Завод встал — и город лёг

Когда в Семилуках за долги обесточили градообразующее предприятие, жители стали считать вдруг появившихся ворон

Моногорода – населенные пункты, которые экономически и социально существуют за счет одного-двух градообразующих предприятий (один комбинат, шахта, фабрика). По данным экспертов, в России свыше 900 градообразующих предприятий производят...

Моногорода – населенные пункты, которые экономически и социально существуют за счет одного-двух градообразующих предприятий (один комбинат, шахта, фабрика). По данным экспертов, в России свыше 900 градообразующих предприятий производят примерно треть всего объема ВВП страны. Эти предприятия связаны с экономикой 467 городов и 332 поселков городского типа, где в общей сложности проживает 24,5 миллиона человек (17% населения страны). Те же эксперты отмечают, что именно моногорода могут пасть первой жертвой финансового кризиса и стать катализатором социального недовольства.

Мы решили выяснить, что сейчас происходит в моногородах, – наши корреспонденты разъехались по России. Их репортажи – в нашей новой рубрике.

Я приехал на улицу Ленина в райцентр Семилуки затемно, чтобы на проходной успеть потолковать за жизнь с работниками огнеупорного завода. Из 25 тысяч населения Семилук на кирпичном работают три тысячи. С учетом детей и пенсионеров здесь почти каждая семья зависит от завода.

Обойти кирпичный мне не удалось: он велик и могуч — один из первенцев индустриализации СССР; первую продукцию дал в 1931 году, а проектировать его начали аж в 1926-м; благодаря ему создавалась отечественная металлургия. Здесь были стахановцы, пятилетки, и нарком Орджоникидзе призывал рабочих досрочно выполнить план: металлургической и стекольной промышленности очень нужны семилукские огнеупоры. Перечислять продукцию завода — пять раз споткнешься: торкрет-массы, заполнители, мертели, сухие бетонные смеси, тиксотропные массы и т.д.

В Семилуках я будто провалился в прошлое: черно-серые трубы и корпуса, ржавые, с мутными и разбитыAми стеклами; кое-где оконные проемы заложены досками или кирпичами; окрестности завода — сплошь двух- и трехэтажные «сталинки». В некоторых подъездах стоят железные двери, но большинство — из дерева времен коллективизации.

Но есть и современные технологии: на проходной установлен банкомат. Там же висит доска в память об одном из директоров завода, много сделавшем с 1959-го по 1976-й для развития производства и социальной сферы города. Однако развитой социальной сферы в окрестностях не заметно. Досок в память о других директорах нет. Как и о поколениях людей, которые провели всю жизнь в окружающих «сталинках». Хотя количество медалей, орденов и почетных грамот передовикам завода учету не поддается, славная работа на металлургию и стекольную промышленность страны не принесли процветания жителям Семилук. Их прибавочная стоимость уплыла в неведомые дали, а московский пейзаж здесь показался бы инопланетным.

Я все же нашел ту самую социалку: двухэтажный Дворец культуры и большой парк. И то, и другое могло видеть товарища Сталина, и с тех пор мало изменилось. В парке Дома культуры — мемориал павшим солдатам. Надпись размыта временем, и разобрать можно только «СЛ…А ПРО…». Хотя венки свежие.

В седьмом часу стало светать, и по снежному месиву парка прошли на рыбалку двое мужиков: в конце парка — спуск к заснеженному Дону.

Кое-где у подъездов стоят машины — в основном старенькие «Жигули». Встретил и раритет — любовно ухоженный «Запорожец». Среди автомобилей на проходной почти нет иномарок.

Дома, столбы и деревья в округе оклеены рекламой такси. В основном двух: «Ямщик» и «Селена». Ее так много, будто все местные ездят на работу на такси. Но я потом с таксистом одним поговорил — заказов в этом году раз в пять меньше, и стало много частников, которые рвут клиента из-под носа и сбивают цены. Ни одна фирма цен не снизила, «Селена» и «Ямщик» раньше между собою конфликтовали, как Монтекки и Капулетти, а теперь борются против бомбил, но до крови пока не доходило. А смерть кирпичного завода может примирить всех.

Улица 9 Января параллельна улице Ленина и тоже сплошь из «сталинок». Новое строение здесь одно: офис МЧС. Деревья в округе покрыты вороньими гнездами, и с раннего утра вороны огромными стаями кружат над заводом. А возле жилья очень много кошек. Брезгливо отряхивая лапы от снежной мокроты, они уже не помещаются в подъездах и будят жителей Семилук затемно.

Несмотря на провал во времени, здесь живут люди. На одном доме во все два этажа надпись: «Кристина, я очень тебя люблю! Dimon». На соседнем — «Слава России!».

К семи утра пошли маршрутки, но оживления на проходной не возникло. О том, что завод до конца месяца отключен за долги энергетикам, сообщила мне женщина, которую я спросил, почему это на работу никто не торопится. Потом о беде рассказали вохровцы на проходной. Они забеспокоились, было, что за тип бродит спозаранку и фотографирует важный объект народного хозяйства, ворон и котов, но потом мы разговорились. Да, крандец: все отключили, даже котельную! Такого еще никогда не было, чтоб прям все вырубили к чертовой матери. Никого потому и нет на проходной: встал завод. У вохровцев тоже неприятности: платить им перестали, дали по три тысячи, и живи как хочешь. «И что теперь?» — дружно спросили они уже меня. Да они понимают, что производство огнеупоров — ну очень энергоемкое, но люди-то как же?..

Ответа у меня не было, и я отправился искать и ждать кого-то из начальников, чтобы получить комментарии о перспективах выживания райцентра Семилуки. Через пару часов Валерий Щербинин, замгендиректора по кадрам и социалке, сообщил мне, что ситуация критическая, руководство завода пытается решить проблему наверху, но, пока они там решают, люди остались сами по себе. А в профкоме развели руками: что толку митинговать, когда вся металлургия накрывается…

Проблемы на кирпичном заводе начались в октябре прошлого года.

«Созданы десятки торговых домов, — сообщил тогда бывший губернатор области Кулаков, — которые покупают этот кирпич, перепродают другому, третьему, и в итоге на металлургический комбинат он приходит в два раза дороже, чем стоит. В результате нашим огнеупорам предпочитают импортные. Пока руководство завода не сократит лишние расходы, помощи от областной администрации не будет».

Первого декабря встали два цеха, 700 рабочих отправили в отпуск без содержания. Многих перевели на 8 рабочих дней в месяц.

Через две недели ситуация стала еще хуже: металлурги не перевели обещанные 200 млн рублей 28 декабря Семилуки накрыло первой волной кризисного цунами, и завод был остановлен. Но уже 30 декабря, под Новый год, НЛМК начал погашать долги, и производство ожило. Магнитогорский комбинат тоже обещал, и в Семилуках рабочим выплатили часть зарплаты за ноябрь.

В январе завод оштрафовали за несвоевременную выплату зарплаты. Вообще долги перед работниками на промышленных предприятиях области выросли вчетверо, и Семилукский огнеупорный стал одним из рекордсменов. Хотя в последние годы здесь росла рождаемость. То есть жизнь здесь есть. Вот Dimon — он ведь любит Кристину. Как же они теперь?..

Железнодорожная станция — большой зал с окошечком кассы и линейкой деревянных стульев по периметру. Никого нет, и гулкий зал похож на мини-футбольный. Удобства — во дворе. За два часа не проехала ни одна электричка. В ожидании автобуса я задремал. Проснулся от взгляда: ко мне присматривалась женщина со следами человеческого облика. Наверное, она видела, как я фотографировал рынок и звонил по мобильнику, и эти устройства ей понравились. Я стал сверлить ее взглядом, и она ушла.

За дорогой — частный сектор и пятиэтажные ряды «хрущевок». Частные объявления: продам «трешку», 64 кв. м, цена 2,1 млн руб; объявление старое, но ни одного квитка с телефоном не оторвано. Есть и свежее: срочно продаю очень недорого однокомнатную квартиру в нижней части города. И тоже нетронуто.

Рядом со станцией — рыночек. Тетя Маша с обувкой, одеждой, бытовой мелочовкой и пластмассовыми цветами на столах охотно сообщила, что рынок в этом году уже лишился 70% покупателей. Цифру эту она знает точно — давно здесь сидит. Хотя тетя Маша не грустила: не такое еще видели…

А фермер Петр Андреевич на рынок привез продукты и властью очень недоволен:

— Ага, кредиты, — сказал он, — там, наверху, оперируют глыбами денег, но вниз они не доходят. А кирпичный? Ну, может, оно и к лучшему. Должен же народ когда-то понять, что к чему. Хотя иногда кажется, что люди потеряли интерес к жизни, и все им по фигу.

Автобус, на котором возвращался я в Воронеж, был похож на те, на каких полвека назад я ездил к бабушке в деревню. Кажется, что и пассажиры были все те же — старушки деревенские и мужики, одежды их и запахи. И даже разговоры.

Справка «Новой»

Семилукский район Воронежской области (площадь 1582 кв. км, население 64,2 тыс. человек) на юго-востоке граничит с Воронежем, на западе — с Курской областью, на севере — с Липецкой.

Административный центр района — город Семилуки (население на начало 2007 года 24,4 тыс. человек). Полезные ископаемые: мел, гравий, силикатный песок, глины, стекольные пески.

На территории района — 30 промышленных предприятий, на которых заняты более 6 тысяч человек. Из них на ООО «Семилукский огнеупорный завод» числилось 3 тысячи человек. Второе по значимости предприятие — ОАО «Воронежское рудоуправление» (добыча глины). В районе 238 крестьянских и фермерских хозяйств, 24 сельхозпредприятия, на которых работают 3,2 тысячи человек, занятых на производстве зерновых, сахарной свеклы, подсолнечника, молока и мяса.

Прямая речь

Глава администрации Семилукского района Евгений Матющенко:

— Администрация района вместе с руководством завода ищет выход. Сейчас идут трудные переговоры с поставщиками газа и электроэнергии, они должны завершиться компромиссом, и завод будет пущен к 1 апреля. Чья вина? С обеих сторон можно было вести себя правильней. Заводу — раньше беспокоиться о ситуации с финансами, а энергетики могли бы пойти на компромисс и не отключать завод. Выход непременно будет найден!

Когда верстался номер

17 марта прокуратура сообщила, что в отношении генерального директора Семилукского огнеупорного завода Михаила Батина в суд направлено административное дело с требованием о его дисквалификации за перманентные невыплаты зарплаты: на 11 марта долг по зарплате на предприятии превысил 38 млн рублей.