ПРЕЗИДЕНТЫ НА ЛЮБОЙ ВКУС

КАВКАЗСКИЙ УЗЕЛ

Новоизбранный президент непризнанной Республики Южная Осетия читал текст присяги на осетинском и грузинском языках, положив руку на конституцию Южной Осетии, на фоне флагов ЮО, Грузии, Евросоюза и США. Его выступление внимательно слушали...

Новоизбранный президент непризнанной Республики Южная Осетия читал текст присяги на осетинском и грузинском языках, положив руку на конституцию Южной Осетии, на фоне флагов ЮО, Грузии, Евросоюза и США. Его выступление внимательно слушали грузинские чиновники, деятели культуры Грузии и известные грузинские спортсмены. Так прошла инаугурация нового, второго по счету, действующего президента самопровозглашенной республики Дмитрия Санакоева, избранного в ходе спешно проведенных альтернативных выборов 12 ноября в «грузинской части» ЮО, от которых формально открещивается Тбилиси.

Теперь у Южной Осетии два президента — инаугурация переизбранного 12 ноября Эдуарда Кокойты состоялась в Цхинвали несколько дней назад. Одновременно был проведен референдум, согласно оглашенным итогам которого более 90 % избирателей вновь подтвердили поддержку независимости ЮО от Грузии. В то же время «альтернативный ЦИК» во главе с Урузмагом Каркусовым заявляет, что в ходе альтернативного референдума результат был получен прямо противоположный — большинство избирателей высказались за федеративные отношения с Грузией. Обе стороны обвиняют друг друга в фальсификации и обе претендуют на единственно легитимный статус.

Альтернативные выборы были проведены на территории бывшей Югоосетинской автономной области, контролируемой грузинскими властями. Впрочем, руководители «альтернативной ЦИК» заявляют, что голосование прошло также и на территории, контролируемой властями самопровозглашенной республики.

После инаугурации Санакоев сообщил, что в состав нового «правительства ЮО» войдет 12 министров, премьером станет бывший глава ЦИК Урузмаг Каркусов.

Санакоев заявляет, что новое правительство намерено вести переговоры с Тбилиси о «признании статуса республики» в составе Грузии. В нынешней конституции Грузии автономия ЮО, упраздненная в 1991 году, не предусмотрена.

Итоги альтернативных выборов власти Грузии никак не комментируют. Хотя ясно, что без поддержки Тбилиси проведение выборов и формирование нового правительства на контролируемой Грузией территории не представлялось возможным. Единственный чиновник грузинского правительства, прокомментировавший инаугурацию Санакоева, государственный министр по урегулированию конфликтов Мераб Антадзе заявил, что «в регионе появилась сила, которая пользуется влиянием не только среди грузинского, но и осетинского общества. У них много сторонников, и эту реальность должны учитывать все, не только в Грузии, но и в мире».

«Новая реальность» в зоне конфликта очень напоминает недавний политической ход Тбилиси — переезд в Кодорское ущелье функционировавшего ранее в Тбилиси правительства абхазской автономии. Правда, на этот раз грузинские власти формально ни при чем — выборы и собственное назначение организовали сами местные осетины: Дмитрий Санакоев, некогда занимавший посты министра обороны и премьер-министра Южной Осетии, Джемал Каркусов — бывший министр ВД — и другие. Теперь у властей Грузии появилась возможность говорить о «разделенных» Абхазии и Южной Осетии, тем самым получив контраргумент на заявления о «самоопределении народов», которыми так часто в последнее время оперирует российский МИД.

Правда, пока неясно, что собой будет представлять новое «правительство Южной Осетии» и какими полномочиями оно будет обладать на самом деле — пусть даже на части территории непризнанной республики. Санакоев также заявил, что его правительство будет претендовать на место в формате переговоров в рамках Смешанной контрольной комиссии, где сейчас участвуют в качестве сторон Грузия, ЮО, РСО-Алания и РФ. Однако международные структуры, занимающиеся урегулированием конфликта, в частности ОБСЕ, не спешат пока признавать за новой структурой какой-либо статус. С точки зрения ОБСЕ, озвученной ранее, альтернативные выборы и референдум в ЮО так же нелегитимны с точки зрения международного сообщества, как и проведенные «официальными» югоосетинскими властями.