Война со спонсорами

Можно ли лишить Асада химического оружия, наличие которого он все-таки признал

Президент Барак Обама отменил ограниченный ракетный удар по войскам режима Башара Асада из-за возникшей в последний час российской инициативы о передаче сирийского химического оружия (ХО) под международный контроль с дальнейшим полным уничтожением.

В реальности, Обама отказался наносить удар по Сирии много раньше, когда вместо того, чтобы отдать приказ, неожиданно для собственных советников обратился за одобрением в Конгресс. Президент искал повод ничего не делать и окончательно нашел, когда испугавшись неминуемой, казалось, американской воздушно-ракетной напасти, Асад с соратниками быстро согласились объявить о полном химразоружении. Раньше сирийские власти официально не признавали свое ХО, а теперь срочно присоединились к Конвенции о запрещении химического (КХО), готовы открыть свои запасы и объекты инспекторам Организации по запрещению химического оружия (ОЗХО) и всё уничтожить, и это само по себе немалое достижение.

По оценкам Пентагона, у Асада где-то 1000 тон ХО (зарин, иприт, VX газ), а также разнообразные средства доставки. Взять это все под "международный контроль", когда идет кровавая гражданская война, а тем более уничтожить в соответствии с правилами Конвенции невозможно. Надо строить современные заводы для дезактивации, лучше прямо рядом со складом, поскольку перевозка ХО опасна и на это всё нужны годы в мирной стране. Инспекторы Организации по запрещению химического оружия сами его уничтожением не занимаются, а только верифицируют процесс и "контролировать" сирийские химобъекты не будут: поставят вебкамеры и уедут.

Россия и США, которые уже лет 15 уничтожают свои ХО, могли бы помочь Сирии, но это нереально, пока продолжается война. Сирийская вооруженная оппозиция считает, что Асад использует химразоружение, чтобы удержаться у власти и поддерживать идею отказывается.

Керри, как лев, пытался выбить из Лаврова приличную формулу соглашения о сирийском химразоружении, которое не выглядела бы надувательством. Керри и Обама говорят о том, что дипломатии "дали шанс", но военная опция остается. Конечно это ерунда, никакой военной угрозы режиму Асада со стороны США больше нет. В палате представителей Конгресса получить одобрение удара по Сирии раньше было проблематично, а теперь – малореально. Руководитель группы экспертов ООН, проводивших расследование химической атаки в пригороде Дамаска 21-го августа, швед Оке Сельстромом, представил генсеку ООН Пан Ги Муну доклад, в котором подтверждается применение зарина и собраны доказательства того, что это сделали войска Асада. Но в Конгрессе доклад мало что поменяет: там и так все были уверены в виновности Асада. Одни арабы травят зарином других арабов, женщин и детей, это ужасно, но, это не американская проблема, считают правые изоляционисты и левые пацифисты, образовавшие мощную антивоенную коалицию. То же мнение господствует в британском парламенте и в других западных странах.

Владимир Путин потребовал от США отказаться от любой угрозы применить силу, иначе Асад не будет разоружаться. Как утверждают американские официальные лица, в ходе переговоров в Женеве Керри и Лаврова американцы согласились на самую мягкую резолюцию ООН по сирийскому ХО без всяких угроз за невыполнение обязательств, лишь бы Москва не накладывала вето. Осознав перемену обстановки, Асад стал быстро наглеть, и потребовал, чтобы ещё оружие оппозиции перестали поставлять, а то, мол, никакого химразоружения не будет. В марте 2013 в Алеппо в химатаке погибло до 150 человек, в августе 2013 в Дамаске до 1500, и ничего. Теперь стоит ждать следующей химатаки Асада, с ещё большим числом жертв. Или же повстанцы, осознав, что никто в цивилизованном мире им помогать не будет, что терять нечего, ещё доберутся до государственных арсеналов ХО, и гражданская война станет химической с обеих сторон.

Путин уверен, что это оппозиция использует ХО, и что думать иначе: "Дурь несусветная". Основной аргумент: правительственная армия наступает, "в некоторых местах они так называемых повстанцев просто окружили и добивают по сути", что по мысли Путина, исключает применение ХО. Вышла нелепость: ХО если применяется, то практически всегда именно в наступлении при прорыве эшелонированной обороны.

В Москве сложился консенсус в Кремле, среди дипломатов, военных, сотрудников спецслужб и экспертов. Путин уверен: Асад побеждает в гражданской войне и победит при поддержке России, Ирана, Китая, хорошо подготовленных боевиков ливанской шиитской террористической группировки "Хезболла", тысяч других иностранных шиитов-добровольцев и наемников. В Москве также уверены, что большинство населения Сирии поддерживает режим Асада, потому что об этом твердит госпропаганда. Ещё немного усилий, и старая асадовская секулярная диктатура, управляемая всесильной тайной полицией, восстанет из пепла гражданской войны. Все будет, как до 2010-го, если только не допустить американской интервенции.

Надо отвлечь Обаму разговорами о незыблемости международного права, пообещать химразоружение и даже дружбу в будущем. При этом Лавров и Путин, возможно, вправду верят, что Асаду стоит избавиться от ХО – ведь и так побеждает. Несомненна тактическая ловкость российской дипломатии, но она в конечном итоге бесполезна, потому что Асад не побеждает и никогда не победит. Сирия разрушена, 7 млн. беженцев из 21 млн. населения, а армия продолжает "освобождать" города танками, гаубицами и бомбами, только чтобы вновь потерять их через неделю или месяц. Всё это продолжается, пока Иран тратит где-то 600 млн. долл. в месяц на режим Асада, и Россия – немало. Но иранская экономика трещит под бременем санкций, в Москве режут бюджет, а Асад требует всё больше. Мы, по сути, ввязались в войну на финансовое истощение с основными спонсорами оппозиции – задача в стратегической перспективе совершенно безнадежная.