Почему мир верит Америке?

Несмотря на политические потрясения, войны, бюджетный дефицит и инфляцию, вложения в государственные долговые обязательства Соединенных Штатов всегда котировались в категории AAA, то есть представляли из себя эталон надежности помещения...

Несмотря на политические потрясения, войны, бюджетный дефицит и инфляцию, вложения в государственные долговые обязательства Соединенных Штатов всегда котировались в категории AAA, то есть представляли из себя эталон надежности помещения капитала и стандарт, к которому тянулись все другие страны.

Так было до того, как президент Обама обнародовал свое бюджетное послание, предсказывавшее, что гигантский государственный долг США сохранится на ближайшие десять лет, а возможно, и дальше. Как ни удивительно, и после публикации этого прогноза положение не изменилось.

Самый тревожный звонок поступил в Вашингтон от агентства Moody's, занимающегося оценкой долгов различных государств. Согласно отчету этой организации, если не будут приняты меры, направленные на сокращение дефицита, «рейтинг государственных долговых обязательств США в ближайшие десять лет окажется под угрозой».

Но и тут никто и глазом не моргнул — ни конгресс, ни Белый дом, ни международные инвесторы. Облигации казначейства США, выпускающиеся, чтобы собрать недостающие для финансирования бюджета этого года $1,6 трлн, и обещающие совсем невысокий процент, по-прежнему расходятся, как горячие пирожки.

Почему же мир продолжает делать ставки на то, что США удастся найти выход из политического тупика и разрешить накопившиеся проблемы? Почему люди по-прежнему верят в справедливость горькой шутки Черчилля, который сказал, что Америка всегда находит верный путь, но только после того, как испробует все другие пути? И как долго еще будет сохраняться эта вера?

Не исключено, что еще очень, очень долго. Положение Соединенных Штатов уникально еще и потому, что они выпускают самую востребованную в мире валюту и, если потребуется, всегда могут напечатать еще. Это вселяет в инвесторов уверенность, что несмотря на инфляцию и скачущий обменный курс, они всегда смогут получить назад деньги, вложенные в государственные обязательства США.

Этот парадокс американской финансовой исключительности с особенной ясностью проявился в последнее время. Когда 4 февраля из-за опасности государственного дефолта биржа зашаталась, речь шла вовсе не об американском государственном долге. Нет, опасения вызвало ближайшее будущее кучки европейских транжир — прежде всего Греции, Испании и Португалии. В сравнении с государственным долгом США долг этих стран представляется спичечным коробком у подножия небоскреба, но все посчитали, что существует реальная опасность их банкротства.

Положение этих государств усугубляется тем, что они находятся в зоне евро, то есть не могут самостоятельно печатать деньги для решения своих проблем.

«Они стоят перед нелегким выбором, — считает профессор Слоуновского института управления при Массачусетском технологическом институте, профессор Саймон Джонсон. — Либо сократить расходы, либо увеличить налоги».

Проблемы Европы могут показаться ерундой в сравнении с ситуацией в Японии. Всего два десятилетия назад японские газеты регулярно печатали графики, по которым японская экономика должна была вскорости превзойти по размеру американскую и выйти на первое место в мире.

Сегодня японскому правительству приходится думать, как сократить расходы в стране, население которой стремительно стареет.

На протяжении четверти века Япония также обладала рейтингом AAA, но утратила его. Ей не удалось устоять под нажимом сокращающихся налоговых сборов и дефляции. В следующем году государственный долг Японии, как ожидается, увеличится до $9,4 трлн, что будет равняться 181% ВНП. В сравнении с этим показателем Вашингтон находится в неплохой ситуации, но только «в сравнении».

В 1990 году невозможно было представить, что Япония может провалиться в столь глубокую яму. Не ожидает ли что-то подобное и Америку году примерно к 2030-му?

Бывший декан факультета управления Йельского университета Джеффри Гартен такого не исключает. «Финансовый кризис поставил под сомнение все, что раньше сомнению не подвергалось, — говорит он. — В том числе и то, что Соединенные Штаты являются самым надежным заемщиком в мире. А доверие — это фактор не экономики, а психологии».