Язык мой, флаг — не мой

Российские судовладельцы не хотят ходить под российским триколором: слишком накладно

Интерес к российскому торговому флоту и его проблемам оживляется только тогда, когда что-то происходит. Недавнее событие — захват и освобождение танкера «Московский университет», всколыхнуло весь мир, и Россию больше, чем прочих. Пытливые...

Интерес к российскому торговому флоту и его проблемам оживляется только тогда, когда что-то происходит. Недавнее событие — захват и освобождение танкера «Московский университет», всколыхнуло весь мир, и Россию больше, чем прочих. Пытливые российские журналисты, аналитики, политики и эксперты не обошли стороной в этом инциденте такой факт, как флаг танкера, а он был либерийским. Что опять вызвало волну патриотического гнева: мерзавцы-судовладельцы, гонясь за дешевизной, регистрируют суда под иностранными «удобными» флагами, а как приспичит, бегут просить помощи у России и бесплатно ее получают. Доколе? Не пора ли положить конец? Ну и так далее — стандартный набор стандартного патриота.

Проблема, действительно, очень сложная, но она разительно отличается от того, что преподносят нам патриоты. Достаточно показать хотя бы частицу того беспредела, который называется «российским реестром и российским флагом», чтобы обвиняющие российских судовладельцев в отсутствие патриотизма и непомерной жадности хотя бы чуть-чуть поняли, что они совсем не тех обвиняют.

Работа судна под российским флагом — проклятие судовладельца и моряков. Достаточно посмотреть на орды разномастных чиновников, проверяющих российские суда в российских портах. Простой факт: судов под российским флагом в Мировом океане немного, судов под иностранными флагами, но контролируемых российскими судовладельцами, — гораздо больше. Если они переведут все свои суда под российский флаг, в Мировом океане очень быстро российских судов не останется вообще, потому что работать под российским флагом и оставаться на мировом рынке невозможно: компания будет неконкурентоспособной. В России регистрируют суда по необходимости, для работы, как правило, на внутренних перевозках. Но даже этот крайне долгий, мучительный, взяткоемкий и донельзя забюрократизированный процесс стал в последнее время практически невозможным. В бюрократической системе наступил какой-то внутренний сбой, и одни требования стали противоречить другим.

Хотя и без того процесс регистрации мог поставить судовладельца на грань разорения. Считаем: в нормальной стране, тем более в стране «удобного» флага, на регистрацию нового судна уходит 1 день, на дооформление бумаг и технические детали еще 4—5 дней, итого: рабочая неделя. В России подача правовых документов капитану порта, их проверка занимает до 30 дней. Судно необходимо зачистить на таможне, отдав ей пошлину в размере около 23% стоимости судна, она возвратная, но при неправильном оформлении можно эти деньги и потерять. Средняя стоимость усредненного судна усредненного российского судовладельца — 4—5 миллионов долларов. По данным некоторых судовладельцев, в последнее время таможня в некоторых портах просто ничего не будет делать, если сразу не дать очень серьезную взятку, речь идет о десятках тысячах долларов. Из конторы капитана порта документы идут в т. н. ГРЧЦ — Главный радиочастотный центр в Москве. Срок прохождения — от 2 до 4 недель. Потом бумаги возвращаются обратно в контору капитана порта, где они вновь могут зависнуть на срок до 30 дней. Ну и, наконец, на закуску, предъявление судна Российскому морскому регистру судоходства (это нечто вроде службы техосмотра автомобиля; в нашем случае без соответствующих документов морского техосмотра судно работать не сможет). Итого: на все службы, помимо регистра, надо закладывать 70 — 80 суток минимум. Судовладельцы очень радуются, если укладываются в 3 месяца.

Считаем дальше. Итак, в любой нормальной стране на регистрацию судна отводится 5—7 суток. Усредненное судно усредненного российского судовладельца обходится ему в 5—6 тысяч долларов в сутки. При этом оно по нынешним ставкам на фрахтовом рынке приносит ему при наличии работы до 12 тысяч долларов в сутки. При регистрации судна в нормальной стране можно подогнать эти 5—7 суток под стоянку в порту под грузовыми операциями и не понести никаких убытков. При регистрации судна в России подогнать под что-либо 3 месяца (минимум) не удастся. Сколько это принесет убытков судовладельцу? Считайте сами, я не буду за недостатком места.

Но и этого российской бюрократии показалось мало. Последняя нестыковка между ведомствами просто загоняет судовладельца в тупик. Выше я писал про Главный радиочастотный центр (ГРЧЦ). Чем он занимается? Всего-навсего выдает новому российскому судну свой уникальный радиопозывной. Среди различных данных, характеризующих судно, таких как имя, флаг, владелец, радиопозывные, класс (техосмотр) и прочее, есть только одна постоянная величина — единственный и уникальный на протяжении всей жизни судна т. н. номер IMO, Международной морской организации. Всё остальные меняется — владелец, флаг, название, а вместе с ними и радиопозывные. Выдача нового радиопозывного в нормальной стране осуществляется в рабочем порядке, без участия специальной организации. В России для этого существует ФГУП ГРЧЦ, и без выдачи им радиопозывных судно не сможет ни выйти из любого порта любой страны мира, ни войти. Без этих позывных невозможно настроить систему подачи аварийных сигналов, системы подачи других идентификационных сигналов. Судно вроде бы есть, но на деле его нет. Везде, повторяю, эти позывные выдают в рабочем порядке, а в России специальный ФГУП проверяет соответствие радиоаппаратуры судна неким требованиям. Сути требований никто не знает. ФГУП работает в режиме «секретного ящика», узнать, что там происходит и как, совершенно невозможно. Один судовладелец (кстати, из крупных, известных еще с советских времен) прислал мне переписку с ФГУП. Это Кафка и Салтыков-Щедрин в одном флаконе.

Вообще-то, существование самого ГРЧЦ — это архаика, наследие холодной войны и эффективного коммунистического менеджмента. (Замечу, что этой бессмыслицы нет даже в Северной Корее, потому что она давно и довольно бойко стала торговать своим флагом.) Но Центру мало и того месяца, который он отбирает на совершенно непонятные засекреченные процедуры, поэтому там придумали нечто совсем уж новенькое. ГРЧЦ устроил тупик, выхода из которого нет: для выдачи позывных он стал требовать, чтобы судовладелец сначала предъявил «Свидетельство о праве плавания под Российским флагом», его выдает служба капитана порта. А служба капитана порта, в свою очередь, отказывается выдавать «Свидетельство о праве плавания под Российским флагом» до тех пор, пока ему не предъявят позывные.

Где искать выход из заколдованного круга, судовладельцы не знают. Судно надо регистрировать, но регистрировать его невозможно.

Со всех высоких и не очень трибун кричат о негодяях-судовладельцах, разогнавших суда под «удобные» флаги. О том, что надо как-то возвращать флот под свой флаг. Разрабатываются проекты и принимаются к исполнению программы, раздаются направо и налево поручения и указания. Негодует официальная пресса, требуя, чтобы с непатриотичных судовладельцев взимали деньги в случае, когда им на помощь приходит государство (это я про освобождение танкера «Московский университет»). В общем, все при деле, но ни у кого не спросишь: а как регистрироваться? Как исполнить свой патриотический долг и вернуть судно на родину? Раньше это было катастрофой с тяжелыми материальными потерями, вроде гибели судна от стихийного бедствия, а теперь стало просто невозможным.

Система изобретает все новые способы возвращения судов на родину, как правило, сугубо бюрократические, все чаще принимающие характер силовых. Способы все более затратные для бюджета и для конечного потребителя продукции судоходства — населения страны. Но есть только один, и очень эффективный, способ вернуть многие суда, не потратив ни копейки: сделать систему разумной. Можно даже сказать, общечеловеческой. Но вот именно этого способа система применить и не хочет.

Регистрировать суда все равно будут, но сделать этот процесс нормальным система не сможет. Чиновники сами его породили и сами будут искать лазейки в своих собственных запретах, чтобы все-таки «протолкнуть» регистрацию. Это не парадокс, это суть существования сложившейся в России системы государственного управления. Столь затратная и работающая только на саму себя система обречена на банкротство, не спасут никакие нефтяные и газовые доллары, даже конфискация часов с рук чиновников и их машин, тем более что, собственно, ради этих часов и машин вся система и затевалась.