Пыжики и кролики

Мода и политика — две вещи нераздельные, что и доказала выставка в Музее политической истории Петербурга

«Я человек эпохи Москвошвея, /Смотрите, как на мне топорщится пиджак…» Кое-кто из образованных посетителей вполне мог вспомнить эти строчки Мандельштама, заглянув на небольшую и какую-то очень домашнюю выставку «Политика и мода»,...

«Я человек эпохи Москвошвея, /Смотрите, как на мне топорщится пиджак…» Кое-кто из образованных посетителей вполне мог вспомнить эти строчки Мандельштама, заглянув на небольшую и какую-то очень домашнюю выставку «Политика и мода», открывшуюся в петербургском Музее политической истории.

Домашняя — не значит провинциальная. Наоборот, профессионализм организаторов именно и состоял в том, что довольно холодное и бесчеловечное понятие «политика» они развернули к нам одной из самых теплых и внятных обывателю сторон. Вспомнить, что именно и как в разные времена «топорщилось» на простых советских гражданах или, напротив, нежно облегало тела представителей правящей верхушки, — оказалось занятием увлекательным и небесполезным.

Цитата из советского фольклора «Пыжики стоят, кролики идут», приведенная в буклете выставки, лишний раз подтвердила: мода и политика — понятия неразделимые. Вожди в пыжиковых шапках, стоящие на трибуне, и проплывающее мимо нее море голов в дешевом «кролике» — образ более чем выразительный. Именно зрительный образ и взяли на вооружение создатели экспозиции, чтобы в эпоху «гламура и дискурса» подогреть угасающий интерес населения к политике.

Как одевались лидеры нашей страны в разные исторические эпохи? Как выглядела повседневная одежда советских людей? Какое влияние оказывали советские и российские «первые леди» на вкусы и модные пристрастия? Какими были атрибуты революционной моды и более поздние «элементы сладкой жизни», отразившиеся в одежде?

Посильные ответы на эти вопросы и лежат в основе философии выставки, где представлены самые разнообразные экспонаты из фондов музея, архивов и частных коллекций. Не без трепета взирали посетители на подлинную шляпку с вуалеткой, которую носила первая советская женщина-дипломат Коллонтай, или на костюм Анастаса Микояна со скромной звездой героя на лацкане. Многие оценили хороший вкус наркома иностранных дел Литвинова, который в деловой одежде предпочитал вовсе не пиджак «от Москвошвея», а годами проверенную западную марку Levi’s Strauss, о которой мы узнали в 70-е от фарцовщиков. Неплохо одевались в 30-е годы и сотрудницы Музея революции: вся грамотно отпиаренная обувная коллекция Ксюши Собчак в подметки не годится паре туфелек из кожи питона с ноги простой совслужащей. Глаз не отвести от хита 20-х — изрядно потертой, но все еще революционно-красной кожанки и… розовых женских панталон «с начесом», популярных в 50-е. Именно таких, вероятно, и накупил в качестве сувениров посетивший в те годы СССР Ив Монтан, чем едва не вызвал международный скандал.

Но настоящей победой организаторов стали два раритета, которые не без трудностей (родственники поначалу возражали) были извлечены из всесоюзно знаменитых семейных гардеробов. Куратор выставки Александр Смирнов с особой гордостью показал мне витрины, где красовались гипюровое платье для приемов, принадлежавшее супруге Никиты Сергеевича Хрущева Нине Петровне, и мерцающий парчовый костюм с итальянскими туфлями и концертной сумочкой в тон — Раисы Максимовны Горбачевой.

Две эпохи — две «первые леди», одна из которых всегда дер- жалась в тени супруга и выходила в свет лишь по суровой необходимости, а вторая царила не только на кремлевских приемах, но и покоряла элегантностью капризный Запад. Вдохновленные успехом создатели экспозиции уже мечтают о том, что в один прекрасный день губернатор Петербурга Валентина Матвиенко позволит украсить коллекцию одним из своих костюмов. Сотрудники музея считают, что она произвела своего рода модную революцию в сфере политики, смело соединив в своей одежде петербургскую строгость с европейским шиком. Но пока предложение музейщиков губернатора не увлекло.

Связующим звеном между прошлым и будущим стало модное дефиле (куда ж без него?) от московских дизайнерских брендов «Евгений Гусев Студия», Национального института современного дизайна и марки «Фрол Романофф». Главным акцентом показа стала коллекция «1917». Грандов петербургской моды революционная тема, видимо, не увлекла, а Татьяна Парфенова всем иным пока предпочитает Русский музей… На плазменных экранах для усиления «аромата эпохи» крутили фильмы разных лет, где режиссеры разных поколений языком искусства высказывались о моде. И на фоне сатирических плакатов, клеймящих нэпманов и стиляг, почти символично звучала «модная декларация» секретарши из «Служебного романа: «Ну, если живенько — тогда ничего…»

Выставка «Политика и мода» стала продолжением долгосрочного музейного проекта «Власть и общество», цель которого — представить разные ракурсы взаимоотношений политики и социума. Это вторая выставка проекта, первая — «Культура и политика» — с успехом прошла в музее в 2006—2008 годах. Завершением этого «триптиха» должна стать весьма актуальная экспозиция под названием «Власть и СМИ».Кураторы пока бьются над ее концепцией.