Оригинал материала
На свинцовой подстилке
В Японии стало одной префектурой меньше. Нет, Фукусиму как административно-территориальную единицу никто не упразднял. Она пустеет сама собой, постепенно превращаясь в dark zone. Зона отчуждения вокруг аварийной АЭС «Фукусима» в ближайшее время будет расширена с 30 до 40 км. Скоро здесь одиноким призраком останется стоять на морском берегу станция, которая уже никогда не заработает. Катастрофа 11 марта поделила историю современной Японии надвое. Как японцы привыкают к жизни «после» — своими наблюдениями делится автор The New Times, инженер-электрик из города Кобэ
«Содержание радиоактивного йода в воде возле «Фукусимы» превышает норму в 3355 раз…» — «Этот самый йод не опасен, он полностью распадается за 80 дней…» — «Опасные частицы со станции ветер уже разнес по земному шару…» — «Ерунда, их содержание в воздухе невелико…» Кругом — споры. Японцы вдруг стали физиками. Дома, в офисе, в баре, в кино — всюду слышишь слово «радиация». Паника? Нет, скорее привыкание. В телевизор тупо пялятся те, кто раньше никогда его не смотрел: теперь в телевизоре — твое будущее. Японцы смело выходят навстречу беде, когда она видна: отстраивают заново дома, чинят дороги… Хуже, когда беды не видно, но она с каждым днем все ближе подбирается к тебе. Правительство говорит: все под контролем, радиоактивные выбросы с аварийной АЭС незначительные. Все правительства всегда так говорят. Мои знакомые, технари разных мастей, твердят другое: радиации мало никогда не бывает, все скажется потом, через месяцы и годы. Кому верить?
Из жизни камикадзе Японцы привыкли к землетрясениям, научились жить с ними. Ядерная авария — это другое. Все слышали про Чернобыль: это слово со страхом произносил даже огромный Советский Союз. Часто кажется, что «Фукусима» — это ползучий Чернобыль, неотвратимо накрывающий маленькую Японию…
Брат моего приятеля — инженер-атомщик. Он говорит, что радиоактивные обломки на «Фукусиме» сейчас отчаянно спасают 450 ликвидаторов, половина из них потеряли семьи в катастрофе: они идут облучаться, потому что в своей жизни уже потеряли все самое ценное, но есть шанс спасти других. Первое совещание — в 7 утра, рабочий день — с 10 до 17, работают в четыре смены, уровень радиации на месте аварии — до 1 тыс. миллизивертов в час
* * Согласно российским нормативам, предельно допустимая разовая доза облучения (без угрозы для здоровья) в случае аварии на АЭС для ликвидаторов — 25 миллизивертов в час, для населения — 13 миллизивертов. Уровень радиации на реакторе в Чернобыле во время аварии доходил до 5–6, а местами до 12 тыс. миллизивертов в час. Для ликвидаторов на «Фукусиме» норматив радиационной безопасности повышен со 100 до 250 миллизивертов в час. Примерно такой порог радиационной безопасности существовал в СССР в 1986 году, когда случился Чернобыль. .
Дневной рацион питания ликвидаторов очень беден: как правило, две пачки печенья, порция овощного сока и одна банка консервированной пищи. На каждого полуторалитровая бутылка воды в день. Управляющая компания Tokyo Electric Power (TEPCO) говорит, что больше продуктов доставить туда сейчас трудно. Рабочие меняют спецодежду каждый день: вечером сдают старые, а утром получают новые комбинезоны. Спят в специальном зале, построенном на случай ЧС в 300 метрах от первого энергоблока АЭС, на свинцовых подстилках. Душа там нет, вентиляция аховая. А ведь вся эта работа — добровольная. Ни TEPCO, ни государство не могут никого принудить рисковать жизнью. Говорят, менеджеры TEPCO ищут новых рекрутов среди эвакуированного персонала станции, обещая им 400 тыс. иен ($4900) за каждый день работы.
Без воды и батареек Четыре дня назад ездил в Осаку. У станции Дзюсо зашел в мини-маркет: нигири (колобки из риса и водорослей), быстрорастворимая лапша, продукты питания, журналы, бытовые мелочи, сок — всего в достатке. Но минеральная вода в пол-литровых бутылках, батарейки, зарядные устройства для мобильников закончились. В узком магазинчике через квартал отсюда — та же картина. Еще там висело объявление, что «из-за землетрясения освещение в магазине слабее обычного» (если честно, вообще ничего видно не было).
Япония стала экономить электроэнергию. Говорят, скоро половина АЭС закроется на инспекцию, потом — другая половина. Руководство «Синкансэн» (городские электрички) разрабатывает новое, «экономичное» рабочее расписание. Еще говорят, что автозаводы «Хонда» и «Ниссан» на севере Хонсю уже работают по-новому: конвейеры, простаивающие более 15 минут, автоматически отключаются от электропитания.
В супермаркете «Хомпо» вроде бы всего навалом: овощи, хлеб, приправы, фрукты — все есть. Правда, висит объявление: «Желающие купить упаковку сока (6 бутылок по 1,5 л) должны сообщить об этом заранее». Оказывается, теперь требуется 2–3 дня на доставку товара. Одна из продавщиц говорит, что народ все чаще берет товар большими упаковками — впрок.
Черт возьми, мне нужны батарейки, а их, как назло, нигде нет. У железнодорожной станции Хирано возле Осаки стоит автомат: здесь батарейки можно было купить всегда, хотя и по более дорогой цене, чем в супермаркетах, но сейчас их и здесь нет. В местном супермаркете воду в пол-литровых бутылках продают только по одной на семью. Йогурты и прочие молочные продукты есть, но только производители какие-то малоизвестные, мелкие — товара самых распространенных марок почему-то нет. Продавщица Юкико говорит: «Люди раскупают то, что им хорошо знакомо, остальное брать боятся». — «А чего боятся?» — «На всякий случай боятся», — смеется Юкико.
„
В одном из супермаркетов в префектуре Тотиги обнаружили радиоактивный шпинат. Власти говорят: чистая случайность
”
В универсаме «Лоусон» у станции Микагэ в Кобэ продукты в избытке, но воды в пол-литровых упаковках, батареек и зарядных устройств для мобильников тоже нет.
Бензиновый голод В северной префектуре Тотиги, по соседству с районами бедствия, после землетрясения поставок бензина не было в течение двух недель, рассказывают друзья. Когда же он появился, приходилось ждать в очереди 3 –4 часа. В префектуре Тиба народ стоит на заправках час-полтора. Говорят, нормального снабжения топливом в ближайшие 2–3 месяца не будет. Еще в одном из супермаркетов в Тотиги обнаружили зараженный радиацией шпинат, после этого проверили весь запас овощей во всех супермаркетах. Местные власти говорят, что шпинат — это форс-мажор, чистая случайность. Народ пока поверил, успокоился. Молоко в Тотиги продается только с юга Японии, так что его мало. Питьевую воду в бутылках быстро раскупили, и сейчас ее нет даже в больших магазинах в Уцуномия (административный центр префектуры Тотиги. — The New Times).
Выводы на завтра Делаю для себя два вывода. Первый: весь дефицит отправляется производителями срочными партиями в районы катастрофы, где нет толком ни электричества, ни связи, ни чистой пресной воды. Второй: люди запасаются всем, что необходимо не для жизни — для выживания. Никто не знает, что будет с «Фукусимой». И будет ли вообще завтра и послезавтра.
Кобэ, в котором я живу, находится в 600 км от Фукусимы. Но даже у нас чувствуются последствия катастрофы. 15 лет назад в Кобэ тоже было страшное землетрясение
* В результате землетрясения 17 января 1995 года в Кобэ погибли 6308 человек и около 27 тыс. были ранены. . Сейчас все напасти обрушились на Японию одновременно: и землетрясение, и цунами, и радиация с атомной станции… Мы в семье думаем о том, как помочь пострадавшим. Жена собирается ехать со знакомыми в районы бедствия, отвезти туда собранные деньги, одеяла, теплые вещи. Мы знаем, что Японии помогает сейчас весь мир. Самой большой радостью для нас, японцев, будет отплатить миру когда-нибудь тем же.
Общий ущерб от землетрясения и цунами в Японии составил, по последним подсчетам, $300 млрд, что сделало это стихийное бедствие самым «дорогим» в истории. Мощное землетрясение в японском городе Кобэ в 1995 году нанесло государству ущерб в $100 млрд, а ураган «Катрина» в США в 2005 году — в $81 млрд.
По данным Главного полицейского управления Японии, число погибших и пропавших без вести в результате стихийного бедствия 11 марта превысило 27,6 тыс. человек. Число подтвержденных жертв составляет 11 417, без вести пропавших — 16 273.
Перевел с японского Кирилл Самурский