Эксперты: Манеж кто-то поджег

Проанализировав характер горения московского Манежа, пожарно-технические эксперты МЧС и ФСБ пришли к выводу о том, что чердак здания не мог загореться случайно, сообщает "Коммерсант". Ранее сообщалось, что пожар мог начаться из-за окурка, короткого замыкания или петарды.

"Пожару предшествовал мощный выброс тепловой энергии, создать который можно только с помощью горючих жидкостей или пиротехнических средств",– убеждены специалисты.

За минувшие трое суток удалось выяснить, что пожар в Манеже начался и развивался, как говорят эксперты, по нетрадиционному сценарию – огонь распространялся по зданию слишком стремительно. Известно, что в 21 час воскресенья охранники Манежа добросовестно обошли все здание и ни один из них не почувствовал даже легкого запаха дыма (во всяком случае, так они утверждают). А уже через 14 минут после этого по мобильному телефону в пожарную охрану позвонил сотрудник ГАИ, дежуривший на Моховой улице, и сообщил о "пожаре площадью не менее 300 квадратных метров" и "огромных языках пламени", вырывающихся из "шестого по счету слухового окна под крышей Манежа". То есть всего за 14 минут огонь охватил значительную часть чердака.

"Здание Манежа по своей конструкции относилось к третьей, не самой высокой степени огнестойкости,– говорят эксперты.– Весь его чердак и крыша состояли из деревянных конструкций, которые теоретически могли разгореться довольно быстро. Но эти конструкции сложно было разжечь случайной искрой. Дело в том, что все они были очень толстыми: доски пола чердака – 40 мм, обрешетки крыши – 30 мм, стропила из бруса, элементы чердачных перекрытий из мощных бревен. Кроме того, три года назад чердак изнутри по предписанию Госпожнадзора был пропитан огнеупорными солями".

Версии об окурке, петарде и коротком замыкании были отработаны и отброшены как не нашедшие подтверждения.

Первой отпала традиционная "электрическая" версия. От нее пришлось отказаться после того, как пожарные изучили схему электропроводки на чердаке. Вся она состояла из двух десятков маломощных осветительных лампочек – другого электрооборудования на верхнем ярусе просто не было. Конечно, и в этой цепи могло возникнуть короткое замыкание, но вся чердачная проводка, как установило следствие, проходила внутри металлических труб, а сила тока и мощность электронагрузки были слишком слабы, чтобы вызвать мощное искрение и нагрев. Кроме того, в случае короткого замыкания все лампочки сразу же погасли бы, а свет на чердаке, как утверждают свидетели, горел даже тогда, когда там уже бушевал огонь.

Несостоятельной признали и версию с залетевшей в слуховое окно петардой – все чердачные окна Манежа, как объяснили охранники здания, были застеклены и надежно закрыты на шпингалеты, а пробить железную крышу могла разве что пуля, но никак не пиротехническая игрушка. Пришлось отказаться и от предположения об искре, якобы выбитой лопастями вентилятора, установленного на чердаке Манежа,– как уже говорилось, никаких электроприборов, кроме лампочек, в чердачном помещении не было.

Дольше всех остальных продержалась версия о неосторожном обращении с огнем, то есть окурке, забытом кем-то на чердаке. Предполагалось, что от непогашенной сигареты могла воспламениться скопившаяся на чердаке пыль, табак или торф, которые якобы использовались там в качестве засыпки-утеплителя. "Установить наличие любого из этих веществ во время пожара довольно просто,– объясняют эксперты.– Пыль, например, всегда поднимается в воздух при обрушении конструкций, и эта взвесь тут же взрывается с характерным хлопком. Горящие табак или торф дают характерные дым и запах, которые легко распознает любой пожарный. Однако ни одного из этих признаков при тушении здания Манежа мы не заметили".

О том, что чердак был абсолютно чистым, заявили и все опрошенные сотрудники, обслуживавшие здание. По данным одного из старейших работников Манежа, изначально чердак здания действительно был засыпан толстым слоем табака, который использовался в качестве утеплителя и антисептика, но еще в войну весь табак собрали и пустили на папиросы. "А насчет торфа, которым якобы заменили табак, это вообще полный бред,– объяснил собеседник газеты.– При Сталине за одну попытку уложить на чердак Манежа самовоспламеняющийся материал тут же расстреляли бы".

Таким образом, эксперты пришли к выводу о том, что причиной пожара мог стать только некий "искусственно созданный мощный тепловой импульс". Поджечь чердак Манежа можно было, например, с помощью двух-трех полуторалитровых пластиковых бутылок, наполненных бензином, и оставленной возле них горящей свечи. Бензин "разъедает" пластик такой тары и выплескивается наружу через пять-десять минут. Этого времени оставившему ее вероятному злоумышленнику как раз достаточно, чтобы скрыться с места преступления.

Существуют и более сложные, самовоспламеняющиеся вещества, например смеси, созданные на основе глицерина и марганца, хлора и скипидара, метилового спирта и перекиси натрия. Фосфор и натрий вообще загораются, соединяясь с воздухом – их можно просто оставить в емкости с водой и дождаться, пока она испарится. Кстати, современному поджигателю вообще необязательно упражняться в химии: пасты для поджигания, так называемые fire ribbon, во многих странах производятся в промышленных масштабах и свободно продаются в хозяйственных магазинах.

Однако пожарно-техническим экспертам не удалось найти что-либо существенное для установления причин пожара на пепелище площадью около 9 тысяч квадратных метров не удалось. Вряд ли появятся такие улики и в ходе дальнейшего расследования: почти всю начинку сгоревшего здания уже успели развезти по подмосковным свалкам. Разобраться с причинами этого ЧП можно было бы не экспертным, а следственным путем – опрашивая работников Манежа, однако рассчитывать на то, что кто-то из них возьмет на себя ответственность за происшедшее, тоже не приходится.

Кроме того, расследование уголовного дела, возбужденного Моспрокуратурой по факту "уничтожения чужого имущества по неосторожности", некому "подтолкнуть", поскольку в нем фактически отсутствует материально пострадавшая сторона. У принадлежащего государству Манежа не было конкретного хозяина. Проявить заинтересованность в установлении причин пожара могла бы страховая фирма, но, по официальной версии, сгоревшее здание застраховано не было.