Откровенна до глупости

Говорят, что наша власть закрытая. Ничуть. Она откровенна до глупости В этом незримом соревновании наши дуумвиры вполне успешно борются друг с другом за первенство. Сразу и не скажешь, кто по итогам первого месяца года вырвался вперед.

Надо в первую очередь посадить их всех

Ну, например, принято считать, что спикером премьера является его пресс-секретарь Дмитрий Песков. Последний действительно что-то где-то опровергает. Однако настоящим выразителем взглядов, помыслов, намерений главы правительства в последнее время стал глава Чечни Рамзан Кадыров. Можно сказать, это второе «я» Путина, позволяющее себе озвучивать то, что высокому чиновнику не всегда удобно: «На сегодняшний день у нас есть один лидер, который делает возможное и невозможное, и я равняюсь на этого человека», — сказал о нем Кадыров в недавнем интервью на канале НТВ

* * Программа «Нереальная политика», 30 января 2011 года. и тем сразу указал место президенту Медведеву, которому он по закону подчиняется.

«Другие истории искать не надо, придумывать что-то новое не надо» — это, понятно, о президенте 2012 года. И наконец — об оппозиции и ее перспективах. Именно либеральная оппозиция, повторил Кадыров слова главного идеолога Отечества Владислава Суркова

* Интервью газете «Известия», 16 декабря 2010 года. , стоит за выступлениями националистов на Манежной площади в Москве. Конкретно — Касьянов и Немцов. И поступать с ними следует так: «Надо в первую очередь посадить их всех, их руководителей. После этого никому не будет интересно выходить на Манежку». Причем посадить их надо по хорошей статье, в смысле надолго: «Не так его посадить (это о Немцове, который в начале января отсидел 15 суток. — The New Times), а за убийство, которое там было, за те моменты, которые там были. За это ему надо срок давать, а не просто так играться с ними. Только тогда у нас будет порядок». И сразу вспомнился 14-летний срок Ходорковскому. Ну разве такое скажешь со сцены Большого театра (там, на вечере памяти Бориса Ельцина 1 февраля, премьер говорил о продолжении дела Ельцина, о свободе и демократии) или в ходе случайного интервью журналистам Первого канала

* 2 февраля 2011 года. ? «На самом деле я действительно подъехал именно для того, чтобы Константина Львовича (Эрнста) поздравить с приближающимся днем рождения»

* 50-летний юбилей Константина Эрнста — 6 февраля. , — как бы извиняясь, сказал Путин. И сообщил то, что сразу стало информационным поводом для всех СМИ: «Дело (о теракте в Домодедово) в целом раскрыто». И снова стало очевидно: вот он, человек, который «делает возможное и невозможное».

Какие такие опасения были у террористов в связи с выступлением Медведева перед богатыми и могущественными мира?

На этом фоне (думается, менее случайном, чем визит в «Останкино») заявление президента на экономическом форуме в Давосе о том, что теракт в Домодедово помимо прочего был направлен на то, чтобы помешать ему приехать в Швейцарские Альпы* * Цитата: «Те, кто совершил это злодеяние, направив свой удар на граждан разных стран, рассчитывали, что теракт поставит Россию на колени. Заставит нас занять оборонительную позицию. А президент не приедет на форум». — 26 января 2011 года. , выглядит как претензия на первое место в рейтинге глупостей. Тем более что сказаны они были аккурат в день, когда в Москве и области был объявлен траур по 35 погибшим, а 36-й еще умирал в больнице.

Какие такие опасения были у террористов в связи с выступлением Медведева перед богатыми и могущественными мира? Назовет, кто их крышует в силовых структурах? Расскажет, сколько надо заплатить мили… пардон, «господам полицейским», чтобы сначала купить взрывчатку, а потом ее пронести в аэропорт? Наконец, скажет, что процесс над Ходорковским и Лебедевым окончательно разрушил правоохранительную и судебную системы страны, а опыта успешной борьбы с терроризмом в условиях коррумпированных органов правопорядка

* Дмитрий Медведев в интервью газете «Ведомости», 26 января 2011 года: «Коррупцией поражена вся система, а не один человек». в мире не существует?

О комментариях президента к приговору Хамовнического суда стоит сказать особо. Ибо более наглядной демонстрации тезиса о том, что впервые в российской и советской истории в Кремле находится человек, который, несмотря на огромные полномочия, данные ему Конституцией и политической традицией, почти за три года своего президентства так и не стал ни президентом, ни гарантом прав и свобод, и придумать нельзя.

Президент — это не Верховный суд, и даже, прости, господи, не московский

Впервые Медведев высказался по поводу 14-летнего приговора, который привел в оторопь мир и свои оценки которому — весьма негативные — дали практически все коллеги российского президента по «Большой восьмерке», лишь через четыре недели, 26 января, в интервью газете «Ведомости». Сказал то, что говорил и до того, как судья Данилкин, по сути, вместо своего решения зачитал текст прокуроров: «Я надеюсь, что вы не ждете от меня оценки не вступившего в законную силу приговора в отношении Ходорковского и Лебедева». Ну как же не ждем? Как раз именно ждем. Потому что президент — это не Верховный суд, и даже, прости, господи, не московский. Президент является гарантом того, что права человека, в том числе и право на независимый суд, в стране хоть в минимальной степени будут соблюдены. Цивилист Медведев эту разницу должен был бы знать. Как должен был бы знать, что есть такое понятие, как «легитимность»: судья Данилкин может сто раз произнести «виновны», но большинство населения считает, что процесс над Ходорковским и Лебедевым политически мотивирован, а значит, приговор нелегитимен. И президент, чье право на власть зиждется именно на том, что большинство признает за ним такое право (это и есть легитимность), обязан либо представить доказательства, что политической «заказухи» в этом процессе не было, а сделать это он после заявлений своего премьера о том, что «вор должен сидеть в тюрьме»

* Владимир Путин, «Прямая линия» на канале «Россия», 16 декабря 2010 года. за неделю до начала чтения приговора

* Начало чтения приговора было назначено на 15 декабря 2010 года, но без объяснения причин было перенесено на 27 декабря 2010 года. , не может. Либо — принять на себя решение, которое позволит ему сохранить лицо. Впрочем, о чем мы?

„

«Я надеюсь, что вы не ждете от меня оценки не вступившего в законную силу приговора в отношении Ходорковского и Лебедева». Ну как же не ждем? Как раз именно ждем

”

Утром 26 января было опубликовано интервью газете «Ведомости», а уже вечером в интервью американскому агентству Bloomberg Медведев почти слово в слово повторил слова старшего по дуумвирату, который в ходе телевизионного общения с народом сравнил Ходорковского с американским строителем финансовых пирамид Барни Мэдоффом. Как говорится, найдите отличия. Путин, 16 декабря 2010 года: «То обвинение, которое ему (Ходорковскому) предъявляют сейчас, там счет идет уже на сотни миллиардов рублей /…/. Г-н Мэдофф в США получил за аналогичное преступление 150 лет лишения свободы». Медведев, 26 января 2011 года: «Инвестор любой — и российский, и иностранный — должен соблюдать законы, в противном случае он может получить тюремный срок, как это произошло в случае с Ходорковским или в случае с Мэдоффом, который получил несколько больше»

* Интервью агентству Bloomberg 26 января 2011 года, цитируется по тексту, выложенному на официальном сайте президента www.kremlin.ru .

Вернувшись в Отечество, Медведев снова надел маску законника. На встрече с правозащитниками 1 февраля в Екатеринбурге в ответ на вопросы о деле Ходорковского повторил: «И я в очередной раз скажу, что, естественно, здесь ничего комментировать в этом смысле я не могу. Процедура обжалования, как и процедура помилования, могут быть использованы, это совершенно очевидно, но это уже отдельная тема».

Требуются комментарии?

Впрочем, еще одна цитата — от вице-премьера и председателя «Роснефти», к которой перешли активы ЮКОСа, Игоря Сечина — тоже из Давоса: «Киллеры и жулики сидят, бардак прекращен, правила игры есть». Откровеннее некуда…