Российские наемники при поддержке МИДа осваивают новый «рынок» в странах Африки. Мало никому не покажется

У России и Франции — новая причина для конфликта в Африке. Теперь правители государства Мали, военная хунта (а если говорить дипломатическим языком, то — «переходное правительство»), вслед за руководством ЦАР собираются принять российское предложение и уже официально объявить о соглашении с «вагнеровцами».

Новость о переговорах правительства Мали с «ЧВК Вагнера» появилась в середине сентября в Reuters и вызвала резкий ответ руководства Франции, которое на самом деле знало о переговорах давно и сначала пыталось договориться с Москвой без скандала. Через несколько дней «на полях» саммита ООН в Нью-Йорке информацию о переговорах ЧВК с малийским руководством подтвердил министр иностранных дел РФ Сергей Лавров. И сделал это с показательной дипломатической элегантностью: уже после встречи с министром иностранных дел Франции Ле Дрианом. Ведь Ле Дриан на встрече предупредил его о «серьезнейших последствиях» в случае появления вагнеровцев в Мали.

«Наши люди» в Бамако

Встреча прошла 23 сентября. А уже 25-го, там же в Нью-Йорке, г-н Лавров заявил (цитирую «Интерфакс»):власти Мали «обратились к частной военной компании из России в связи с тем, что, как я понимаю, Франция хочет существенно сократить свой воинский контингент, который там находился и должен был, как все понимали, бороться с террористами». Но у Франции, заверил Лавров, «ничего не получилось, и террористы там по-прежнему правят бал».

Ну а «вагнеровцы», судя по всему, еще пока не правят, но уже вот-вот готовятся.

По крайней мере, для этого практически все готово.

Во-первых, верхушка нынешней «переходной» власти в Мали — очень даже «наша». И «временный» президент, полковник Ассими Гойта, и председатель Национального переходного комитета («временного» законодательного органа) Малик Диав, и министр обороны Садио Камара проходили обучение в России. Как и Шогель Кокалла Майга, премьер-министр «переходного правительства» Мали. При этом, по данным издающегося в Париже журнала Jeune Afrique, которое ссылается на «малийские военные источники», Диав и Камара проходили подготовку в Москве с января по август 2020 года и вернулись на родину за несколько дней до военного переворота в стране, когда был свергнут президент Ибрагим Бубакар Кейта. Диав и Камара и были руководителями путча.

После этого был назначен «переходный» президент Ба Ндау, но новая малийская хунта пообещала — под давлением Парижа и применившего санкции Экономического сообщества западноафриканских государств (ЭКОВАС) — в скором времени провести президентские и парламентские выборы для того, чтобы власть перешла к гражданским лицам. Тем не менее до выборов дело пока не дошло, зато в мае 2021 года произошел еще один переворот. В результате свергли президента Ба Ндау, а также премьера и министра обороны. Последний пост и занял 42-летний Садио Камара.

В конце июня г-н Камара уже посетил Москву и провел переговоры с начальником Генерального штаба Вооруженных сил РФ Валерием Герасимовым. Герасимов тогда заявил: «Высоко ценим стремление руководства Мали к развитию всесторонних отношений между нашими государствами, в том числе в военной области. <…> Рассматриваем республику Мали в качестве одного из наших перспективных партнеров на африканском континенте и подтверждаем заинтересованность в укреплении сотрудничества».

Камара прилетал в Москву еще как минимум один раз, 25 августа: формально — для участия в военно-техническом форуме «Армия-2021».

«Знаете, его называют поваром Путина…»

При этом российско-малийское сотрудничество, как мы сейчас видим и как уже подтвердил сам глава МИД РФ, почему-то налаживается, в первую очередь, с «ЧВК Вагнера», «частной военной компанией», которая вроде бы — как не устают повторять наши власти — не имеет отношения ни к Минобороны, ни к Кремлю.

Но и все

влиятельные французские СМИ, и французские власти давно и открыто говорят о том, что «вагнеровцы» — всего лишь теневая военная структура,

существующая для выполнения роли российских «ихтамнетов» в разных странах мира…

Последний пример: интервью французского министра Ле Дриана France Info 16 сентября: «Нужно в первую очередь знать, что такое «Вагнер». <…> Мы уже узнали их в Сирии, узнали в Украине. Сейчас мы их встречаем, и они там очень активны, в Центральноафриканской Республике. Мы их знаем по Ливии. (К слову, в Ливии интересы Парижа и Москвы, по крайней мере, определенное время, сходились, но это отдельная тема. — Ю. С.). И вот они предлагают свои услуги хунте, которая взяла власть в Мали. Это люди («вагнеровцы»), которые отличаются поборами, нарушением гуманитарного права, хищничеством, они используют государства и полезные ископаемые, которыми может обладать то или иное государство. И они известны тем (вопреки тому, что они заявляют), что усиливают нестабильность в соответствующих государствах…».

Потом последовал вопрос France Info: «Оказывается, Жан-Ив Ле Дриан, что это учреждение «Вагнера» принадлежит российскому олигарху, достаточно близкому к власти и к Владимиру Путину, и его (олигарха) фонд сейчас — об этом написала газета Le Monde — обращается во все французские СМИ и ассоциации с просьбой расследовать случаи полицейского насилия во Франции. И фонд, принадлежащий этому миллиардеру, даже предлагает финансировать некоторые СМИ и ассоциации для расследования случаев полицейского насилия. Для вас это является формой попытки дестабилизации или, как бы это сказать, вмешательства в президентскую избирательную кампанию (во Франции)?»

Ответ главы МИД Франции: «Я еще не уверен, что все это так в этом случае, но господин Пригожин нас приучил к вмешательствам такого рода. Знаете, его называют поваром Путина…»

Заметьте, журналист France Info не называл ни фамилию «Пригожин», ни его печально известный кухонный «псевдоним». Чрезвычайно аккуратный и гибкий глава МИД Франции решил сделать это сам. 14 сентября в Нацсобрании Ле Дриан говорил похожие вещи: «Вагнер» особенно проявил себя в Сирии, в Центральной Африке с вымогательствами, хищничеством, насилием любого рода. <…> Это абсолютно несовместимо с нашим присутствием и с действиями сахельских и других международных партнеров Мали».

«ПОМАГИТЕ НАМ ПОЖАЛYЙСТА»

Французские власти, действительно, очень встревожены перспективой вхождения «вагнеровцев» на еще одну территорию, которая, как они считают, находится в зоне французского влияния. Тем более, что Париж активно (и сначала — за кулисами) посылал Москве сигналы о том, что вмешательство в Мали «недопустимо». И в Париже надеялись на понимание, с учетом того, как много президент Макрон делает для «требовательного сотрудничества» с Россией, несмотря ни на что.

И хотя весь этот скандал с Мали и «Вагнером» публично разгорелся после того, как 13 сентября агентство Reuters сообщило о переговорах малийской хунты с россиянами, на самом деле французы об этом знали уже как минимум два месяца.

26 июля то же издание Jeune Afrique сообщило о проведении «нескольких пророссийских и антифранцузских манифестаций, организованных в Бамако (столице Мали) и в Сикасо» (втором городе страны).

Малийский министр обороны Камара заявлял по случаю митингов: «Общественное мнение благосклонно относится к возрастающему сотрудничеству с Россией, с учетом ситуации в области безопасности».

Один из плакатов на митинге «кричал»: «ПУТИН ПОМАГИТЕ НАМ ПОЖАЛYЙСТА». Плакат держит улыбающийся молодой местный житель.

И помощь, похоже, не заставила себя долго ждать. По информации издания Financial Afrik, обнародованной 18 сентября, «Россия уже направила экспертов, специализирующихся в различных областях безопасности, в Бамако. Информация была подтверждена на пресс-конференции 15 сентября 2021 года Адамой Бен Диарра, членом переходного совета Мали: «Уже месяц в Мали находятся 50 экспертов. Они здесь, чтобы изучить ситуацию с безопасностью, и обещают покончить с войной и джихадистской угрозой в течение шести месяцев. Я сообщаю вам, что эта борьба будет вестись путем асимметричной войны, и именно это русские приедут делать посредством частной военной компании Вагнера». Информацию теперь подтвердило и Би-би-си: по сведениям их источников, «вагнеровцы» начали «работу» в Мали в августе, а на полигоне в Краснодарском крае идет набор тех, кто в ближайшее время готов отправиться в Африку.

А тогда, в июле, «источник во французской разведке» прокомментировал Jeune Afrique информацию о митингах: «Мы знаем стратегию «Вагнера» по плетению его паутины, и мы очень бдительны». «Несколько французских оружейных компаний, тем не менее, обеспокоены контактами окружения (президента Мали) Гойта с российскими посредниками», — сообщило издание, подчеркнув: «Риск был сочтен достаточно серьезным, чтобы французская военная разведка обозначила в качестве приоритета (угрозу) «российского проникновения» не только в Мали, но и во всю Сахельскую зону». (В пяти странах — Мали, Буркина-Фасо, Нигер, Чад и Мавритания — огромного африканского региона Сахель французы вот уже восемь лет проводят антитеррористическую операцию, в которой задействовано чуть более пяти тысяч военных. Позднее, по просьбе Парижа, к операции присоединились многие страны ЕС, хотя их участие не идет в сравнение с французским. Кроме того, в Мали присутствует 15-тысячный контингент ООН под названиемМИНУСМА. — Ю. С.).

Российское предложение выглядит более заманчивым?

19 августа, по данным источников Le Monde (преданных гласности только 15 сентября), президент Макрон обговаривал по телефону с президентом Путиным «ситуацию в Сахеле». При этом в августовском сообщении Елисейского дворца об этом нет вообще ни слова — Макрон, как видно, пытался договориться «полюбовно». А в сообщении Кремля упоминается лишь то, что «обсужден ряд других региональных сюжетов, касающихся, в том числе, Африканского континента».

«Президент (Макрон) ему (Путину) объяснил, что мы там (в Мали) делаем и что мы не уходим оттуда», — рассказал анонимный источник газеты «во французском руководстве».

Путин, как утверждает Le Monde, опроверг «предположение», что Россия собирается занять «освобождающееся» место Франции в Мали. 8 сентября в Москву, чтобы еще раз попытаться представить аргументы Парижа, прилетал глава дирекции Африки и стран Индийского океана в МИД Франции Кристоф Биго.

Были и многочисленные переговоры Парижа с руководителями в Африке: по данным Jeune Afrique, Макрон в последние недели говорил по поводу Мали с президентами Кот-д’Ивуара, Сенегала, Гвинеи-Бисау, Нигера, главой Экономического сообщества западноафриканских государств (ЭКОВАС)…

В поддержку Франции высказались и власти США, и власти ЕС, и власти отдельных европейских стран, включая Германию.

Все безуспешно.

Ответы из Бамако были в том духе, что мы — независимое государство, и сами решаем, с кем нам сотрудничать.

Например, на заявление главы МИД Нигера, сделанное 16 сентября в кулуарах экстренного саммита ЭКОВАС о том, что «Сообщество желает, чтобы российские наемники не находились в нашем регионе и не ухудшали еще больше ситуацию с безопасностью», 19 сентября ответил МИД Мали. Высказывания нигерского министра были названы «неприемлемыми» и «недружественными». «Что касается приписываемого малийским властям желания задействовать «наемников», то правительство Республики Мали выражает удивление и недоумение этими необоснованными утверждениями, которые базируются исключительно на слухах и заказных статьях прессы, вписывающихся в рамки кампании по очернению нашей страны и демонизации ее руководства».

Важно отметить, что за пять дней до этого, 14 сентября, минобороны Мали признало, что ведет переговоры с «ЧВК Вагнера»: «Мали теперь намерена диверсифицировать свои отношения, и в среднесрочной перспективе обеспечить безопасность страны. Мы ничего не подписывали с «Вагнером», но мы общаемся со всеми». А 17 сентября Шогель Кокалла Майга, премьер-министр «переходного правительства» Мали, заявил о том, что его страна имеет полное право на «план Б» в случае, если посчитает, что это необходимо для безопасности страны: «Есть оставленные зоны, которые нужно сегодня занять (Макрон летом, проведя саммит с руководителями пяти стран Сахеля (G5 Sahel), объявил о переформатировании операции «Бархан», в рамках которого французы покинут базы в трех малийских городах и сократят военный контингент в Сахеле до 2,5–3 тысяч человек, увеличив поддержку местных армий и «сосредоточившись», в основном, на ликвидации главарей джихадистских группировок. — Ю. С.). <…> Нельзя нам запретить покупать технику у страны, с которой у нас есть соглашение (Россия подписала соглашение о военном сотрудничестве с прежними властями Мали в 2019 г. — Ю. С.). Нельзя запретить нам отправлять людей на подготовку в определенную страну только потому, что другая страна этого не хочет».

И вот 19 сентября малийские власти снова «пошли в отказ»? Почему? Один из двух вариантов: или в правительстве военной хунты Мали настолько плохо налажена работа, что МИД не знает, о чем пять дней назад заявило Минобороны и о чем два дня назад сказал премьер, или все объясняется тем, что на 20 сентября в Бамако была запланирована встреча министра обороны Франции Флоранс Парли с министром обороны Мали Садио Камара. А на этой встрече малийские власти надеялись добиться от Парижа таких финансовых и политических обещаний, которые бы «перебили» российское предложение.

Судя по итогам переговоров, малийская сторона сочла предложение из России более интересным. Во всяком случае, пока.

Потому что 24 сентября, накануне заявления Лаврова, дипломатическую артподготовку провел там же в ООН малийский премьер Шогель Кокалла Майга. Обвинив Францию в том, что она «бросила» малийцев в самое трудное время, решив сократить контингент операции «Бархан» и не предупредив об этом (хотя в июльском саммите G5 Sahel участвовал и президент Мали. — Ю. С.). Майга также потребовал «более наступательного» поведения в борьбе с джихадистами со стороны 15 тысяч военнослужащих ооновской миссии.

В Париже назвали заявления малийского премьера «неприличными». Франция никого не бросает, сказала министр обороны Флоранс Парли. «Когда вы держите 5 тысяч солдат и просто покидаете три позиции, намереваясь оставить еще несколько тысяч военнослужащих, и когда вы используете в Сахеле новейшую бронетехнику, это не является поведением страны, которая намеревается уходить», — заявила Парли 27 сентября, заверив, что со стороны властей Мали — «много лицемерия, много недобросовестности, много неприличия, особенно потому, что (заявление Майга) было сделано 25 сентября, а 24 сентября 52-й французский военный отдал свою жизнь в борьбе с терроризмом в Сахеле» (конкретно — в Мали).

Главная цель обращения малийских властей к «Вагнеру» состоит в том, чтобы «не выполнять данные международному сообществу обещания» о проведении выборов и передаче власти гражданским лицам, не стала сдерживать себя глава минобороны Франции. Добавив, что «вытирать ноги о кровь французских солдат — это недопустимо». В тот же день в ООН Франция еще раз призвала власти Мали сдержать обещание и провести президентские и парламентские выборы в феврале 2022 года.

О том, что выборы, скорее всего, будут «перенесены на несколько недель или несколько месяцев», объявил все тот же малийский премьер Майга 26 сентября, заявив, что прежнее обязательство было взято «под давлением» ЭКОВАС.

При этом еще 18 сентября издание Financial Afrik предполагало такую возможность: «Вызван ли открытый кризис между правящей хунтой в Мали и Парижем посредственным результатом ведущейся с 2013 года военной операции французских и международных сил в Мали с 2013 года, или желанием малийских военных не отдавать (уже захваченную) власть»?

А как же хоть какая-то ответственность самой малийской армии (FAMa), которая с 2012 года провела три госпереворота, но так и не смогла навести порядок не то что в стране, но и в своих собственных рядах?

«По итогам последнего визита представителей ЭКОВАС в Бамако в начале сентября главы государств региона больше не скрывают своей озабоченности ситуацией в Мали и предполагаемым намерением («переходного президента») Ассими Гойта остаться у власти», — писал 16 сентября журнал Jeune Afrique.

Можно не сомневаться в том, что в Кремле вряд ли будут требовать от уважаемых представителей малийской хунты проведения честных демократических выборов,

да еще и в «обещанный» срок.

Что касается просьб президента Франции, касающихся Мали, то «дорогой Владимир», похоже, их «не услышал». При этом «дорогой Эмманюэль» до сих пор избегает — в отличие от главы МИД Франции Ле Дриана и главы минобороны Флоранс Парли — заявлений на эту тему. Более того, 21 сентября Макрон пошел на открытие выставки шедевров живописи морозовской коллекции, которые привезли из России в Париж. И в своем выступлении опять очень много внимания уделил необходимости дальнейшего сотрудничества с Москвой, благодарил Путина за помощь в организации выставки и «передавал привет».

Но, как уже оказывалось не раз после того, как в августе 2018 года на встрече с Путиным в форте Брегансон Макрон объявил о том, что начинает активную работу по «возращению России в Европу», в ответ на свою активность он, похоже, получит не совсем то, или совсем уж не то, на что рассчитывал.

Тот же «источник во французском руководстве» заявил Le Monde: в Париже убеждены, что Мали — только часть широкомасштабной операции россиян по укоренению в этом регионе: «Даже если, по нашим данным (по состоянию на середину сентября. — Ю. С.) еще ничего не подписано (между Бамако и «вагнеровцами». — Ю. С.), есть подтверждение, что «Вагнер» активизировал агрессивные подходы, чтобы закрепиться в Сахеле и использовать Мали в качестве точки входа» в регион.