На ярко освещенную полукруглую сцену, такую маленькую, что это почти смешно, выходит необыкновенно серьезный клоун. Сдувая пыль с ящика, он обнаруживает на нем волос; преодолевая гримасу крайнего отвращения (какая гадость, это же не мой!), берет его двумя пальцами: длинный. Он следует той логичной последовательности действий, которой следовал бы каждый на его месте: сдержанное недоумение (обнаружил волос), торжественная осторожность движений (брезгливая рука вытягивается максимально далеко, медленно разжимаются пальцы, мизинец на отлете, шаг назад, чтоб не упал на ботинок, проверка — волос на месте), постепенно нарастающее раздражение и попытка совладать с ним.
Вернув наконец приставучий волос обратно на крышку ящика, клоун откинул его створки и достал оттуда розовую швейную машинку…
В пятницу на сцене ЦДХ выступали «Лицедеи». Кружились мыльные пузыри, играла громкая музыка. «Лицедеи» обливали зрителей водой, били по голове кувалдами и хлестали березовыми вениками — в концертном зале ЦДХ пахло хорошей русской баней, и в проходах болдинской осенью хрустели осыпавшиеся листья. А в четверг была «прессуха». Клоуны прессовали журналистов. «Меня хорошо слышно?» — орал в большой бутафорский мегафон координатор фестиваля клоун Александр Фриш. Позади дрались, визжали и свистели клоуны. Под слова Фриша о том, что «фестиваль демократичный, свободный», клоуны, как тараканы, разбежались по залу. «Наверх! Наверх! К нам! Идите сюда бухать!» — кричал один из них, приглашая представителей СМИ к столикам, находящимся на самом верху, у аппаратной. Журналисты не поддались, и вообще были подавлены. Задав пару вопросов о сроках проведения фестиваля, журналисты замолкли. Фриш продолжил. Он сказал, что «принцип фестиваля — показать то, что происходит в российской клоунаде», а главная цель — «децентрализация культуры и клоунады из центра в Подмосковье». Ведь зрители знают только тех артистов, которые успели засветиться на телеэкранах. Театры живут на гастролях, создают славу нашему искусству за границей (там на них практически не достать билетов), а здесь не раскручены.
— Сейчас самый востребованный клоун в Европе — Андрей Жигалов из Челябинска, — сказал Александр Фриш.
Тем не менее Фриш пригласил на сцену клоуна советской эпохи усатого Андрея Николаева. Растерянный, он признался, что занимался классической клоунадой, но новое направление — эстрадную клоунаду — одобряет тоже. «Ну что, журналисты в розовых кофточках?!» — обратился к нам пузатый клоун. Среди нас он заметил девушку в розовом и направился уже к ней: «Вчера у подворотни стояла, а сегодня здесь?». Лицо «рыжего» расплылось в добродушной улыбке. Пресс-конференция закончилась.
…В воскресенье выступали иностранцы. Агентство National Circus Project (США) представило трио из Нью-Йорка — клоунов Грэга, Энн и Крисса. «Чемпион по вязанию воздушных шариков-сосисок» Грэг Милстон показал музыкальное «сосисочное» шоу, когда обычный шарик в его руках превращался в лебедя, шлем, цветок, меч и пояс. Ассистентка Грэга Энн ловко жонглировала «китайской тарелочкой» и катушкой, клоун-ковбой Крисс из далекого штата Техас показал кузькину мать в работе с хлыстами. Представив себя на ранчо, он начал резко размахивать кнутами вокруг себя; взяв в руку свечку, а в другую кнут, он измельчил свечку кнутом за две секунды. Американцы со своей необычной клоунадой, где больше трюков и минимум слов, пришлись российской публике по душе.
Что касается Франции, то поступок Белого клоуна Брюно был принят зрителями неоднозначно. Взяв в рот кусок белого хлеба и запив его водой, он попытался заговорить с публикой, но вместо слов изо рта у него вылетали крошки и капли воды. Первый ряд такого жеста не понял.
P.S. Артисты поселились в «самой смешной гостинице» Москвы — «Минске». Потому что там душ без сеточки, черно-белый телевизор (который гости из заграницы увидели впервые в жизни) и точечное отключение горячей воды.