«Сегодня даем всем!»

Россияне берут кредиты массово и без оглядки и стройными рядами маршируют в «долговую яму». Банки им потакают

Долги граждан по необеспеченным потребительским кредитам достигли 7% ВВП страны. По данным ЦБ, общая сумма задолженности в первой половине 2018 года составляла 6,7 трлн рублей. Это больше, чем, скажем, в 2014-м, на целых 200 млрд.

Москвичка Марина Николаевна к моменту, когда началась ее кредитная эпопея, официально числилась пенсионеркой. В 2013-м всего лишь за неделю в разных банках столицы она оформила 7 кредитов суммарно на миллион рублей. Официально — на ремонт квартиры. Реально — по просьбе сына, который пытался открыть собственный бизнес и убеждал мать, что от нее требуется лишь взять деньги, а отдавать будет сам. Ну, и конечно, причину, по которой не может оформить кредит на себя, назвал вполне убедительную.

На нашу встречу женщина привозит увесистую папку бумаг, из которых следует, что в долг ей давали Бинбанк, Совкомбанк, банки «Западный», «Ренессанс» — от 100 до 150 тысяч каждый.

Еще 400 тысяч дал Хоум Кредит Банк. Ни в одном из этих учреждений особой бдительности не проявляли и липовую справку Марины Николаевны про должность бухгалтера и зарплату в 150 тыс. рублей к делу подшивали без лишних вопросов. Да и сын убедил маму, что с такими документами в банк приходит каждый второй.

«Я ведь впервые брала (кредит), — говорит Марина Николаевна, — ничего не понимала, думала, что так и должно быть. Они даже не смотрели справки, деньги давали и все. А я тогда уже была пенсионерка, левую справку показывала, как будто где-то работаю».

Реальный же ее доход в 2013-м составлял 51 тыс. рублей: 11 тысяч — пенсия и 40 тысяч — подработка (без оформления, с зарплатой в конверте).

— Хотя бы в одном из банков спросили, есть ли у вас другие кредиты, — уточняю я.

— Вообще не задавали никаких вопросов.

— А сколько времени уходило на оформление?

— В Бинбанке около часа. В Хоум за 40 минут получила, не отходя, можно сказать, от кассы. Они были уже третьими из семи банков.

Ежемесячный платеж по всем, взятым на срок от двух до трех лет кредитам составил порядка 70 тыс. рублей.

Описанный случай — не исключение. Каждый пятый российский пенсионер обслуживает сегодня в среднем по два кредита размером 100 тыс. рублей. А берет чаще всего не для себя и вынужденно. По словам представителей Объединенного Кредитного Бюро (ОКБ), доля людей, оформивших три и более кредитов, составляет примерно 26% от общего числа заемщиков с открытыми счетами. Из них 6% имеют больше пяти займов. Цифры, вроде, не такие уж пугающие. Но почему-то не покидает ощущение, что взять кредит в банке — это как в магазин сходить. А дают их нынче едва ли не всем.

Объяснение подобной лояльности есть. В потребительском кредитовании весьма высока банковская маржа, то есть, разница между процентной ставкой привлечения денежных средств и их вложения. Именно эта существенная разница между суммами идет в карман банку. Отсюда и распахнутые объятия. Интернет буквально переполнен призывами и предложениями:

«У вас уже есть несколько кредитов? Возьмите новый, чтобы погасить старые», «Вы еще не взяли кредит? Тогда мы идем к вам», «Сегодня даем всем!», «Пенсионеру за один день».

А еще деньги за час, без справок, без отказа, кредит до 75 лет, до 80 лет, без поручителей… Заём дают даже, цитирую, «с плохой кредитной историей». Заманчиво, правда? Такая возможность получить необходимое практически сразу. В итоге мы наблюдаем едва ли не массовый добровольный уход то ли в кредитные дебри, то ли в долговую яму. И почему, собственно, не брать? Сегодня даже беззалоговый кредит, превышающий годовую зарплату, можно получить не напрягаясь. Люди берут больше, чем по факту способны отдать. В результате из-за бесконечного перекредитования растет объем необеспеченных займов.

«Для определения «закредитованности» граждан существует такой показатель, как PTI — среднее значение текущей долговой нагрузки, — объясняет Алексей Волков, директор по маркетингу Национального бюро кредитных историй. — Если говорить о PTI российских заемщиков, то она в настоящее время составляет 23,55%».

Чем этот коэффициент выше, тем ниже кредитоспособность клиента. Допустим, некий гражданин, имея 30 тысяч дохода, по кредиту ежемесячно должен платить 18 тысяч — при таком раскладе банку он будет отдавать каждый месяц 60% от заработка. И это совсем нехорошо, потому что приемлемой кредитной нагрузкой является показатель 50%, поясняет Екатерина Котова, директор ОКБ по маркетингу.

«Заемщики с более высоким показателем PTI, — продолжает она, — считаются высокорисковыми. В настоящий момент около 8 млн человек отдают за ежемесячные платежи по кредитам более половины дохода. Доля заемщиков, которые отдают на кредитные платежи свыше 90% официального дохода, составляет около 4%».

Немало и тех, у кого дебет с кредитом не сходится вовсе, тех, кто получает меньше, чем должен возвращать. Это даже не высокорисковые, а практически безнадежные клиенты.

Представители банковского сектора отмечают, что денег на руки гражданам выдается все больше. Это уже опасно для рынка, поскольку может спровоцировать формирование персональных и семейных кредитных пирамид. Впрочем, такие пирамиды уже существуют. Так, у жительницы одного из уральских городов Ольги на руках 5 кредитов (четыре из них в одном банке), три кредитные карты по 120 и 150 тысяч, еще два займа по 50 тысяч каждый, кредит на 400 тысяч, который оформляла мать Ольги, и займы, взятые на общие нужды в Сбербанке и Тинькофф Банке.

«Платили в течение трех лет исправно, без единой просрочки, — рассказывает Ольга. — Сейчас платить сил нет. Да и денег тоже нет, ежемесячный платеж — 40 тыс. рублей. Сберу плачу, а в Тинькофф — нет. Кроме этого, куча микрозаймов. Тоже не плачу. Получается, чтобы погасить один кредит (мамина карта на 400 тыс. рублей), приходилось брать другой. Так и влезла в долговую, беспросветную яму».

Теперь Ольге постоянно звонят коллекторы. Сначала она им объясняла, что отдавать нечем. Потом просто перестала брать трубку. Представители одного из банков пообещали привлечь ее к уголовной ответственности:

«Они говорят, — продолжает женщина, — у вас семейный подряд. Все кредиты соединим (мои и мамины) и напишем заявление в полицию».

Более половины новых кредитов россияне направляют на погашение уже взятых. Длиться это может годами. Неслучайно ведь в Москве, да и не только, появились общества анонимных должников. На собрания приходят люди, имеющие зависимость не только финансовую, но и психологическую. Жизнь в долг для многих становится непосильной ношей. Вот и пытаются люди совместно искать выход.

«Если речь идет о рефинансировании кредита, то это нормальная практика и один из способов снизить свою текущую долговую нагрузку, — уверен Алексей Волков. — Но только в том случае, если условия по новому кредиту значительно лучше, чем по рефинансируемому. Если же речь о том, чтобы погашать текущие долги по кредитам за счет получения новых, то это неправильно и опасно. Особенно, скажем, если погашать долгосрочные кредиты краткосрочными, более «дорогими» займами. Это все равно, что тушить пожар бензином. Вот такими поступками заемщик действительно загоняет себя в «кредитную яму».

Туда же их толкают кредитные учреждения своими непомерными штрафами и пени. О том, что их необходимо ограничить (как это было сделано в ипотечном кредитовании), говорится давно. Пока же финансовые пирамиды создаются не без помощи самих банков. Уже и долг первоначальный едва различим, а неустойки все растут и множатся.

В чате должников нахожу историю жительницы Ханты-Мансийска, обратившейся в свое время в банк «Открытие». Основная часть ее долга составляет 25 тыс. рублей, а штрафы и пени — 270 тысяч.

Соразмерны ли подобные неустойки и штрафы неисполненному обязательству — большой вопрос. Оспорить их, конечно, можно, но через суд — то есть, небыстро и небесплатно. Гораздо проще решить проблему очередным кредитом. И берут причем в отдельных регионах массово:

«Регионы, где охват экономически-активного населения розничным кредитованием приближается к 100% — это республики Алтай, Тыва, Иркутская область, — рассказывает Екатерина Котова. — Это связано с общим уровнем жизни. В этих регионах чаще всего берут небольшие кредиты на ежедневное потребление или погашение уже существующих долгов. Например, в республике Алтай средняя задолженность заемщика перед банком составляет 146 тыс. рублей, в Тыве — 189 тыс., а в целом по России — 263 тыс. рублей».

При такой кредитной активности появление закона о банкротстве физических лиц было вполне логичным. Многие восприняли его едва ли не как панацею. Но!

Чтобы стать банкротом, точнее — быть признанным таковым официально, тоже нужны деньги.

Бесплатно банкротить должника никто не станет, а за проведение процедуры финансовый управляющий возьмет около 200 тысяч рублей. Да и само банкротство не означает списание всего долга автоматом. Это либо реструктуризация, либо передача имущества должника в счет погашения. Тем не менее в 2017 году банкротами, по данным «Федресурса», были признаны почти 30 тысяч россиян. А число желающих пройти процедуру, далекую пока от совершенства, неуклонно растет. Равно как и объем долга потенциальных банкротов, сегодня он близок к критическому. А если вдруг так же массово, как берут кредиты, люди перестанут их отдавать? Не случайно ведь финансовые аналитики заговорили о кризисе неплатежей.

«Риск неплатежей от бесконтрольного роста кредитования безусловно присутствует, — считает Олег Сысуев, первый заместитель председателя Совета директоров Альфа-Банка. — Поэтому и регулятор финансовой сферы — ЦБ, и сами банки стараются внимательно следить за качеством обслуживания долгов населением. Центробанк с сентября 2018-го ужесточил регулирование по выдаче необеспеченных кредитов. Недавно он объявил о следующем раунде ужесточения — с 01.04.2019».

Однако Сысуев уверен, что потенциал качественного роста еще не полностью исчерпан:

«Пока мы исходим из того, что серьезного кризиса с большим объемом неплатежей на горизонте 2019 года удастся избежать».

А что же Марина Николаевна и семь ее кредитов? А она достаточно быстро поняла: закрывать их придется самой. Что-то с бизнесом сына пошло не так, а банки уже после первых просрочек в покое заемщицу не оставляли. Через год ситуация стала критической. Чтобы погасить долги, пенсионерка была вынуждена обратиться в микрофинансовую организацию. Спустя 5 лет с момента, когда были взяты злополучные заемные деньги, она по-прежнему должна — двум банкам и не самым гуманным микрокредиторам.