На форуме «Селигер-2012» началось то, ради чего он и задумывался. Публикуем отрывки из лекций для «нашистов», записанные корреспондентом «Новой».

На форуме «Селигер-2012» началось то, ради чего он и задумывался. Публикуем отрывки из лекций для «нашистов», записанные корреспондентом «Новой»...

Лекция 1. Владислав Воронков, штатный преподаватель лагеря: «Не нужно стесняться «заказывать» конкурентов»

«Гражданская кампания - добровольные усилия группы людей, направленные на получение результата путем усилий участвующих в этой кампании активистов. Самый простой инструмент для проведения гражданской кампании - интернет: все проводимые акции обязательно нужно снимать на видео и выкладывать туда. Эффективность этого метода доказана, например, присутствующим здесь движением «Хрюши против», которые пытаются добиться закрытия петербургского супермаркета, торгующего просроченными продуктами. Есть уверенность, что они добьются успеха».

«При проведении гражданской кампании не нужно стесняться «заказывать» конкурентов - если ты, например, бизнесмен, и гражданские активисты серьезно тебя коснулись, то нет ничего плохого в том, чтобы направить их против собственных конкурентов, сказать: «А вот Вы знаете - и он еще так делает». Нужно воспринимать это как доброе дело - Вы же боретесь с несправедливостью».

«Всегда хорошо иметь как можно больше аккаунтов в социальных сетях, один человек, в принципе, достаточно спокойно тянет 10 аккаунтов. Раскрутка ботами дает результат: если Ваша информация много где повторяется или, как в случае с Ютуб, у нее много просмотров - Вы идете в топ и Вас смотрят реальные люди. Поэтому не стоит стесняться подключать к делу ненастоящие аккаунты. Кроме того, для привлечения внимания подойдет привлекательная картинка на первом плане и громкое название, возможно, провакативное или «запретное»

«Не упускайте возможность распустить слух».

Лекция 2. Игорь Холманских, полпред президента РФ в УрФО: «Высшее образование — слишком большое благо»

«Сразу хочу сказать, что я никогда не читал лекций и не испытываю от этого особенного удовольствия. Но не Боги горшки обжигают. Итак, как в России становятся политическими лидерами? У нас к социальному лифту относятся, как к манне небесной. Но она не сваливается просто так. В первую очередь, на самом деле, чтобы подняться на социальном лифте, нужно быть профессионалом: все взлеты обусловлены предыдущей деятельностью человека. И, конечно, выбору рода деятельности предшествует образовательный этап. Принято считать, что для достижения успеха нужно получить высшее образование, однако на самом деле это не так: высшее образование - слишком большое благо. Я считаю, что в России должен быть огромный конкурс на поступление в ВУЗ, чтобы не было вот этой вот «свободной студенческой жизни». А иначе в стране так и продолжит складываться мнение, что быть работником завода менее престижно, чем офисным планктоном. Но кто нас кормить то будет? Конечно, все, что я говорю, не значит, что я хочу отговорить вас от получения высшего образования. Конечно, нет. Но при выборе профессии - не стремитесь в кондиционированный офис. Путин сказал, что нам нужно 25 млн. новых рабочих мест. Я думаю, там ваше будущее».

Лекция 3. Евгений Чичваркин: «Я не готов к тому, что если кому-то приглянется мой дом...»

«Все, что я сейчас вижу, напоминает мне уроки политинформации. В 1988 году я был политинформатором. Передо мной сидело 30 слушающих, я рассказывал про Пиночета, про вторжение Соединенных штатов Америки во Вьетнам... Так вот - все это очень похоже. И почему же я согласился выступать на Селигере с его репутацией? Дело в том, что многие из вас здесь сидящие, может быть, будут у власти тогда, когда Путин, тьфу-тьфу-тьфу, уже умрет от старости. Поэтому я стремлюсь донести до вас свои знания.

Наступление свободы в 1991 году многие восприняли, как хаос. В 2000 году мы решили, что можно немного пожертвовать свободой во имя порядка. С этого момента время для нас пошло в обратную сторону. Мы говорим: стремимся к Китаю, - но на деле нам до него очень далеко - китайцы потихоньку становятся все богаче и многие из них уж каждодневно работают, предвкушая вот ту возможную свободу. У нас же наоборот: идет сплошное закручивание гаек, чему мы и рады».

«Почему я уехал? Я не готов к тому, что если кому-то приглянется мой дом, моя машина, кому-то не понравится моя позиция по поводу Pussy Riot», то этот кто-то вторгнется в мою жизнь и сделает с ней все, что захочется. А так и делает наша власть. Что сделали Pussy Riot? Они же никого не убили, не ограбили, не изнасиловали - на мой взгляд, это обыкновенное детское хулиганство. Вот почему же они сидят? Мне кажется, что это личная месть Путина за то, что они усомнились в божественном происхождении его власти. В ситуации, когда человеческая жизнь и свобода становятся все меньше и меньше, строить прогрессивную страну невозможно. Нас, мигрировавших россиян, 12 миллионов. Но нам здесь будет что терять, и поэтому лично я не хочу возвращаться».

Лекция 4. Василий Якеменко: «Вот учитель с нас денег требует!» Да и правильно требует!»

«С моей точки зрения, никакой оппозиции в России нет. Никаких «Наших» тоже нет. Я поясню: есть люди, которые жаждут перемен и есть люди, которые их не желают. И те повестки, которые нам предлагаются, они не существенны.

Я считаю, что у нас в России сложилось два мира: консервативный, мир настоящего (власть, бюджетники, индустриальные работники), и мир будущего. Мир будущего - это люди, от которых в наибольшей степени зависит будущее страны. Они - не только представители творческих профессий, это может быть и военный, и врач. Но что отличает этих людей? Главное - они готовы принять неопределенность, готовые и способные на риск. Эти люди оптимизируют свое время, они финансово активны. Это люди, которые пользуются интернетом, летают на самолете, путешествуют в другие страны.

К миру будущего относится и еще одна группа - это люди идеологические. И сюда как раз входит оппозиция. Они видят противоречие между миром и своими убеждениями. А почему появились эти два мира? Начну с 1999 года: нищета, олигархи, война... Путин должен был отдать власть бюрократам и силовикам, потому что эти люди как никто могут навести стабильность. И вот та чудовищная ситуация, которую мы называем коррупцией, это расплата за то, что они взяли власть - им же ее давали за любую цену и да, то, что они сейчас требуют еще больше - это ужасно. Но они спасли Россию. Так вот, жизнь вот этих бюрократов, силовиков, которые ничего не производят, назвали коррупцией. Люди не понимают, что такое производить власть: да, бизнес этих «феодалов» основан на «сборе налогов», но это норма. Это фундамент культуры этой среды, которая включает в себя замки, холопов и, как я недавно выяснил, гарем.

И вот в 2008 году, стремясь расширить свою власть, «феодалы» пошли в наступление на людей будущего. Те начали реагировать в ответ - вышли на площади. И ими, к сожалению, начали руководить идеалисты, которые не понимают реальности. Вот пример: дело томографов - при цене в 30 млн. рублей купили томограф за 110 млн. рублей. И люди с Болотной кричат: «Коррупция!» Но какая же это коррупция? Это безумие. И бороться надо с безумием, а не с коррупцией. Я живу в Люберцах, а рядом с моим домом стоит таможенная академия. Так вот конкурс в этой академии такой, что туда фиг пройдешь, если не дашь денег, а деньги требуют тоже колоссальные. Но зачем? Затем, чтобы стать таможенников и получать 30 000 рублей в месяц от государства? Нет, конечно. Люди идут туда, чтобы воровать. И это касается не только таможни.

И когда Навальный говорит, что надо бороться с коррупцией и надо принимать такие законы, чтобы люди не шли на государственную службу, чтобы воровать - хочется сказать: «Это бред!» Ведь дело в менталитете. И тут не надо никаких законов, потому что бюрократы сядут и будут думать, как их обойти. И найдут! Я думаю, что для решения проблемы людям надо объединиться. Чтобы задать стране цель. А какая она сейчас? Страна должна договориться об общем деле и о делах, которые будут целью существования для страны. Нужно понять, какую услугу Россия может оказать миру. А сейчас мы - просто склад. И главный вопрос сегодня: зачем мы миру? Почему они нас должны терпеть? Мы приносим им столько возмущения своими запасами, что, казалось бы, терпеть то как раз и не надо. Это сейчас пока еще наши ракеты летают...»

«А еще я хочу еще, чтобы новые люди запомнили выражение «любить-платить». Вот свобода нам в 90-х досталась почти на халяву – не достойны мы были этой свободы, ну там несколько ребят под автобусами погибло – но не потом и кровью ее брали. И в этом проблема – все слишком легко, а потому недостойно. Вот ко мне приходят знакомые, у которых дети – школьники и жалуются: «Вот учитель с нас денег требует!» Да и правильно требует! Куда ему со своей нищей зарплатой без поборов жить? А Вы, если хотите достойных знаний, платить должны. Я думаю, такими и будут люди будущего…»