Обращение к русскому народу

Разумеется, я космополит, но не безродный. Обычно еще более лохмат, а на этой фотографии я только что выкупался в Оке. Это было в июне. Вышел из воды и думаю: надо бы все-таки слазить наверх, посмотреть на дом, который под Рязанью построил...

Разумеется, я космополит, но не безродный. Обычно еще более лохмат, а на этой фотографии я только что выкупался в Оке. Это было в июне. Вышел из воды и думаю: надо бы все-таки слазить наверх, посмотреть на дом, который под Рязанью построил мой прадед в конце позапрошлого века. А раньше я его видел только на дагерротипе, где вся семья, одетая по-старинному, включая моего пятилетнего деда Ивана, сидит на крыльце.

Род Никитинских – вовсе не княжеский, мы заработали дворянство в начале XIX века образованием и трудом. Когда я поступал в университет в 1970-м и учил в библиотеке историю, в одном учебнике с удивлением обнаружил какого-то Якова Никитинского среди соратников Емельяна Пугачева. Фамилия нечастая, тем более среди известных мне прадедов XIX века тоже были Яковы. Наверное, с Пугачевым был мой предок, тогда еще бунтовщик «бессмысленный и беспощадный», такая же шантрапа. Все – шантрапа, пока некоторые не начинают прилагать усилия в сторону покаяния, образования и созидания. Но вы-то, взявшиеся теперь учить меня гордости и патриотизму, – даже не бунтовщики, что могло бы вас до некоторой степени извинить, а просто ленивые невежды.

Среди моих друзей и подруг всегда было много евреев, пока половина из них вообще не уехала, и я не потерял их следы. Люблю их за то, что они (часто) воспитанные, умные и добрые люди, но мне всегда казалось неуместным, что они гордятся своим еврейством. Какая их в том заслуга? Это все равно как если бы репка стала гордиться тем, что выросла на этой грядке, а не на той. Конечно, это интересно и многое объясняет, но гордиться-то чем? Я извинял это тем, что их обижают и дразнят, а они хвастаются как бы навстречу, создавая защитное поле гордыни, на самом деле ложной, - иголки ежика не спасут, если лиса поставит целью его съесть. Но то евреи, а врагом русского человека, как правило, является он сам, и у нас этого оправдания просто не может быть.

Вот почему я никогда прежде не ездил в имение своих прадедов. По правде сказать, в юности я тоже иногда хвастался своим происхождением, тогда это уже не было опасно, но после этого я всегда испытывал некую неловкость, я и сейчас ее испытываю. Прежде чем гордиться, надо иметь чем. Мне сейчас уже есть чем гордиться и самому по себе, я это право добыл трудом, как мои прадеды дворянство. Вот тот, который построил этот дом, кормил картошкой половину России, он вывел сорт «Лорх». Этот самый Лорх работал у него в имении агрономом, но в брэнд дед не попал в связи с известными историческими событиями, а я с детства испытываю отвращение к любому сельскохозяйственному труду. Но право отлынивать от лопаты я заработал пером, а эти ребята, которые теперь взялись учить меня патриотизму, начинают именно с отлынивания. А вы кто такие? Мои корни сохранились случайно, когда всех косили под корень, никакой моей заслуги в этом нет, просто повезло. Но у вас вообще нет ни корней, ни хотя бы высокого бунтарского духа, и книжки вы мало читаете – с какой же это стати вы взялись меня лечить?

Что такое ваша национальная идея? Не напрягает ли вас сходство слов «гордость» и «гордыня», сиречь самовлюбленность и глупость? Не попытка ли это, с вашей стороны, уйти от личной ответственности за то, что здесь у нас попираются права человека? Ваш патриарх утверждает, что это какая-то дьявольская западная выдумка, но ведь он образованный человек, следовательно, в его устах это фарисейство. Тем самым он выступает не столько против прав, сколько против самого человека, ибо со времен Иисуса Христа это неразделимо, и, не признавая за человеком универсальной свободы, из своей версии православия РПЦ вычитает христианство. Бог сделал хитрую вещь, создав людей абсолютно равными и абсолютно разными, предоставив каждому возможность вырасти в свою меру (митрополит Антоний (Сурожский). Только вырастанием в свою меру и можно гордиться. Но семя – это еще не плод. Если начинать гордиться тем, что ты родился где-то здесь, а не там, начиная с «русского» сперматозоида, – вырастешь недоноском.

Поверьте, во мне нет никакого презрения, презрение вообще – удел завистников. Во мне же, напротив, есть надежда, что из вас тоже что-нибудь получится, что мы с вами вместе выведем какую-нибудь новую «картошку Лорх». Ведь элита происходит от скрещивания дворняг, но при этом надо и самому что-то делать. А если только гордиться тем, что «мы – русские», вы дворнягами и умрете. Люди, которые подучивают вас гордиться тем, что ваша репка выросла на этой грядке, недобросовестны, хотя, может быть, и хитры. Они кормят вас по их телевизору попсой, добавляя в нее по вкусу православия, чтобы приучить разум скользить по поверхности, а сами подрубают корни. Это не только ваша проблема, но и моя. Даже более жестоким образом, потому что вы, может быть, и сможете прожить здесь всю жизнь овощами, а я уже не могу себе этого позволить, мешает аристократизм.

Я пережил в молодости не одну драму, когда мои друзья и подруги уезжали из страны навсегда, и считал их отъезд, в общем, предательством. Они предпочитали не страну, они предпочитали «не меня». Теперь я отношусь к этому иначе, мне все равно, живет друг на соседней улице или в Нью-Йорке, он все равно друг. Изменился ли мир, или я сам и мои представления о нем, или мои друзья и наши представления друг о друге. Мир глобален, дух вездесущ, несть для него ни эллина, ни иудея, а вы гундите про «наших» и «не наших» – теперь по Интернету. Иногда уже и у меня появляется мысль уехать, оставив вас наедине с вашей темнотой - обрыдло, сколько можно слушать одни и те же частушки? Но я уже не так молод, чтобы всерьез рассматривать эту возможность, а вы подумайте о сверстниках, которые чаще вас читают книжки. Ведь уже было, когда лучшие мозги не по своей воле уплыли на «философском пароходе», а остальных, кто умел работать и думать, истребили бессмысленным рытьем канав и пулей. Что получилось – вы не видите? Так посмотрите на себя в зеркало, вам же теперь есть с чем сравнивать.

Признак элиты – открытость, иначе она деградирует. Она должна рекрутировать в свои ряды как можно больше талантливых людей, в крайнем пределе – всех, потому что все так или иначе талантливы, Бог ведь не делает людей без смысла. Тащи себя за шиворот вверх, расти в свою меру. Вместо этого вы предпочитаете сидеть на грядке и гордиться какой-то уникальностью русской жопы. Чтобы вот так городиться, сравнивая себя только с собой, вам надо отгородиться от мира, вот вы и толкуете про «наших» и «не наших». Закрытость – первый признак обреченности и деградации. Свобода – это отсутствие внешних границ при наличии внутренних, а вы хотите наоборот.

Вы опять запели песню, что «народ всегда прав», называя это суверенной демократией. Раньше это называлось демократическим централизмом, и мы знаем, чем это кончилось, – почему вы не выучили уроки? Вас учат жить по законам стаи шакалов, даже не волков. Вы опять хотите задавить массой, как лебеда давит все разумное в огороде, если он не возделывается трудом. Вся цивилизация – это победа разумного меньшинства над тупым большинством и его рекрутирование вверх. Естественен закон разложения, а в прогресс надо впрягаться, для этого надо быть личностью, сопротивляться попытке растворить себя в мнимом и вязком «единстве народа». Важно не семя, а плод; смоковница, не приносящая доброго плода, обречена, и «уже секира у корня лежит». Вот что написано в Евангелии, а вовсе не то, о чем, как с амвона, пробубнила РПЦ, перепутав Страсбург с Зажопинском.

…Недавно мне случилось выбираться в толпе из метро «Бауманская», и у меня было довольно времени разглядеть лица притаившихся в нишах скульптур. У них очень выразительные лица, такие, знаете: «кругом враги». Почему у вас опять такие лица, как у этих железных разведчиков? Ведь из курса истории мы уже точно знаем, что никаких врагов на самом деле не было, – почему вы не выучили уроки про то, чем это кончается? Почему немцы выучили уроки, когда «не наши» поставили их в угол, а вы так и не потрудились этого сделать? От себя, от имени моих предков, от лица русского народа и европейской цивилизации: в угол! Не смейте высовываться, пока не научитесь улыбаться миру. Учите уроки, второгодники!