Сила и волшебство

Кубок Гагарина во владениях ЦСКА буквально из цепких армейских рук вырвал магнитогорский «Металлург».

Команды выложили все козыри и выложились до конца. Козыри сыграли в идеально равной пропорции, что и выразилось в счете длинной, как жизнь, серии. Поэтому, когда в магнитогорском аэропорту в аэробус загружали дорожный «сейф» с главным призом Континентальной хоккейной лиги, я тогда еще пожалел, что он надвое не делится.

Кубок Гагарина мог остаться в Магнитогорске и не совершать обратного путешествия. Это было бы в высшей степени справедливо, потому что «Металлург» полностью заслужил право решать судьбу трофея на своей площадке. Но судьба голом Михаила Юнькова на второй минуте овертайма повернула в обратную сторону, и это было уже высшей справедливостью для ЦСКА.

Случались и раньше полномасштабные финальные серии, таких за семь предыдущих сезонов КХЛ набралось целых четыре. Интригующий и изнурительный сюжет каждой держал в напряжении до самого конца, каждая завершалась триумфом одних и драмой других. Но никогда еще в финальной серии, «дожившей» до седьмого матча, не встречались такие противоположности — не просто по стилю, но и, не побоюсь сказать, по философии. Возможно, нынешнее противостояние стало рубежным для всего отечественного хоккея — останется в нем хоть толика магнитогорского изыска, или он полностью встанет на рельсы механизма по-армейски.

И мне категорически не хотелось, чтобы вопрос решался просто: кто победил — тот и прав. Хотя против этой немудреной истины не попрешь, а одинакового для двоих результата в хоккее не бывает.

…«Магнитка» не попрощались со своими зрителями — хотя сценарий шестого матча мог и должен был предполагать не только триумфальное завершение, но и менее приемлемый вариант. Слезы были, катарсиса не случилось. Слишком велик был контраст между чудесным спасением хозяев за минуту до сирены — и оглушающей точкой Юнькова, который два года назад брал Кубок Гагарина с «Магниткой», в самом начале овертайма. Но ведь это еще был не конец. Хоккеисты «Магнитки» как знали, что они вернутся сюда со щитом, но разве об этом можно было знать?!

Толпа перетекала через проспект Ленина в полном молчании, слышен был только вой сирен с пробивавшихся сквозь нее VIP-автомобилей. Зрелище было даже посильнее непосредственно финальной драмы хоккейного действа.

Москва бы так не переживала. Она, как известно, слезам не верит. Для Москвы любой исход битвы на Ленинградском проспекте — капля в море, мало кого интересующее событие. Москва давно перестала быть городом, для которого хоккей больше, чем просто игра, и никакие ухищрения вкупе с пиаром, никакие победы не вернут ощущения давних лет.

Написать «Москва ждала победы ЦСКА четверть века» — можно, но это будет сильным преувеличением. Тут, как и с игровой философией, разница между ожиданиями двух городов, начинающихся с одной буквы — колоссальная. Для нынешней Москвы хоккей — частная история, для Магнитогорска хоккей — судьба.

Это не в обиду болельщикам ЦСКА, которые совсем недавно и десятилетия спустя вновь смогли задышать полной грудью. А помнящих лучший клуб советского хоккея много не только в Москве, и не только в России. Вот они, конечно, ждали победы некогда великого клуба и полноценно триумфального его возвращения. Полагаю, что и российское начальство разных сортов и мастей желало именно этого. Руководствуясь не просто ностальгией, но и логикой момента: долгожданная победа изрядно потускневшего мирового бренда должна была придать российскому хоккею, по мысли государевых людей, мощный импульс перед домашним чемпионатом мира. А что в сравнении с таким посылом возможная победа «Магнитки» — еще одна, причем пятая по счету, вторая за два года?

«Магнитка» вступала в финальное противостояние именно на таком не декларируемом, но весьма неблагоприятном фоне. Фон и проявился с первого же матча, после которого уважаемую и титулованную, но «старорежимную» провинциальную команду чуть ли не окончательно записали в аутсайдеры. Не все записали, но очень многие.

Забыв о том, что, заранее «хороня» «Магнитку» и превознося ЦСКА, доброжелатели хоронят и тот великий хоккей, живым хранителем которого уральский клуб, по-настоящему родившийся в 90-х годах прошлого века, и стал. А «новый ЦСКА» своей беспощадной, достаточно примитивной, но чрезвычайно быстрой и эффективной игрой и не думал возрождать какие-то традиции, в том числе клубные Он хотел — побеждать. Важна цель, способ ее достижения — вторичен, лишь бы работал.

Лоб в лоб сошлись сила против волшебства. До самого конца, как ни удивительно, они соперничали на равных. Прежде всего благодаря «Магнитке», от которой ждали разве что упорного сопротивления, не больше. Оптимисты, не хотевшие разгрома, отдавали «Магнитке» максимум две победы, в общий успех уральцев из нейтралов верили единицы.

Свое несогласие с общепринятым мнением Мозякин и компания обозначили без широковещательных заявлений. Но весомо. Сначала выровняв ситуацию, а после и выйдя вперед. Вопреки всему.

…В противостоянии такого уровня обязательно наступает момент, когда хоккей стряхивает с себя все наносное. Когда побоку слухи о том, что «Роснефть» все купила», когда никто не вспоминает о некоей «договоренности в верхах», когда предвзятость «судейских» перестает быть оправданием всего и вся, когда не работают, хотя и неукоснительно соблюдаются, приметы, когда плавится лед от кипящих на нем и только на нем страстей, а сама игра поднимается над суетой, достигая немыслимой чистоты и истинного величия.

Это — было. Было и другое, обусловленное всякого рода обстоятельствами и разницей в «весовых категориях», но присутствовало и высокое. Об этих матчах нельзя было судить «через губу», лениво фиксируя тренерские ошибки и чудовищные ляпы хоккеистов, укоряя команды в том, что где-то недотерпели, а где-то просто отдали свое.

Да, Дмитрий Квартальнов и его вышколенные ребята напрочь лишили «Магнитку» чуть ли не главного — образцовой реализации большинства, сведенной почти к нулю. Да, забрасывая не больше двух шайб, серию выиграть невозможно. Да, юный Илья Сорокин в воротах ЦСКА в целом оказался увереннее своего опытнейшего визави Василия Кошечкина. Да, ЦСКА в своей неуемности и энергетической заряженности был хорош почти постоянно, а «Металлург» в своем волшебном комбинационном перепасе — эпизодически. Да, за «Магнитку» дважды сработала сначала «рука Панина», а в переломном четвертом матче — сломанная клюшка Виктора Антипина, отправившая шайбу точно на целую клюшку Томаша Филиппи. А ЦСКА забрасывал не только из пятачковой толчеи, но и с центра площадки.

Но «Магнитка» дважды переводила встречи в овертайм на последних секундах, заменяя вратаря на шестого полевого игрока — такого не случалось в финальной серии никогда. Лидер и капитан «Металлурга», автор множества пополняемых бомбардирских рекордов Сергей Мозякин, которого армейцы брали в ежовые рукавицы, мог «молчать» сколь угодно долго, но мог и разразиться двумя потрясающими шайбами, как это было в пятом матче. Такие голы надо было выстрадать, но и случайности нельзя было назвать нечаянными.

По две победы команды одержали в чужих стенах — и это тоже стало «фишкой» потрясающего финала, который повторить невозможно. Команды не изменили себе ни на йоту и общими усилиями родили серию-шедевр.

…Я и не скрываю, что больше симпатизировал родному для меня «Металлургу», в чем не последнюю роль играет и эстетическое начало — мне ближе хоккей, в котором успеваешь не только зафиксировать точку, но и понять замысел.

Впервые за последние годы практически всю серию, за исключением двух матчей, по одному в Магнитогорске и Москве, пережил «живьем», а это совсем иной уровень подключения к высокому напряжению финала. На седьмой матч из Магнитогорска летел вместе с командой, хорошо представляя, что ждет подопечных Ильи Воробьева в стареньком армейском дворце на Ленинградском проспекте.

Ждала армейская «лесопилка», зубодробительная и работающая бесперебойно — как только у гостей клюшки, силы и нервы выдерживали. ЦСКА перебросал «Магнитку» в три раза, перетолкал и перебегал, в чужой зоне редко появлялся даже Мозякин с партнерами. ЦСКА добился своего в конце второго периода, но еще в первой трети матча изумительная диагональ Криса Ли вывела к воротам Сорокина совсем не голеадора Тимкина, а на гол Мамина ответил уже сам канадский защитник «Металлурга».

Прибывшая автобусом после 30-часовой дороги гостевая торсида при поддержке уральской диаспоры составляла достойную конкуренцию ревущему залу. На льду было куда сложнее. «Магнитке» не давали играть так, как она может, но она терпела из последних сил. Именно что из последних.

Когда видишь такую концовку, важно ни о чем не думать, не смотреть на табло и ни в коем случае не представлять, что будет дальше. Дальше ЦСКА оставил ворота пустыми, и Женя Тимкин, обокрав защитника, отправил шайбу к победе.

Чудо случилось. Волшебство одолело силу. Тот еще славный хоккей — не умер. Примета, что «Магнитка» побеждала перед предыдущим домашним чемпионатом мира — сработала.

Я аплодировал проигравшим вместе с залом. Но мне некогда было ронять слезу, мне надо было поздравить победителей. И лететь с ними в Магнитогорск, чтобы увидеть все своими глазами.

Москва — Магнитогорск — Москва