
Символом провала спецслужб стал пистолет 83 модели калибра 7,65 миллиметров. Им с 2000 года неонацисты убили как минимум девятерых мигрантов и одного полицейского. В течение 14 лет эта группировка, называющая себя «национал-социалистическое подполье» (NSU),оставалась неизвестной и уходила от ответственности.
Три неонациста с помощью укрывателей преступлений грабили банки, издевались над своими жертвами, снимали отвратительные пропагандистские фильмы и, наконец, убивали. Все это до ноября 2011 года якобы было неизвестно немецким службам безопасности. А почти год назад об этих преступлениях узнала общественность. Полиции и службам безопасности пришлось объяснять, почему неонацисты Уве Мундлос, Уве Бенхард и Бэате Тшепе так долго оставались незамеченными и могли продолжать совершать свои преступления. Сегодня жива только Тшепе, она продолжает молчать в одной из камер кельнской тюрьмы. Ее сообщники Бенха
рд и Мундлоз, предположительно, застрелись в ноябре прошлого года. В квартире преступников полицейские обнаружили оружие и DVD-диск, на котором записана информация, подтверждающая их причастность к убийствам и покушениям.
Ни один террористический акт не потряс объединенную Германию так, как серия расистских убийств. Доверие обычных немцев к службам безопасности после этой истории также сильно пошатнулось. Почти каждую неделю всплывали новые подробности преступлений и провалов операций спецслужб. А несколько дней назад вдруг обнаружилось, что существует более тесная, чем можно себе представить, связь между спецслужбами и группировками неонацистов.
Один из обвиняемых в укрывательстве террористов из «неонацистского подполья», Ральф Вольлебен, возможно, работал на спецслужбы в качестве информатора. Старый член немецкой национал-демократической партий (НДП) считается одним из самых главных укрывателей «национал-социалистического подполья». Он единственный, кто сегодня все еще находится в СИЗО. Его подозревают в обеспечении преступников оружием.
Министерство внутренних дел получило от прокуратуры письменные указания проверить
предполагаемую связь Ральфа Вольлебена как информатора с немецкой Особой полицией. Доказательств этого, однако, до сих пор нет. Министерство внутренних дел только приступило к проверке.
Недавно стало также известно, что некий берлинец по имени Томас С., обвиняемый в пособничестве неонацисткой банде, годами работал на берлинскую полицию в качестве информатора. В 2002 году этот человек признался, что знает того, кто знаком с уже упомянутым трио. Тогда этутроицу - Уве Мундлос, Уве Бенхард и Бэате Тшепе - полиция искала из-за владения ими оружием и взрывчатыми веществами. Теперь следователь по особым делам должен объяснить, почему эта информация в то время не была проверена и использована.
Два последних примера показывают, какими драматическими последствиями обернулись ошибки, игнорирование и отказ от проверки фактов полицейскими.
«Структура спецслужб в этой стране настолько неэффективна, что именно она стала причиной провала»,– говорит журналист Кристиан Фукс, автор
книги «Цепь» - одной из множества об этой серии убийств. «Федеральная система нашей страны до сих пор не настаивала на совместной работе федеральных земель, в ходе расследования преступлений. У нас в Германии 18 спецслужб и в общей сложности 36 служб безопасности, к которым относятся полиция, федеральная служба охраны государства и т.д.».
Бывает так, что эти службы занимаются одним и тем же делом параллельно, не обмениваясь
информацией друг с другом. А иногда они работают друг другу во вред.
В июне 2012 года в прессу просочилась информация,
что Федеральное ведомство по охране конституции – центральный орган немецких служб безопасности – уничтожило некоторые документы сразу после того, как стало известно о неонацистских убийствах. Предположительно в этих документах могла содержаться информация о связях секретных служб с праворадикальным объединением в восточнонемецкой федеральной земле Тюрингия. Именно из этого объединения вышла и упомянутая преступная троица. После того, как общественности стало известно об уничтожении документов, глава немецких спецслужб вынужден был подать в отставку. Это было одно из немногих последствий для дтех, кто провалил расследование.
Под давлением оказались в первую очередь службы безопасности Тюрингии. Из документов следствия по делу серийных неонацистких убийств стало известно, что в 1990-х годах один полицейский поставлял неонацистам информацию. Представители левой партии dieLinkeтакже утверждают, что как минимум три работника немецкой полиции действовали в кооперации с неонацистами.
Конкуренция вместо согласованной совместной работы, прикрытие вместо расследований – некоторые немецкие политики из партий левых и зеленых утверждают, что службы безопасности исчерпали свой потенциал и им необходим новый старт с полностью обновленным составом. Потому что существующие на сегодня службы уже бесполезно реформировать. В частности речь идет о так называемых VIP-персонах, то есть практике спецслужб сотрудничать с неонацистами как со своими коллегами даже выплачивать им за информацию гонорары.
В течении года после известий о кошмарной серии убийств на действия спецслужб отреагировала и немецкая политика.
В федеральном и региональных парламентах начались проверки работы соответствующих служб, а Министерство внутренних дел Германии даже выпустило документ «Защита центральной власти от экстремизма правого толка», который предполагает улучшение координации работы служб безопасности от Баварии до Гамбурга. Был также создан центральный архив по преступлениям неонацистов, в который должна собираться любая информация об этих преступлениях, преступниках и всех, кто им помогает.
Ну а пока стало ясно, что в Германии зреет дискуссия о работе спецслужб. На похоронах жертв неонацистов канцлер Ангела Меркель пообещала сделать все, чтобы преступление было расследовано, а преступники наказаны. Это было в феврале 2012 года…
Кристиан УНГЕР, «Гамбургер Абендблат», стажер «Новой газеты