Оригинал материала
Блеск и ни «Щита…»
Видная правозащитная организация «Щит и меч» закрылась, сочтя невозможной работу в нынешних условиях
Наше правовое государство в начале июня сделалось чуть менее правовым: в Чувашии добровольно закрылась правозащитная организация «Щит и меч», являвшаяся одним из учредителей знаменитой межрегиональной ассоциации юристов-правозащитников «Агора» (закрывшейся в феврале вовсе не добровольно). Руководитель «Щита и меча» Алексей Глухов сам попросил управление Министерства юстиции РФ по Чувашской Республике закрыть организацию через судебный иск. Новочебоксарский городской суд охотно пошел навстречу этому необычному желанию. Как сказал Глухов «Новой газете», совершена юридическая эвтаназия.
Ни добиться, ни отбиться
Сначала — мораль, а потом — басня. Мораль такова: Алексей Глухов считает, что в условиях нынешнего законодательства и политических обстоятельств заниматься правозащитной деятельностью в рамках юридического лица уже невозможно. Тяжелое администрирование, издевательские проверки, громоздкая отчетность — все это держит организацию на крючке и лишает какой-либо гражданской активности. А главное — велика угроза угодить в реестр иностранных агентов и сделаться совсем уж безжизненной конторой.
Вот тут очень интересный момент. С чего вдруг чебоксарские правозащитники стали бояться клейма иностранного агента? Ведь в конце 2012 года «Щит и меч» стал первой в России некоммерческой организацией, пожелавшей добровольно получить звание «иностранного агента». Однако просьбу «Щита и меча» о включении его в реестр «иностранных агентов» Минюст России тогда отклонил, приняв во внимание, что тот не занимается политической деятельностью. Если бы затея удалась, сейчас организация имела бы уже звание заслуженного «иностранного агента». Но не ради этого «Щит и меч» рвался в агенты темных сил. Глухов полагал, что, войдя в малопочетный реестр, можно будет понять изнутри, как устроена эта система, бесконечными заявлениями заставить Минюст давать разъяснения, инициировать судебные разбирательства и создавать прецеденты для защиты других НКО.
— Несколько лет назад в спорах с властью еще можно было добиться в наших судах положительных решений, — пояснил Алексей Владимирович корреспонденту «Новой». — А сейчас это невозможно. Ни добиться чего-то, ни отбиться от кого-то шансов нет.
В спорах с властью и в борьбе против посягательств на права человека «Щит и меч» провел 12 лет. Все это теперь в прошлом, за исключением нескольких дел, находящихся в Европейском суде по правам человека. «Щит и меч» закрыт, а инициированные им иски еще долго будут рассматриваться.
Человек из окон
Что же за чувашские дела в ЕСПЧ? Самое загадочное — выпадение задержанного гражданина из окна райотдела милиции. Именно милиции, а не полиции, так как история тянется с 2006 года. Леонид Петров был задержан по подозрению в совершении преступления. В дальнейшем его мать обратилась в «Щит и меч» с жалобой на то, что сына зверски избили милиционеры и, мало того, выбросили его из окна. Врачи зафиксировали у него перелом ноги, сотрясение головного мозга.
Оказалось, что задержанный и впрямь выпал из окна второго этажа здания милиции. Как это могло случиться, если он был в наручниках и находился в комнате под присмотром сотрудников РОВД? Если он при них выбросился сам, то почему для этого были созданы все условия: окно — в ноябре и ночью — было распахнуто? Алексей Глухов считает, что для выяснения обстоятельств случившегося требуется возбудить уголовное дело. Но кто же его у нас возбудит? Одно за другим были вынесены 27 постановлений об отказе в возбуждении дела, а «Щит и меч» все упорствовал. И вот делом занимается ЕСПЧ…
— Отвечая на вопросы Европейского суда, российская сторона привела забавный довод, придуманный здесь, в Чебоксарах, — рассказывает Алексей Глухов. — Обнаружили, что Петров еще в детстве занимался прыжками в воду и даже приложили к ответу грамоту, полученную им в 5-м классе.
То есть приобрел навыки прыжков — и рыбкой в окно.
В нашумевшем в свое время деле жителя Новочебоксарска Артура Иванова «Щит и меч» никого наказать уже не требует — это удалось и без Европейского суда. А вот разумной компенсации за то, что работник милиции ударил человека в ухо, да так, что у того лопнула барабанная перепонка, в наших судах добиться не удалось. Как рассказывала «Новая газета», весной 2007 года Иванова доставили в участковый пункт милиции, где он был избит капитаном Сергеем Медведевым. Правозащитники сделали все, чтобы привлечь Медведева к уголовной ответственности, — он был осужден к трем годам лишения свободы. А пострадавший Иванов подал в Новочебоксарский городской суд иск о возмещении ему морального вреда в размере 312 тысяч рублей. Суд удовлетворил это требование частично. Можно даже сказать, микрочастично. Страдания гражданина, избитого там, где его должны защищать, правосудие оценило в 20 тысяч рублей. Иванов счел это судебное решение оскорбительным и с помощью правозащитников обратился в Европейский суд.
А еще одно дело касается сотрудника организации «Щит и меч» Дениса Федорова. Эта история тоже началась в 2007 году, и «Новая газета» тогда о ней сообщала. Вот выдержка из нашей публикации: «Денис Федоров представлял интересы гражданина Егорова, который обратился к правозащитникам с заявлением о том, что сотрудники Ибресинского отдела милиции подвергали его пыткам, заставляя признаться в не совершенной им краже. Стараясь пресечь деятельность правозащитника, следователь Светлана Венедиктова обратилась в районный суд с ходатайством об обыске в квартире юриста. При этом она сослалась на «оперативные данные» о том, что у Федорова хранятся вещи, похищенные Егоровым. Обыск оказался безрезультатным. Денис Федоров намерен добиться наказания лиц, оказывающих на него давление в ходе осуществления им правозащитной деятельности».
Это не так-то просто. На наши суды вообще надежды нет, а ЕСПЧ завален жалобами до чердака. В сентябре 2011 года Минюст России написал меморандум по жалобе №58290/08 «Федоров против Российской Федерации», где пришел к выводу, что жалоба заявителя на нарушение его прав «является явно необоснованной», и попросил ее отклонить. Ну а дальше вопрос — ответ — перевод, еще вопрос, еще ответ… В таком процессе, который все еще продолжается, и пять лет не срок.
Щит, меч и ножницы
Чем только не приходилось заниматься юристам организации. «Щит и меч» неоднократно инициировал уголовные дела по фактам предоставления некачественной медицинской помощи. Еще его юристы периодически встречались с ВИЧ-инфицированными гражданами и консультировали их по правовым вопросам. Особо тщательно отстаивали права детей. Случалось, боролись за бесплатное питание для первоклассницы из многодетной семьи (администрация Новочебоксарска экономила бюджетные деньги за счет таких детей). Добивались права посещения детского сада девочкой из села Батырево, чья льготная очередь была беззастенчиво отодвинута районными чиновниками (тут российские суды не признали незаконными действия чиновников по отношению к малообеспеченной семье, и пришлось дойти до Страсбурга).
Алексей Глухов рассказал мне скандальную историю о мальчике из Чебоксар, которого принудительно постриг учитель математики. У школьника была прическа, называвшаяся у подростков «под Диму Билана». Учитель завел его в кабинет директора, взял ножницы и состриг то, что считал лишним.
— По нашему заявлению, — вспоминает Глухов, — прокуратура признала нарушение прав ребенка. Но школа оказалась хуже колонии. Насильственную стрижку там объяснили борьбой с педикулезом, а мальчика принялись преследовать по самым разным поводам. Дошло до того, что после стычки с одноклассником ребенка отправили на месяц в спецприемник для несовершеннолетних нарушителей.
Но все же в том случае правозащитники поработали не зря. Учитель с задатками парикмахера был уволен, директор школы получил выговор, а семья школьника — денежную компенсацию через суд.
— Примечательно, — говорит Глухов, — что после ряда проверок министерство образования республики включило эту историю в пособие для переподготовки учителей.
Ну так вот, решение суда о прекращении правозащитной организации вступило в силу, и «Щит и меч» исключен из Единого государственного реестра юридических лиц. И что же теперь будет в Чувашии с правами человека? Заметила ли республика ликвидацию «Щита и меча»? Не приспущены ли тут флаги?
— Сейчас права человека стали населению менее интересны, — считает Алексей Глухов. — У людей другие заботы: скоро на еду денег не будет.
Возможно, интерес к соблюдению законов и в самом деле падает. Тем более что все население Чувашии, 1 236 628 человек, из окна не выбросят и даже принудительно не постригут. А если кому-то дадут в ухо в отделении полиции и у него лопнет барабанная перепонка, то ни о каких правозащитниках он больше и не услышит.