Кровавые тайны чудаковатого миллионера

31 ноября 2001 года в один из супермаркетов города Хановер в штате Пенсильвания зашел странного вида покупатель – на нем был явный парик, причем дамский, и явно фальшивые усы. Погуляв между стеллажами, пришелец спрятал в карманы пиджака упаковку пластыря, газету и сэндвич с цыпленком – в общей сложности товара почти на 10 долларов – и удалился, не заплатив. Однако преступное деяние не осталось незамеченным – его запечатлела видеокамера, установленная в торговом зале. Охранники поспешили вслед за вором и без труда задержали его на автостоянке за рулем красного Chevrolet Corsica.

На требование назвать свое имя похититель сэндвича назвался Робертом Дарстом. Он без малейшего сопротивления согласился проследовать в полицейский участок в сопровождении стражей, однако на дальнейшие вопросы отвечать отказался, покуда не свяжется со своим адвокатом. В машине обнаружились мешочек марихуаны, два пистолета 38-го калибра и 37 тысяч долларов наличными в стодолларовых купюрах. Еще 500 долларов лежали в пиджаке – в том самом кармане, куда задержанный засунул сэндвич за 5 долларов 49 центов. Под париком он оказался гладко выбрит, сбриты были и брови.

В ходе дальнейших следственных действий выяснилось, что любитель бесплатных сэндвичей разыскивается властями Техаса по подозрению в убийстве. Туда он и был экстрадирован (процедура экстрадиции из штата в штат практически ничем не отличается от экстрадиции из государства в государство).

Роберт Дарст, которому сейчас 60 лет, – миллионер. Его отец владел недвижимостью на Манхэттене, стоимость которой оценивается в миллиарды долларов. Однако в 1994 году, удаляясь на покой, глава семейства назначил управляющим компанией не старшего сына Роберта, а его младшего брата Дугласа. Не желая играть вторую скрипку, Роберт хлопнул дверью, но без пропитания, конечно, не остался. Он жил в свое удовольствие: в молодости был завзятым пилотом, увлекался скульптурой и архитектурой, тусовался в нью-йоркских клубах с золотой молодежью, пристрастился к марихуане и, несмотря на трудный характер и некоторую эксцентричность, имел успех у дам. Он водил дружбу с Джеки Кеннеди-Онассис, одно время ухаживал за младшей сестрой Мии Фэрроу и был на короткой ноге с Джоном Ленноном, с которым познакомился на сеансах "оральной" терапии (primal scream therapy). В ходе этих сеансов пациенты посредством крика освобождаются от подсознательных страхов и комплексов. Очевидцы утверждают, что Дарст на сеансах издавал не крик, а скорее звериный рык. Его причудливый нрав знакомые объясняют детской психологической травмой – в возрасте семи лет Роберт стал свидетелем самоубийства матери, которая спрыгнула с крыши дома и разбилась насмерть.

30 лет от роду Дарст женился на 19-летней студентке медицинского колледжа Кэтлин Маккормак. Брак не удался. Юная супруга была увлечена учебой и не имела времени на ночные вечеринки и хаотичные полеты по всему свету. Вскоре Кэтлин отказала Роберту от ложа, благо у пары было три дома – два на Манхэттене, а третий недалеко от Нью-Йорка в городишке Саут-Салем - и можно было подолгу не встречаться. Дарст, случалось, поколачивал жену, однако та, будучи католичкой, не решалась на развод. Друзьям она говорила, что рассчитывает на изменения в брачном контракте, который она считала несправедливым.

В одно из воскресений января 1982 года Кэтлин была в гостях у своей подруги. Позвонил Дарст из дома в Саут-Салеме, и Кэтлин сказала, что должна уйти, дабы не раздражать мужа. Спустя четыре дня Роберт Дарст явился в полицейский участок на Манхэттене и заявил об исчезновении жены. На вопрос, почему он ждал четверо суток, заявитель ответил, что у них три дома и, бывает, они не видят друг друга по нескольку дней подряд. Дарст признался, что по возвращении жены из гостей они повздорили. В процессе ссоры Кэтлин, по его словам, выпила бутылку вина, а потом он ее отвез на близлежащую железнодорожную станцию Катона где она в 9:15 вечера села в электричку, направлявшуюся в Нью-Йорк.

Нашлись свидетели, которые видели Кэтлин в понедельник в одной из манхэттенских квартир. Кроме того, в этот день утром в деканат медицинского колледжа позвонила женщина, назвавшаяся Кэтлин Дарст: она сообщила, что заболела и не может присутствовать на занятиях. Роберт Дарст объявил награду в 100 тысяч долларов за сведения, способные пролить свет на участь жены. Однако все попытки полиции найти ее оказались тщетными. Кэтлин исчезла бесследно.

Никаких оснований предъявлять обвинения Роберту Дарсту у следствия не было. Он вскоре утешился в обществе других женщин, продолжал жить на широкую ногу, путешествовать, играть в азартные игры. В октябре 2000 года он женился вторично на даме, которая уже давно была его интимной подругой. Спустя 13 дней после того как Дарст вступил во второй брак, в Лос-Анджелесе в своем доме была найдена убитой его близкая знакомая - 55-летняя Сьюзен Берман. Она лежала лицом вниз в луже крови с пулей в черепе. На полу вокруг трупа было полно кровавых следов, но не людских ног, а кошачьих лапок – Сьюзен была заядлой кошатницей.

Сьюзен Берман – фигура не менее колоритная, чем Дарст. Она была дочерью мафиозо Дэви Бермана, партнера королей лас-вегасского игорного бизнеса Багси Зигела и Мейера Лански. Сьюзен подалась в писательницы и заслужила прозвище "принцесса еврейской мафии". Она написала и издала две книги на основе собственных воспоминаний, а в момент убийства работала над сценарием документального сериала. Это обстоятельство поначалу заставило следователей задуматься: уж не собиралась ли покойница раскрыть некие тайны мира организованной преступности? По здравом размышлении от этой версии отказались. Если бы Берман и знала что-то, она бы уже рассказала об этом в своих книгах. Но детали криминальных бизнес-схем ей вряд ли были известны – в эти тонкости родитель свою принцессу не посвящал. Дети и жены американских мафиози написали кучу книг, и не было еще случая, чтобы кто-то из них пал жертвой своей откровенности.

Сьюзен Берман к тому же отличалась гипертрофированной подозрительностью, принимавшей параноидальные формы. Она всегда тщательно запиралась и наглухо закрывала все окна в доме, никогда не ездила одна в лифте и часто впадала в депрессию.

С Дарстом она познакомилась еще на студенческой скамье и нашла в нем родственную душу. Возможно, этому способствовал общий факт биографии: как и мать Дарста, мать Берман покончила самоубийством. Дела ее обстояли неблестяще: книги продавались плохо, воротилы Голливуда и Бродвея отклоняли предложения Сьюзен. Дарст одалживал ей довольно крупные суммы, часто без отдачи.

Следствие пришло к выводу, что убийство совершено человеком, которого Сьюзен хорошо знала и которому доверяла. На входной двери не было никаких следов взлома. Тот факт, что пулевое отверстие находилось а затылке, говорил о том, что она не питала в отношении визитера никаких опасений. В ходе дальнейшего расследования выяснилось, что нью-йоркская полиция пригласила Сьюзен Берман на допрос до делу об исчезновении Кэтлин Дарст, причем этот допрос был запланирован как раз на то время, когда она была убита. Незадолго до своей смерти Сьюзен получила от Роберта Дарста чек на 25 тысяч долларов. По словам одного из знакомых Сьюзен, непосредственно перед своей насильственной кончиной она говорила, что у нее есть информация, которая произведет эффект разорвавшейся бомбы.

Согласно одной из версий, именно Берман звонила в деканат, назвавшись именем Кэтлин Дарст, а все последующие годы попросту шантажировала Роберта Дарста. Однако подозрения так и остались подозрениями – никаких улик против Дарста следствие не обнаружило.

30 сентября 2001 года подросток, удивший рыбу вместе с отцом на острове Галвестон в Мексиканском заливе у побережья Техаса, увидел плывущий по воде большой предмет и позвал отца. Отец поначалу решил, что это дохлая свинья. Однако предмет оказался разбухшим туловищем мужчины без головы и конечностей. В тот же день в тех же местах приливом вынесло на берег пластиковые мешки для мусора, в которых находились принадлежащие трупу руки и ноги. В одном из мешков нашлись и некоторые другие предметы: чехол от лучковой пилы, которой садоводы удаляют лишние ветки с деревьев, тряпки, чек из местной скобяной лавки и газета с указанием адреса подписчика. Спустя еще несколько дней был найден третий мешок, в котором лежали пистолет 22-го калибра и две полные обоймы к нему. С отрезанных рук сняли отпечатки пальцев и по базе данных установили личность убитого – Моррис Блэк. За четыре года до своей смерти он был осужден за мелкое правонарушение в Южной Каролине, благодаря чему его отпечатки и оказались в базе. Совпал и адрес, по которому был доставлен номер газеты, извлеченный из мешка.

По словам соседей, 71-летний Блэк был стариком чудаковатым и вспыльчивым. Он жил в одиночестве, много лет назад оборвав все связи с родственниками, сменив множество профессий, от матроса торгового судна до часовщика, и постоянно переезжая с места на место. Образ жизни он вел чрезвычайно скромный, однако после смерти выяснилось, что он имел девять банковских счетов на общую сумму 137 тысяч долларов. В Южной Каролине он попал под суд за то, что, получив очередной счет за электроэнергию, счел его чрезмерным, разгневался, позвонил в электрическую компанию и пригрозил, что взорвет ее офис.

Блэк снимал квартиру в четырехквартирном доме в городе Галвестон. Едва зайдя в дом, полицейские увидели несомненные следы преступления: через холл из квартиры Блэка тянулся кровавый след и уходил в квартиру напротив. В самой квартире обнаружился окровавленный нож.

Квартиру напротив – ту, куда вел кровавый след, - снимала дама по имени Дороти Синер: высокая и худая как жердь, никогда не снимавшая очков и парика. По словам владельца дома, жилица страдала какой-то болезнью горла – она совершенно не могла говорить и с окружающими объяснялась посредством записок. Время от времени Дороти Синер посещал друг, представившийся хозяину как Роберт Дарст. Полицейским потребовалось недюжинное воображение, чтобы задать домовладельцу вопрос не в бровь, а в глаз: а видел ли он когда-либо Синер и Дарста вдвоем, вместе, одновременно? Как домовладелец ни напрягал память, он не мог вспомнить такого случая – он всегда встречал их только поодиночке.

Немая жилица напрочь пропала. Полиции, однако, удалось найти в другом штате женщину с таким именем. На вопрос, знакома ли она с Робертом Дарстом, настоящая Дороти Синер ответила, что когда-то училась с ним в одном классе, но с тех пор никогда не встречалась и никаких отношений не поддерживала.

Вскрытие показало, что Моррис Блэк перед кончиной испытал неимоверные страдания: все его тело было в кровоподтеках, а правая рука сломана в четырех местах. Во время избиения старика хватил сердечный приступ, но причиной смерти стала не остановка сердца, а кровоизлияние в легкие. На указательных пальцах обеих рук судмедэксперты обнаружили надрезы – по версии следствия, убийца пытался удалить отпечатки, но затем отказался от этой затеи и решил отрезать руки целиком. Если бы к берегу не прибило приливной волной мешки с конечностями Блэка, труп вряд ли был бы опознан так скоро. Отрезанную голову так и не нашли.

Следователи (надо отдать им должное – действовали они оперативно и энергично) установили, что в Техасе на имя Дарста зарегистрирован джип Honda серебристого цвета. Машина была объявлена в розыск, и через девять дней после того, как был найден труп Морриса Блэка, дорожный патруль остановил соответствующую описанию "хонду", за рулем которой сидел Роберт Дарст, не потрудившийся даже уехать из Галвестона. На полу машины валялась лучковая пила.

Дарст был немедленно арестован по подозрению в убийстве Морриса Блэка. Однако его мотивы оставались загадкой. Быть может, наблюдательный старик догадался, что Синер и Дарст – одно и то же лицо, и, подозревая, что у Дарста есть основания скрываться, угрожал донести? Но к чему был весь этот маскарад, если, совершив убийство, Дарст, как нарочно, практически не прятался и не избавился от улики – пилы? Между тем прокурорам было необходимо не только уличить Дарста, но и объяснить преступление. Они надеялись получить ответ в ходе предварительного дознания.

Сулья постановил освободить Дарста из-под стражи до суда под залог в 300 тысяч долларов – сумма небывалая в практике провинциального Галвестона, но для человека с состоянием Дарста ничтожная. Его жена внесла залог, и Дарст оказался на свободе. Первое заседание суда, на котором Дарст должен был признать или не признать себя виновным, было назначено на 16 октября. Но в назначенный день обвиняемый в суд не явился.

Началась охота. Выяснилось, что Дарст владеет по меньшей мере восемью квартирами и домами, разбросанными по всей стране. Наблюдение за одним из домов, в Далласе, вскоре принесло результат: телефонная компания зарегистрировала несколько входящих звонков из квартиры в Новом Орлеане. Владелец новоорлеанского дома показал, что квартира сдана мужчине, который выдает себя за немую женщину по имени Дайан Винн. В квартире следователи нашли парик, набор ключей к "хонде", за рулем которой был арестован Дарст, видеозапись телепрограммы, посвященной делу об исчезновении Кэтлин Дарст, и серебряный медальон отца Сьюзен Берман, который Дарст получил в наследство по ее завещанию.

Затем след Дарста обнаружился в Мобиле, штат Алабама. Именно там Дарст арендовал красный "шевроле" на имя Морриса Блэка, предъявив его водительские права и карточку страхования по старости, а чтобы его внешний вид соответствовал указанному в документах возрасту, побрился наголо и начисто сбрил брови. Затем он облачился в парик и платье и покатил в Техас, а оттуда в Пенсильванию. Там он и попался на мелкой магазинной краже.

Начало судебных слушаний назначено на 9 сентября. В ближайшие дни начнется отбор присяжных. В тюрьме Роберт Дарст проявил себя образцовым арестантом. Он не признал себя виновным в преднамеренном убийстве Морриса Блэка. Он утверждает, что действовал в целях самообороны. Учитывая тяжелые травмы трупа, доказать эту версию будет нелегко. Само собой разумеется, Дарста защищают лучшие адвокаты, каких только можно найти за деньги. Окружной судья Сьюзен Крисс издала строжайший приказ о неразглашении материалов дела и допустила в зал заседаний лишь одну видеокамеру, которой будет дозволено снять заключительные речи обвинения и защиты, наставления судьи присяжным и оглашение вердикта.