, арсенал был вывезен с завода. В итоге удалось обнаружить лишь семь патронов.

Вот по факту обнаружения этих семи патронов Буденновским ГРОВД и было возбуждено уголовное дело, которое впоследствии было приостановлено, а межрайонная прокуратура признала это решение правильным. То есть кому принадлежат эти семь патронов, так и не решили. И уж тем более никто не стал задаваться вопросом: а куда делось все остальное?

Подобная трансформация обстоятельств дела могла (и это очевидно) произойти только в том случае, если прокуратура, милиция и ФСБ принимали совместное на этот счет решение. А как иначе, если бойцы двух пожарных частей, принимавших участие в тушении пожара на консервном заводе, в своих объяснениях сообщали: да, видели и автоматы, и пулеметы, и большое количество боеприпасов. Ладно бы просто видели, в этих объяснениях был указан и тот, кто в спешном порядке увозил все это из задымленных помещений. Этого человека пожарные потом встречали в отделении милиции, когда их вызывали на допросы. Им, по словам сотрудников пожарной охраны, был директор консервного завода Александр Филиппов. Известны стали и имена людей, кому было передано оружие, и на какой машине его увезли.

Но Буденновская прокуратура в возбуждении уголовного дела отказала за… отсутствием события преступления.

Начальник ОГПС-9 полковник Гарри Сагателян дал мне возможность лично пообщаться с пожарными — старшим прапорщиком Алексеем Гринько и рядовым Александром Медведевым, которые лично видели оружие и боеприпасы в холодильной комнате консервного завода.

«В одном мешке находились патроны, — рассказывает Алексей Гринько, — в другом — автомат и пулемет. Все это забрал мужчина по фамилии Филиппов. Я его потом встречал в отделении милиции, куда меня месяц спустя вызвали на допрос. С ним были еще люди. Один из них — нерусский по внешности — подходил ко мне и предлагал договориться. Но я ему сказал, что уже доложил о находках начальству и договариваться мне не о чем. Оружие эти люди вывезли с завода на «Жигулях» до приезда милиции».

Александр Медведев: «Я посветил фонариком и увидел на полу патроны калибра 7,62. Рядом лежал мешок из полотна, я его раскрыл и обнаружил внутри полиэтиленовый пакет, а в нем автомат АКС, рядом еще был пакет с 3—4 стволами. Еще в одном пакете автоматные патроны калибра 7,62 и 5,45, а также патроны к пулемету ПК и два пустых магазина. Именно я показал эти находки Гринько. Об оружии мы сразу же доложили офицеру Блощицину и продолжили тушение пожара».

Эти свидетельства подтверждаются еще по меньшей мере двумя пожарными: Иваном Степановым и заместителем начальника ГО и ЧС Буденновска Павлом Блощициным. О чем известно и в буденновской милиции, и в прокуратуре. Знали, но никаких оперативно-разыскных действий предпринято не было.

Куда и кому попало это оружие? Может быть, в Беслан? А может быть, оно еще всплывет на каком-нибудь теракте? Чем объяснить такую пассивность милиции и прокуратуры? Может быть, с ними сумели каким-то образом договориться? А может быть, милицейские и прокурорские начальники просто решили не регистрировать возможные «висяки», чтобы не портить красивую картину раскрываемости преступлений.

Если последнее правда, то они своего добились.

Детдом как рассадник преступности

Буденновская милиция и прокуратура по-прежнему лучшие на Ставрополье. Как этого добиться, мы рассказывали в прошлом номере: не регистрировать совершенные преступления, например. Но бывает так, что чего-то не скроешь. Убийство приходится регистрировать, а следовательно, искать убийц. Для этого можно поймать живущих рядом с местом преступления, побить и заставить их во всем «признаться». Особенно подходят лица пьющие или те, за кого некому или не на что заступиться.

Но в подобной методике есть свои минусы. Не всегда найдешь подходящего «обвиняемого», потом — нужно с судом договариваться, накладки в виде адвокатов могут возникнуть. Проблема… Ее решение было найдено. И это можно считать ноу-хау.

Галина Перкун, педагог с 30-летним стажем, ознакомила меня с протоколом заседания педагогического совета Буденновского детского дома, состоявшегося в июле прошлого года.

Присутствовали 19 членов педколлектива. Повестка дня: о чрезвычайном происшествии с воспитанником детского дома 12-летним Сашей Гонтаренко.

Что же случилось с мальчиком? Как-то в конце июня в детский дом заглянул оперуполномоченный капитан милиции Роман Гросс. Он и попросил на некоторое время Сашу Гонтаренко. Воспитателей он успокоил: Саша ничего не натворил, просто должен показать какое-то место. В свое время Роман Гросс сам учился у Галины Ивановны в бытность ее директором гимназии — потому и поверила?

Как рассказал впоследствии Саша, в милиции его били и требовали, чтобы он взял на себя ряд преступлений. Со слов мальчика, на ночь он был закрыт в одной из комнат, при этом руку и ногу сковали наручниками. Кроме того, по словам Саши, капитан милиции Гросс требовал дать фиктивные показания на некоего человека, будто бы тот изнасиловал мальчика. После всех издевательств ребенок подписал все, что от него требовали.

Но по закону необходимо, чтобы несовершеннолетний воспитанник детского дома повторил то же самое в присутствии своего воспитателя. Именно с этой целью в отделение пригласили директора детдома Галину Перкун и воспитателя Елену Часовскую. При родных ему людях Саша ничего скрывать не стал: рассказал, как выбивали у него показания в краже и заставляли оговорить невиновного.

Галина Перкун моментально написала заявление в прокуратуру. Начался скандал. Во-первых, капитан Роман Гросс оказался сыном заместителя начальника буденновской милиции подполковника Николая Гросса, а во-вторых, и другие несовершеннолетние воспитанники детдома тоже принялись рассказывать о том, как милиционеры дядя Рома, дядя Слава и другие неоднократно просили их, 10—11-летних ребят, взять на себя те или иные преступления. Мол, вам ничего не будет, вы же несовершеннолетние… При этом милиционеры обещали дать по 200 рублей, купить велосипед и даже компьютер. Правда, в итоге дело ограничивалось 50 рублями или игрушками.

Галину Ивановну милицейское начальство уговаривало заявление забрать, не портить жизнь молодому офицеру капитану Гроссу (который числится в перспективе на вышестоящую должность): мол, он никогда больше подобного не повторит. Город маленький, давление властей выдержать почти невозможно…

И Сашу Гонтаренко вызвали на педсовет, спрашивали: ну что, простим дядю Рому? Что осталось делать ребенку-сироте — только простить. Галине Ивановне любезное милицейское начальство направило автомобиль, чтобы добраться до прокуратуры и забрать заявление. Что и было сделано.

А по итогам прошлого года в Буденновском ГРОВД прошло собрание милицейского коллектива, на котором присутствовал заместитель начальника УВД Ставропольского края полковник А.Н. Алекса. Было в очередной раз отмечено, что буденновские милиционеры занимают первое место в крае по раскрываемости преступлений.

P.S. Кстати, некоторые герои нашей прошлой публикации, рассказавшие нам о противозаконных методах буденновских правоохранителей, начали испытывать неприкрытое давление. Мы продолжаем следить за ситуацией.