Оригинал материала
Тамара Эйдельман: Всех на всех
Война заканчивается, когда домой возвращается последний солдат
Два года назад чудесный мальчик Коля Десятниченко из Нового Уренгоя выступил в бундестаге с рассказом о немецком солдате Георге Йохане Рау, попавшем в плен под Сталинградом и 17 марта 1943 года умершем в лагере в возрасте 21 года. Та злоба и мерзость, которые выплеснулись на Колю, просто зашкаливали. А он просто по-человечески рассказал о молодом мальчике, попавшем в плен.
Вряд ли можно подсчитать, сколько человек за всю историю попадали в плен. В древности в основном их превращали в рабов. На знатных пленных можно было неплохо нажиться, получив за них выкуп. А можно было не считать их за людей. Ассирийские цари хвастались, как они складывали пирамиды из отрубленных голов пленных или даже из тел еще живых людей. Римляне отправляли захваченных врагов сражаться на аренах цирков.
Французский король Иоанн Добрый в 1356 году попал в плен к англичанам. Король героически сражался — ему, по легенде, помогал младший сын Филипп, постоянно восклицавший: «Государь отец мой, опасность слева! Государь отец мой, опасность справа!» Это не спасло ни короля, ни принца: множество английских военных хотели захватить в плен короля, при этом они его «сильно пинали туда и сюда», а король спрашивал: «Кому я должен сдаться, кому?» Его отвели к принцу Уэльскому Эдуарду, знаменитому Черному принцу, с которым они вообще-то были родственниками, и в тот вечер они вместе обедали. Короля отвезли в Лондон и потребовали такой огромный выкуп, что остававшийся во Франции его сын Карл никак не мог его собрать. Тогда Иоанна отпустили под честное слово, чтобы он сам собрал выкуп, но за время его отсутствия из плена бежал еще один его сын Людовик, и король, несмотря на все уговоры приближенных, вернулся в Лондон. Там его торжественно встретили и даже устроили в его честь пир. Освободиться Иоанну так и не удалось — он вскоре умер.
Впрочем, далеко не со всеми пленными обращались так по-рыцарски. Через полвека в битве при Азенкуре французские войска перебили множество оруженосцев, охранявших обоз, и как считается, в ответ на это английский король приказал убить французских пленных.
Но надо сказать, что во все времена были люди, считавшие, что с пленными следует обращаться по-человечески. В 422 году н.э. византийский епископ Акакий Амидский продал церковную утварь, чтобы выкупить 7000 персидских пленных — людей другой веры! Византийские воины, взявшие их в плен во время войны с Персией, не могли прокормить несчастных, но и отпускать не хотели. Что характерно, Акакий посоветовался с другими священниками, и те одобрили его решение.
Чем ближе к нашему времени, тем, с одной стороны, ужаснее обращение с пленными, а с другой — тем больше попыток смягчить их положение. В 1648 году по Вестфальскому миру, завершившему Тридцатилетнюю войну, было решено, что все пленные должны быть отпущены без выкупа.
Что уж говорить о ХХ веке, который знает Гаагские и Женевские соглашения, когда вроде бы было решено, что пленных нельзя мучить и унижать, нельзя заставлять их выполнять тяжелую и унизительную работу, что их обязаны кормить и лечить…
Несмотря на принятие всех этих соглашений, пленные продолжали умирать от голода и непосильного труда, подвергаться унижениям и избиениям. А товарищ Сталин объявил советских пленных предателями, и поэтому в гитлеровских концлагерях они не получали посылок через Красный крест, а по возвращении домой многих из них ожидала Колыма.
И поэтому я очень рада, что Киев, Донбасс и Луганск начали обмен пленными. И я очень надеюсь, что действительно произойдет обмен «всех на всех», что вернутся те, кто сидят в российских тюрьмах, и те, кого наша страна никак не хочет признавать служащими российской армии.
И я всегда вспоминаю, как царь Трои Приам ночью пробрался в ахейский стан, чтобы умолять Ахиллеса, убийцу Гектора, чтобы тот отдал ему сына — пусть не плененного живым, но хотя бы его тело. И жестокий Ахиллес плакал вместе с Приамом: один оплакивал сына Гектора, а другой — друга Патрокла.
Война заканчивается, когда домой возвращается последний солдат.