Осторожно, двери отрываются

В охваченных Газпромом зонах «благоустройства» петербуржцы ведут счет потерям исторического наследия и организуют оборону своих домов

Словосочетание «подарок Газпрома» сродни сигналу воздушной тревоги. Небоскреб на Охте подносился Алексеем Миллером как новый символ Петербурга, призванный сформировать новую ментальность. С трудом отбились. Но посеянная в Лахте гигантская кукурузина проросла в панораме Петропавловской крепости. Новый стадион на Крестовском (ради которого снесли старый, уникальный памятник работы архитектора Никольского) тоже анонсировался как подарок Газпрома. В итоге он не вложил ни копейки; городскому бюджету эта стройка века обошлась в 43 миллиарда, и арена отошла на 49 лет ФК «Зенит» (контрольный пакет акций клуба принадлежит Газпрому) за символический рубль ежегодной арендной платы. На этом фоне уже сущей мелочью видится другой газпромовский «подарок» — мини-город в Александровском парке с китчевыми скульптурными группами. Установка и сопутствующее топорное благоустройство тоже оплатили из городской казны. Даритель, навязавший этот противный ландшафтному памятнику комплекс, оказался не горазд обеспечить даже надлежащее его содержание и не придумал ничего лучшего, как просто запирать на замок с исхода осени до конца весны.

С 2008 года Газпром взялся спонсировать комплексное благоустройство исторических улиц — за что еще губернатором Полтавченко господин Миллер был награжден почетным знаком «За заботу о красоте города». Хотя далеко не все разделяют такое представление о красоте: ревнителям старого Петербурга не по душе тотальная замена асфальта тротуаров на гранитную плитку (превращающуюся зимой в каток) с попутным уничтожением сохранявшейся под ним старинной брусчатки и установкой безвкусных малых архитектурных форм, несоразмерных новых светильников и каменных скамеек, на которые в холода никто не рискует присесть. Но массовых протестов эти новации не вызывали (непритязательные горожане довольствовались тем, что чистенько — и ладно), пока не дошло до благоустройства Петроградской стороны. Благодетелям на сей раз не повезло с местными жителями — концентрация просвещенных аборигенов, историков, профессиональных архитекторов, дизайнеров и реставраторов оказалась критической.

Одной из первых забила тревогу дизайнер, историк мебели, исследователь русских столярно-мебельных работ конца ХIХ — начала ХХ в. Янина Парунова, когда пропали аутентичные двери с двух домов Большого проспекта, № 63 и 33а. Хотя программой благоустройства анонсировалась замена страшных металлических дверей, массово устанавливавшихся в нулевые, на приближенные к историческим деревянные, неожиданно под «благоустройство» попали и уцелевшие подлинные.

«Обе двери дубовые с резьбой, в стиле ренессанс, — рассказала Янина. — Можно представить, каково было людям, прожившим в доме много лет и ценящим его красоту, увидеть, что прекрасная старинная дверь снята.

Объявления, в которых собственников предупреждали о предстоящей замене двери, были вывешены только на следующий день после установки новой.

То есть воспротивиться этому безобразию возможности уже не было. Мы позвонили в КГИОП с сообщением о происходящем, тогда еще цела была дверь на доме 63. Что услышали в ответ? Отказ выехать на место и обычное чиновничье: «Пишите заявление, а мы рассмотрим».

Жильцам, бросившимся искать пропажу, вместе с Яниной удалось обнаружить ее в жилкомсервисе и «вывезти в надежное место». К решению проблемы подключились градозащитники — Анна Капитонова и Александр Кононов из питерского ВООПИиК.

«На Большом проспекте теперь много новых дверей, поставленных по этому «подряду», — продолжала Янина свою «хронику безобразий» в сообществе «Петроградская диаспора». — Вид у них строгий, офисный, но совсем чуждый фасадам, на которых они стоят. Проблема в том, как они нарисованы: детали, будучи бессмысленно скопированы, превращаются в карикатуру. Отделка, профили, к сожалению, крайне неудачны».

«Вчера демонтировали еще две двери, и на их место установили неточные копии, — сообщила исследователь города, менеджер проектов Фонда «Внимание» Ника Артемьева. — Это случилось в двух парадных доходного дома Алюшинского (Большой пр., 69). От предыдущих замен здание отличает охранный статус — дом признан объектом культурного наследия. Согласования работ по таким объектам находятся в открытом доступе, но на сайте КГИОП нет соответствующей экспертизы по этому зданию. Вероятно, работы проведены незаконно. Рабочие оставили фрагменты оригинальных дверей в парадных. Конечно, исторические двери были в плохом состоянии, но это не значит, что их нужно было полностью менять. Двери дома Алюшинского требовали бережной реставрации. Входная группа была весьма крепкой, но даже если бы какие-то ее части оказались сгнившими, то реставраторам следовало бы изготовить точные копии с повторением всех размеров и форм и дополнить ими оригинальную дверь.

Но подрядчик просто проигнорировал значимость подлинных деталей и поменял двери на плохие копии».

Оригинал спасла живущая в этом доме Мария Мурашова — оплатила грузовое такси, вывезла в надежное место. Она же собрала и сохранила в надежде на будущее восстановление фрагменты старой напольной плитки, которую расколотили рабочие при установке новых дверей.

Жильцы дома настаивают, что никто их не информировал о предстоящих работах. В субботу днем оригинальные двери еще были на своем месте, вечером оказались сняты и прислонены к стене внутри парадной, затем их место заняло нечто из серии поделок гробовых дел мастеров. На внутренней двери было прилеплено объявление о замене — с пробелом вместо даты.

В доме 7/4 исторические двери были утрачены несколько лет назад, но сохранялся дверной портал: он выделялся изяществом, декором в стиле Людовика XVI, с цветочными гирляндами, подвешенными на лентах, с бантами, как описывает его Янина Парунова. Подрядчик установил режущие глаз новые створки, будущее исторических боковых частей остается неясным.

Сняли двери дома 53 — «прекрасный образец довоенной столярной работы», по оценке Янины.

Демонтировали и заменили на новые исторические двери дома 62–64 — притом что они были отреставрированы собственниками за свой счет в 2012-м, с восстановлением резьбы. Реставрация тогда обошлась им очень дорого. Но за прошедшие семь лет «графитчики и ЖСК совместными усилиями привели ее почти в исходное состояние», — признает один из жителей, дизайнер интерьеров Артем Спиридонов. Причем, полагает Артем, больший вред нанес именно ЖСК: «Они как сумасшедшие перекрашивают эти двери раз в квартал. Под действием многочисленных слоев жэковской краски наша профессиональная антивандальная краска отслаивается. Поэтому теперь наша дверь вот такая… Но мы все равно ее любим».

Здесь в итоге удалось найти компромисс: подрядчики отдали снятую старинную дверь жильцам, пообещав за свой счет установить ее вторым рядом, как внутреннюю.

В домах № 6, 10–12, 25, 35, 61 установили однотипные новые двери, не считаясь с индивидуальными особенностями каждого здания. Неудачными, топорно исполненными репликами считают независимые эксперты новые порталы в домах 7/4, 17, 33а, 63, 69, 86, 82, установка которых повлекла к тому же изменение оригинальной конфигурации проемов.

В Газпроме заявляют, что программа их благоустройства на Петроградской стороне охватывает 62 объекта. Но их список остается тайной для собственников, с мнением которых не видели нужды сверяться ни даритель, ни его многолетний партнер, традиционно исполняющий функции заказчика, — ассоциация «Дормост». За годы этого взаимовыгодного сотрудничества «Дормост» успел освоить свыше 10 млрд, и его руководитель Кирилл Иванов искренне возмущен поднятым теперь неблагодарными жителями шумом. Поначалу он заверял, что на работы имеются все необходимые разрешения, в том числе согласие собственников. Потом вынужден был признать, что согласования КГИОП нет. Но, похоже, господин Иванов не видит греха в нарушении требований законодательства. «Согласование любых намерений с КГИОП — процесс весьма затруднительный и занимает в основном порядка 10–12 месяцев, мы бы просто не смогли ничего сделать», — пояснит он «Собаке.ру».

К тому же, по заверениям Иванова, каждая историко-культурная экспертиза на такие работы обходится в кругленькую сумму — в одном интервью сказал: «около 600 тысяч рублей», в другом — уже «до 800 тысяч», да еще «6 месяцев будет писаться». Однако сложившаяся практика показывает, что и суммы, и сроки глава «Дормоста» завысил примерно втрое.

Предъявить бумаги с якобы полученным согласием жителей в «Дормосте» отказываются, ссылаясь на тайну личных данных подписантов.

Но даже если бы такие бумаги существовали (что отрицают опрошенные жильцы попавших под газпромовское благоустройство домов), их юридическая значимость ничтожна. По закону требуется согласие не менее 67% всех собственников, зафиксированное в протоколе общего собрания (с участием не менее 51% владельцев помещений). И согласно установленной процедуре, о проведении такого собрания (в очной, заочной или очно-заочной форме) всех собственников обязаны оповестить не менее чем за 10 дней — заказным письмом или под личную подпись о вручении.

Лукавит господин Иванов и когда пытается заверять, будто, если дом не является охраняемым объектом культурного наследия, не требуется задание и разрешение в КГИОП. На самом деле изменение внешнего облика лицевых фасадов любых исторических зданий (постройки до 1917 года) допустимо только по согласованию с комитетом.

Кроме того, привлеченное в качестве подрядной организации ООО «Студия дизайна интерьера» не имеет лицензии Минкульта, необходимой для работ на объектах культурного наследия (а таковых среди попавших в газпромовский план замены дверей на Петроградской стороне — 15).

Свою оценку теперь предстоит дать прокуратуре, куда обратились участники сообщества «Петроградская диаспора».

В адрес недовольных качеством работ от господина Иванова уже прилетели упреки в «потребительском терроризме». Ранее, на организованном «Деловым Петербургом» круглом столе, он же объяснял спешку с заменой дверей тем, что «Мы должны завершить работы к 1 сентября… Газпром выделяет средства здесь и сейчас; за сезон мы должны выйти на объекты и уйти с них, передав на баланс городу».

21 августа представители Газпрома, подрядчика, КГИОП и глава администрации Петроградского района Иван Громов сходили-таки по Большому: прибыли на место, оценили ситуацию. Выездное совещание прошло без лишней огласки, официальных сообщений о нем не последовало. Но на другой день КГИОП выпустил релиз, информируя о начатой им проверке.

В комитете подтвердили, что работы по замене дверей велись без его согласования.

За что, согласно КоАП, виновное юридическое лицо могут обязать выплатить штраф — от 100 тыс. до 1 млн рублей.

Если верить пресс-службе Газпрома, по итогам этого совещания была достигнута оригинальная договоренность: «Мы дождемся завершения всех работ, чтобы можно было оценить итоговое состояние. После этого, если в каком-то из подъездов собственники решат, что старая дверь им нравится больше, ее вернут на место».

В общем, Газпром остается верен себе: плевать они хотели на отсутствие согласований собственников и КГИОП, а также должной лицензии у подрядчика, это все не повод останавливать работы. Не понравится результат — вернемся к исходному. Им самим результат как будто и не важен вовсе. Важен процесс, процесс освоения денег. И сколько бы ни называли себя меценатами, спонсорами или благотворителями, не стоит забывать: Газпром более чем наполовину государственная компания.

По информации «Петроградской диаспоры», на этой неделе должна состояться встреча «Дормоста» с градозащитниками из ВООПИиК и фонда «Внимание», с участием Янины Паруновой и депутата Бориса Вишневского.

«Дормост» не теряет надежды убедить критиков, что руководствуется исключительно благими намерениями и не меньше своих оппонентов радеет о сохранении облика исторического Петербурга. Приглашенной стороне больше интересна конкретика: хотят видеть документы, сметы, обоснования и, конечно, полный список подлежащих «благоустройству» объектов.

Разговор, надо полагать, не ограничится только темой замены дверей: множество нареканий вызывает качество и других работ. Так, жительница дома 39 Арина Журавлева обращает внимание на то, что при замене дверь развернули в другую сторону «и сделали откос на тротуаре, чтоб сразу ногу подвернуть, когда вышел» (на фото видно, что горизонтальное гранитное мощение идет только до середины дверного проема, а далее установлено под углом, на манер катальной горки). Возмущение жителей вызывают и несоразмерные ширине улицы высоченные новые фонари — гадают, сколько из них попадает на головы при первом шквальном ветре; и нелепые подделки под исторические колесоотбойники — выкрашенные серой краской металлические болванки, больше похожие на уличные пепельницы, к тому же поставленные так, что не способны защитить края арок.

«Теоретически после такого изнасилования проспекта предъявлять претензии, что насильник был небрит, конечно, смешно, — иронизирует Галина Пальчик. — Но хочется знать имя. Ржавчина на каждом столбе [ограждения] этого частокола (про дизайн умолчу, видимо, это дизайнер в звании прапорщика), столбы все стоят косо, ни вертикали, ни горизонтали, ничего не соблюдено, столбы для знаков воткнуты вообще как пьяными. Хочется знать, кто это делал и кто это принял».

«Новая в Петербурге» будет следить за развитием событий.