Кролик и удавка

Масштабный проект кроликовода из Татарстана натолкнулся на расплодившихся чиновников

Если фокусник извлекает какого-нибудь длинноухого из шляпы, то дело в шляпе. Видимо, предварительно в нее были сделаны материальные вложения. Анатолий Крамин, поставивший цель извлечь из своей мегафермы для Татарстана полтора миллиона...

Если фокусник извлекает какого-нибудь длинноухого из шляпы, то дело в шляпе. Видимо, предварительно в нее были сделаны материальные вложения.

Анатолий Крамин, поставивший цель извлечь из своей мегафермы для Татарстана полтора миллиона кроликов, в глазах правоохранительных органов выглядит фокусником, положившим 14,8 миллиона государственных рублей мимо шляпы себе в карман. На него завели уголовное дело, в конце июля состоится суд.

Крамин провел пару дней за решеткой, дал подписку о невыезде и продолжает заниматься кроликами. Ему грозит чуть ли не 10-летний срок, но он спокоен, так как знает, что ничего не украл. Он уверен, что в суде подтвердится его невиновность и все будет хорошо. Как говорится, дело будет в шляпе.

Имея рост 186 сантиметров, Анатолий Крамин в молодости был баскетболистом. Потом с дипломом спортфака тренировал команду Казанского университета, предшественницу знаменитого ныне «УНИКСА». Под баскетбольной корзиной особых мыслей о потребительской корзине у него в ту пору не возникало. Идея накормить крольчатиной всю республику появилась позже.

Вот как воспроизводит события журналист Ирек Муртазин, бывший пресс-секретарь президента Татарстана Минтимера Шаймиева:

— Началась эта история в 2000 году… в спортзале Сбербанка. Два раза в неделю мы там играли в баскетбол, а Крамин был у нас играющим тренером. Однажды после игры мы сидели в сауне, пили чай…. Не помню, с чего начался разговор, но выяснилось, что Крамин уже два года пытается взять в аренду участок земли на краю оврага под кролиководческую ферму. А городской земельный комитет откровенно стопорит оформление участка…. В воскресенье я съездил, взглянул на ту злополучную землю и сказал: «Толя, пиши письмо Шаймиеву…»

Запускать письмо через канцелярию Муртазин не стал, он решил дождаться подходящего момента, и вот недели через три на борту вертолета президент Шаймиев в связи с чем-то заговорил о пользе кроличьего мяса.

— Под этот разговор я и передал Минтимеру Шариповичу письмо Крамина, — вспоминает Ирек Муртазин. — Реакция была мгновенной. Специалисты из земельного комитета тут же выехали на место, и за несколько дней все документы на землю были оформлены. А через год-полтора на краминской ферме было уже около пяти тысяч кроликов. Сюда начали возить делегации, а Крамина с его проектами стали приглашать на крупные выставки с вручением ему дипломов и медалей. Сохранилось фото, где умиляющийся Герман Греф (в то время министр) держит в ладонях крольчонка, которого ему дал погладить сын Анатолия Крамина Артем.

А глава Минсельхоза России Алексей Гордеев написал на имя Минтимера Шаймиева благодарственное письмо: «В настоящее время Федеральным экспертным советом определен список лауреатов — лучших руководящих кадров агропромышленного комплекса из 83 регионов России…» И назвал в числе лауреатов Анатолия Крамина.

Это было в ноябре прошлого года. А уже в декабре лауреат Крамин был арестован как расхититель государственных средств.

— Все деньги, которые, по версии следствия, я присвоил, находятся в обороте, — говорит Анатолий Анатольевич и рисует в блокноте схему передвижения миллионов. Вот он с благословления руководства республики взял в Инвестиционно-венчурном фонде Татарстана 37 миллионов рублей. Вот он под залог этих средств взял кредит в банке. Вот он приобрел в Венгрии оборудование…

Если среди наших читателей найдутся такие, кто, как и Крамин, окончил Британскую школу бизнеса, им эту схему можно будет показать отдельно. Остальным же, которые, как и автор этих строк, полагают, что ИНН — это номер очереди к окошечку кассы, где деньги дают, придется на слово поверить, что Крамин не только не пьет и не курит, но и не берет чужого.

Ну а взять свое ему пока не дают, хотя идея расширения производства и строительства мегафермы почти реализована. Необычного вида ферма возводится по его замыслу в деревне Улля, километрах в 70 от Казани. Когда-то здесь был колхоз, который, разумеется, носил название «Коммунизм». Карл Маркс со слезами уткнулся бы в плечо Фридриха Энгельса, когда бы увидел, что осталось от этого «Коммунизма».

Восемь длинных зданий без окон, без дверей и без крыш (бывшие коровники и свинарники) заросли бурьяном, и тут уже лет десять никто не мычит и не телится. Однако муниципальная власть не разрешила Анатолию Крамину строить кроличью ферму на этом месте, и ему отвели участок на отшибе, куда не подведены коммуникации.

Кроличий ангар с новейшим автоматизированным оборудованием из Венгрии и устремленное ввысь кормохранилище все сравнивают с летающей тарелкой и космическим кораблем, случайно залетевшими в край разрухи из иной цивилизации. Поодаль — убойный цех из Италии, совершенно убойный изнутри: сверкающие мойки, кондиционеры, холодильные камеры… Все это уже работало бы, если бы не уголовное дело.

Минимум племенных кроликов, готовых к размножению, пока содержатся в обычных клетках, и ухаживает за ними одна деревенская семья — Розалия и Ренат Зариповы с сыном Ришатом и семилетним внуком Саматом. Розалия раньше была колхозным бухгалтером, считала на деревянных счетах. Теперь у нее вся кроличья наука в компьютере, пользоваться которым ее обучил сын Крамина Артем.

Об Артеме — отдельный разговор. Выпускник факультета высшей математики и кибернетики, он в свои 26 лет возглавляет координационный совет российского отделения Всемирной ассоциации научного кролиководства. Да что там в 26! Уже в 23 года на конгрессе ассоциации в Мексике он возглавлял делегацию от России.

С помощью науки Артем разработал программу автоматизации управления кроликофермами. За эту разработку его включили в число президентских стипендиатов и пригласили на церемонию награждения к Минтимеру Шаймиеву. На встрече с президентом выяснилось, что Шаймиев не забыл, как шесть лет назад помог Краминым начать кролиководческий бизнес. И Артем, пользуясь случаем, передал Минтимеру Шариповичу письмо отца, в котором тот сообщал, что семь месяцев не может оформить получение кредита в венчурном фонде, и просил еще раз помочь. Говорят, Шаймиев сильно разгневался на бюрократов, и нужные бумаги немедленно были подписаны.

В учебном классе, который уже работает в деревне Улля, Крамин-младший проводит семинарские занятия с кролиководами едва ли не всей страны. Здесь висит карта России, на которой (от Калининграда до Находки) обозначены города, откуда приезжали желающие поучиться. Через интернет Артем контактирует с сотнями адресатов. На его сайт в месяц заходят по 6—8 тысяч человек. Считая, наверное, и следователей (хотя сын у нас за отца не отвечает).

Крамин-старший прочитал о бизнесе уйму книг (уж не на них ли он потратил искомые 14,8 миллиона?) и любит обосновывать свои действия:

— Почему я пошел в сельскохозяйственное производство? Потому что там плохо. И если будут изменения, то только к лучшему. Почему я выбрал деревню Улля? Потому что там меня хорошо принимают жители. Это важно. Я могу дать людям работу, мужики перестанут пить, займутся делом. Почему я считаю, что все мои беды — от меня самого? Потому что я занялся предпринимательством в такой стране, где надо быть готовым ко всему. И если я что-то не предусмотрел — сам виноват.

Ну да, он должен был предусмотреть, что ему месяцами не будут подписывать нужные бумаги, что не будут выделять удобные для работы площадки, что чиновники, мыслящие вовсе не экономическими категориями, будут контролировать каждый его шаг и лишать маневра. Он должен предусмотреть, что его бизнес постараются «отжать». Именно это слово, оказывается, употребляют в подобных случаях.

— Если называть вещи своими именами, то у Крамина решили отжать бизнес, — считает, как мы убедились, причастный к этой истории журналист Ирек Муртазин. — А оперативников из УБЭПа чиновники, похоже, использовали как мальчиков по вызову. Нет там никакого уголовного дела, и я уверен, что в суде все это развалится.

В учебном классе Кра¬миных хранится макет мегафермы, который показывали на выставках Собянину, Козаку, Шаймиеву…Тут предусмотрено все — от производственных помещений до баскетбольной площадки. А также обозначена автомобильная стоянка. Анатолий Анатольевич попросил своих сотрудников поставить на нее модели автомобилей, которые им хотелось бы иметь. Поставили «Мерседес», «Фольксваген»… Модели милицейского уазика на макете нет, однако так вышло, что УБЭП приехал первым.